Глава 11

Небрежно шаркая ногами по размоченной дневным дождем дороге, Саша вслепую куда-то шла. Все равно куда. Главное, не останавливаться. Уйти, убежать, спрятаться, исчезнуть. Главное, оказаться подальше от этого предателя. Тотальное чувство разочарования обволокло ее голову, предательски заглушая голос здравого смысла. Девушка полностью отдалась во власть гнетущих мыслей, и совсем не думала о пункте назначения. Ноги вели ее чисто машинально, потому что пелена слез и ночное время позволяли рассмотреть перед собой только размытые очертания прохожих.

— Скотина, — тихо бормоча как заведенная одно и тоже, Александра вытирала рукавом пальто соленые дорожки на щеках. — Борис, какая же все-таки ты скотина.

Ее лицо пылало от гнева, сердце через раз забывало сделать нужный удар. Тупая, бестолковая боль глухими ударами пульса стучала в висках. Щемящая обида кислотой разъедала создание, стирая границы реальности.

Единственный мужчина, которому девушка позволила крепко войти в ее жизнь и узнать обо всех ее скелетах в шкафу, одним гнусным поступком сумел растрощить внутри хрупкое зарождающееся чувство доверия. То, которое она с особой бережностью прятала в потаенных уголках ее души и еще тщательнее оберегала от посторонних глаз.

А ведь Саша знала, что так будет. Знала, что Борис использует сказанное против нее. Но не остановилась, еще больше растворяясь в нем. Лично разболтала все, что ее гложило столько лет. Все, до последней крупицы.

“Никому нельзя верить” — сквозь глухие всхлипы прорывалась горькая мысль. “Никому”

— Спасибо тебе, мудак, — рыжая ведьма со злостью кинула уезжающему прочь Мерседесу, который с ног до головы окатил ее грязной лужой. — Только тебя и не хватало до полного счастья!

Но гневные крики девушки не сильно задели водителя авто. Он даже не притормозил извиниться.

Как и настроение, дорогое бежевое пальто было безнадежно испорчено.

— Просто прекрасно, — пробормотала Александра. На смену разочарование пришло дикая злость и истерика. Девушка тяжело вздохнула и рассмеялась. — Лучший день в моей жизни! — с притворным восторгом прокричала рыжая красотка, вытирая соленую влагу и игнорируя удивленные взгляды одиночных прохожих. — Лучший! И его нужно всенепременно отпраздновать, — со слегка заметной досадой добавила.

Стряхнув мутные капли с одежды, девушка бегло огляделась. Современные многоэтажки, ухоженные лавочки, громкие компании … Определенно, район ухоженный и очень красивый, но совершенно не знакомый. И как она здесь оказалась?

Продолжая изучать окружающую обстановку, рыжая чертовка не сразу заметила металлическую вывеску небольшого бара.

— То, что надо, — довольно подытожила она и быстрой поступью направилась к красной двери. Саша рывком потянула ее на себя и тут же тенью нырнула внутрь.

Мебель из массивной темной древесины, темно-зеленые стены и много-много старых фотографий в затертых рамках.

Интерьер помещения напоминал классический ирландский паб, а бармен, в клетчатой рубашке и черном длинном фартуке только подтвердил догадку Александры. Среди громко разговаривающих мужчин рыжая бестия заметила тройку одиноких девушек, которые спокойно цедили пиво, но несмотря на огромное превышение уровня тестостерона на квадратный метр, им никто не докучал лишним вниманием и пошлыми фразочками. Все было очень даже прилично.

— Замечательно, — едва слышно хмыкнула Шура под нос и, повесив грязное пальто на ветвистую вешалку, уверенным шагом направилась к барной стойке.

Ей казалось, что это лучшее место, чтобы напиться и забыться. Никто здесь Шуру не узнает. Никто не помешает ей спокойно топить горе от предательства на дне толстого бокала с крепким виски.

Она на ходу поправила остатки потекшей туши в надежде, что присутствующие не примут ее за плохую подделку унылого Джокера и, натянув на лицо подобие улыбки, обратилась к бармену:

— Двойной Джек, пожалуйста.

И под удивленный взгляд мужчины, даже не поморщившись, одним глотком выпила содержимое бокала. Пока Александра глушила отголоски обжигающего пламени внутри, она показала бармену жестом “Повторить”.

— Плохой день? — аккуратно поинтересовался он.

— Очень даже наоборот, — Александра с досадой опровергла его замечание. Еле сдерживаясь, чтобы опять не разреветься, она тяжело выдохнула и медленно сделала глоток янтарного напитка. — Просто в очередной раз убедилась, что любовь — это распиаренное дерьмо, — ответила на немой вопрос бармена. — Ничего хорошего в ней нет.

Мужчина, ловко наливая очередную порцию виски, уже ничего и не спрашивал, но Александра продолжала изливать ему душу. Шмыгала носом и в деталях рассказывала о Борисе, о родителях, о бывшей стерве, которая привселюдно опозорила ее. Казалось, что если Саша сейчас не поделится с кем-то своей болью, то ее просто разорвет на миллион мелких кусочков.

— … скотина, я ведь ему поверила, — с горечью подытожила свою исповедь рыжая строптивица.

— Может, о родителях Ира не от Бориса узнала? — участливо спросил бармен, подробно выслушав пьяную тираду Саши.

— Ага, конечно, — скептически протянула девушка, продолжая цедить крепкий напиток. — Никто больше не знал. Ни-кто.

— Ну а братья? Невестка? — уточнил мужчина, невольно изучив родственную линию пьяной клиентки. — Почему ты их не подозреваешь?

— Потому что…, — Саша задумалась, чтобы нетрезвым умом собрать в кучу весомые аргументы и выдохнула, — потому что это и их тайна. Никто бы болтать о таком не стал точно.

— Всегда найдется тот, кто даже свою тайну использует для выгоды, — по-философски не согласился с ней бармен и ловко перескочил через массивную стойку. В пабе разгорелся конфликт. Несколько пьяных в стельку мужчин что-то громко не могли поделить.

— Ну что ж…, — неспешно поднимаясь со стула, Шура просунула несколько купюр под пустой бокал, — и мне уже пора.

Но не успела девушка дойти до выхода, как огромные пятерни легли ей на талию. Позади нее стоял и довольно улыбался здоровый мужик. Александра даже не испугалась, а одарив нахала презрительным взглядом, смело кинула:

— Проблемы?

— Никаких проблем, куколка, — горячее дыхание с перегаром опалило ее лицо. — Видел, что ты грустила. А я умею веселить девушек.

***

Липкий холодок медленно пересчитал позвонки девушки, вынуждая проглотить все слова возмущения. Все витиеватые фразы о том, куда следует пойти этому “шкафу” застряли колючим комом в горле, от чего то слегка запершило.

Несмотря на нетрезвое состояние, Саша быстро поняла, на что намекает мужчина и о каком именно веселье идет речь. Но еще быстрее она поняла, что пока зеваки увлеченно наблюдают за громким конфликтом в баре, никто на помощь ей не придет. Поэтому усмирив внутри огонь негодования, рыжая красотка натянула на лицо подобие улыбки и более чем вежливо ответила:

— Спасибо за предложение, но меня муж дома ждет. Он и поднимет мне настроение.

Едва сдерживая себя, чтобы не отпрянуть от амбала, Александра осторожно попыталась вырваться из крепкой хватки. Но его огромные лапища словно приклеенные супер-клеем остались недвижимо лежать на талии девушки.

— Муж? — с явным недоверием протянул мужчина. — Бориска, что ли? — с издевкой уточнил он. — Ну так вы же расстались. Да и не муж он тебе.

Откуда он?.. Опрометчивая догадка, посетившая ее пьяный рассудок о том, что ее душевную исповедь услышал не только сочувствующий бармен, но и случайный посетитель, тут же дала ответ.

— Вы все не так поняли, — вкрадчиво, совсем не злобно пресекла его Саша. Меньше всего ей хотелось сейчас раздраконить этого амбала, потому что физическое превосходство было не на ее стороне. — Мы просто немного повздорили, но все же Борис меня ждет.

В этот момент с одинаковым успехом она могла сказать что-угодно — эффект был бы одинаковый. “Шкаф” проигнорировал ее объяснение и с завидным упорством прижимал девушку к шероховатой стене. Его ладони беспардонно заскользили по животу девушки, вызывая у той одно единственное желание — сильно приложить коленкой по его бесценным Фаберже, чтобы до амбала дошло, что Шура не горит желанием веселится и он наконец-то отстал.

— Меня ждет муж, — с нажимом повторила Александра, острыми ногтями впиваясь в мужские руки. Хотя отголосками здравого смысла она понимала, что это бесполезно, но не останавливалась в попытках освободиться.

— Не убедила, — снисходительно парировал “шкаф”, обжигая ее лицо алкогольными испарениями. — Пробуй еще, — лицо мужчины расплылось в похабной улыбке.

Да что ж такое. Саша раздраженно подвела глаза и сквозь стиснутые зубы выдохнула. Сегодня явно не ее день. Ну что ж. Рыжая ведьма давала шанс амбалу уйти по-хорошему. С целыми яйцами и не тронутым мужским достоинством. Теперь пусть пеняет на себя.

Изобразив тотальную покорность, Александра игриво погладила мужчину по щеке. Борясь с чувством тошноты, девушка продолжала отвлекать его внимание нехитрым флиртом. Амбал, широко обнажив белоснежный ряд зубов на жест красотки, поддался вперед к ней за поцелуем и тут же согнулся от пронзающей боли в паху.

— Повеселись тут один, малыш, — издевательски похлопав мужчину по спине, Саша, обогнув его широкое тело, все-таки освободилась из своеобразного капкана. — А мне пора, — со смешком выдохнула девушка, до одури довольная собой. Получилось!

Но не успела она как следует порадоваться, амбал поравнялся с ней ростом и рывком вмял лопатками в стену.

— Ох, зря…, — злобно прорычал “шкаф”, запинаясь от нехватки воздуха, — зря ты это вытворила.

— Стой… подожди, — нервно забормотала Александра, понимая, что попытка побега позорно провалилась и нужно срочно что-то придумать новое. — Стой, не надо… Остановись… Да, прекрати же ты! — громко закричала девушка, теряя остатки самообладания.

Она уперлась ладонями в его мощную грудь и что есть силы ударила. Но тот остался недвижимым. Вот и правда шкаф.

— Поздно, куколка, — с напускной вежливостью протянул он, прижимаясь еще крепче. — Сама виновата. Я ведь хотел по нормальному познакомиться, — убедительно процедил амбал. Он резко схватил ее за копну медных волос и потянул назад.

— Я сказала: “Пусти”, — зашипела от боли Саша.

— Сыч, — прозвучал над головой недавно знакомый голос, — вроде девушка четко попросила отстать от нее.

Амбал отпустил волосы рыжей красотки и словно ужаленный отскочил от на нее.

— А я что…, глотая буквы, пролепетал “шкаф”. — Я ничего… мы просто играли, да, куколка? — обратился он в поисках поддержки к Шуре.

Александра лишь мазнула по нему пренебрежительным взглядом и повернулась на спасительный источник звука. В полуметрах от них, сурово скрестив руки на груди, стоял тот эмпатийный бармен, который несколько минут назад выслушивал ее пьяные бредни.

— Свободен, — по-военному приказал он амбалу, и тот, недолго думая, выбежал из бара. — Ты как? — поинтересовался у Саши.

— Спасибо, — вместо ответа облегченно выдохнула рыжая строптивица. — И за то, что заступился, и за…, — девушка на секунду задумалась, подбирая слова, — и за то, что позволил выговориться. Мне чуточку полегчало.

— Обращайся, — по-дружески подмигнув ей, бармен перешел на заговорщицкий шепот: — И все, что ты рассказала, кхм… в общем, я — могила. Ведь, бармены, как и священники, умеют хранить тайны.