25. Очарован

Настя дождалась, когда Ксю выйдет из магазина, и посигналила фарами. Ксю обернулась, увидела подружку за рулём кабриолета и выпучила глаза. Медленно обошла вокруг, тыкая пальцем в гладкие бока, словно не верила в реальность происходящего. Запрыгнула на переднее сиденье и спросила:

— Это Игнат тебе подарил?

— Прости, не могу сказать! Но это подарок, ты угадала.

— О-о-ой… — умилилась Ксю. — Это какая-то сказка! Миллионер влюбился в Золушку!

— Всё немного не так, — рассмеялась Настя. — Он не миллионер, да и я не Золушка. Всё намного сложнее.

— Ни секунды не сомневаюсь! Поехали в сушильню, и ты всё мне подробно расскажешь!

Они заказали гору фирменных роллов, которых раньше себе не позволяли, — с угрём и крабом, икрой и тунцом. Взяли Ксюше настоящего японского пива, а Насте чайник зелёного чая. Беседа потекла в предсказуемом направлении: Ксю выспрашивала подробности, а Настя увиливала от ответа. Насколько она была откровенна с подругой в обсуждении мужа, настолько берегла детали отношений с Игнатом. Казалось, это слишком личное и неприкосновенное. Но поделиться всё равно хотелось! Поэтому она рассказала про «холостяцкую» берлогу в старом доме, затерянном в паутине проходных дворов, про первый секс в темноте под вспышками рекламы, про развод с Крошкой Юрой и покупку для него однокомнатной квартиры, про переписку с Игнатом, про секс в офисе и чёткое осознание, что да, это Настоящая Любовь, про проблемы с Дениской, который с детским восторгом принял дорогие подарки, но с детским упрямством протестовал против развода.

— А ты не хочешь рассказать, что Юрка ему не родной отец? Тогда мальчику будет легче.

— Лёша просил не рассказывать, — напомнила Настя.

— Да, просил! Потому что считал себя недостойным человеком. Грязным, испорченным, униженным. Но ты ведь так не считаешь? Его прошлое — то, что его изнасиловали на зоне, — не повлияло на твоё отношение к нему?

— Нет, конечно! Я его любила и благодарна ему за сына. — И за наследство, которое он нам оставил, — но этого Настя не сказала. — Мне плевать, что с ним сделали на зоне. Для меня он навсегда останется тем Лёшкой Весниным, с которым мы целовались в метро и учили экономику в гараже.

— В каком гараже? — удивилась Ксю.

— Да неважно. Нам некуда было пойти, и мы прятались от взрослых в разных заброшенных местах… Ты ешь, ешь, я ещё закажу.

— Я больше не могу, я сейчас лопну, — простонала Ксю. — Знаешь, на твоём месте я бы рассказала Дениске, кто его отец. Без деталей, конечно. В общих чертах. Ведь он был умным и успешным человеком — учился в Англии, построил финансовую корпорацию, заработал миллионы. Таким отцом можно гордиться.

— Он покончил с собой.

— Необязательно выкладывать всю правду. По крайней мере, до совершеннолетия.

— Я об этом думала, — призналась Настя. — Дениска похож на Лёшу как две капли воды. А с Юрой у них нет эмоционального контакта, они не привязаны друг к другу. Юра вообще детей не хотел. После свадьбы я боялась, что он будет уговаривать меня на совместного ребёнка, но он ни разу об этом не заговорил…

* * *

Поздно вечером пришёл курьер и принёс роскошный букет белых роз. Настя остолбенело прижала к груди тяжёлую охапку. Дениска и Юра уже спали, но в прихожую из своей комнаты выплыла мама. Уставилась на букет:

— Так Юра не соврал? Ты действительно подцепила какого-то олигарха?

Стоило ли дальше скрывать отношения с Игнатом? Всё равно они с Юрой разводятся, её роман скоро перестанет быть тайной.

— Он психолог, мам. Не олигарх. Но и не нищий.

— И давно вы хороводитесь?

Настя покачала головой:

— Несколько дней.

— И ты сразу же побежала разводиться?! — ужаснулась мама. — У тебя совсем мозги отшибло?

— Да я не из-за него развожусь! Если бы не Игнат, я бы всё равно ушла от Юры. Нет, правда, сколько можно тянуть эту лямку? Мы не подходим друг другу, и никогда не подходили. Я от безнадёги за него пошла, ты же знаешь!

— А теперь безнадёга кончилась? У тебя появилась надежда на лучшую жизнь? — с сарказмом спросила мама. — Твой Игнат готов взять в жёны проблемную женщину с прицепом?

— Я не проблемная, а Дениска — не прицеп! — запротестовала Настя. Теперь, когда у неё в кармане лежал волшебный золотой ключик, она перестала считать себя третьим сортом. Деньги здорово поднимали самооценку, но маме о богатстве дочери знать не стоило. — Мне не нужно, чтобы он брал меня в жёны, мы с Дениской и сами прекрасно справимся.

Мама прищурилась:

— Он женат, да?

Настя подавила желание крикнуть: «Да мне плевать с высокой колокольни! Будь он хоть трижды женат, я всё равно от него не откажусь!» и пошла на кухню искать вазу. Ни в одну ёмкость цветы не влезли, даже в разрезанную пластиковую бутылку, и Настя поставила их в ведро с водой. Опустила лицо в бархатистые бутоны и зацепила носом записку. Вытащила маленькую открыточку, в ней было написано: «Очарован. Скучаю. Выйди на минутку».

Куда выйти?!

Прямо сейчас?

Настя запахнула халат, надетый на ночную рубашку, и выглянула в окно. Около её машин — одноглазой «калинушки» (битая фара, летняя резина) и новенького зверя — стоял чёрный джип. Пустой. Но Настя помнила номера машины Игната.

Сердце отчаянно забилось. Он приехал? Зачем? Что-то стряслось? Или реально соскучился? Они ведь виделись днём в офисе!

Глянула в зеркало: лицо чисто вымыто, волосы заплетены в свободную косичку для сна, глаза блестят, как у наркоманки. Сунула ноги в шлёпанцы и осторожно открыла входную дверь — и тут же сильные руки сгребли её в объятия. Настя подавила вскрик и прижалась в темноте к любимому мужчине. Его запах, знакомый и родной, его обжигающее тепло.

Обычно в подъезде горел свет, но сегодня царила непроглядная темень.

— Это ты лампочки выкрутил? — задыхаясь, спросила Настя.

— Угм…

— Зачем?

Он схватил её за талию и легко взбежал на площадку между этажами. Поставил Настю к стене и налёг всем телом — грудью, животом, бёдрами. Наклонился к лицу:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Чтобы сделать с тобой плохие вещи, которые никто не должен увидеть.

Мурашки побежали по спине. В такое позднее время вряд ли кто-то появится на лестнице. Соседи, жившие на пятом этаже, — старые и тихие, — по ночам не шастали, собак не держали. Шанс, что их с Игнатом застукают, был минимален.

Он целовал её шею жёсткими требовательными поцелуями и хозяйничал под халатом. Оглаживал бёдра и ягодицы. Настя сжала ноги, чтобы он не пробрался куда-нибудь ещё, а сама уже тяжело дышала и текла от возбуждения. Соски напряглись и тёрлись о хлопок ночной рубашки.

— Игнат, так нельзя… А если выйдет муж?

— Отлично, — прошептал он, — нам давно пора познакомиться. Хочу тебя. Раздвинь ноги.

— Ты приехал специально, чтобы трахнуть меня третий раз за день?

— Нет, просто проезжал мимо и заехал пожелать спокойной ночи.

— Не ври, Комарово в другой стороне! — возмутилась Настя. — Ты не мог проезжать мимо.

— Милая, ну о чём ты говоришь? Какое Комарово?

Она положила ладони ему на грудь и отодвинула от себя. Он с неохотой подчинился.

— Игнат, ты сейчас меня трахнешь, а потом поедешь к семье в Комарово?

— Да.

— Как-то это неправильно, — вырвалось у неё. — Чёрт! Я так не могу. Как подумаю, что через полчаса ты будешь обнимать жену и детей…

— Пашка в это время спит, — хрипло ответил Игнат. — А жена… мертва. Я вдовец, Настя. Я живу с сыном и его гувернанткой — Людмилой Петровной. Ей пятьдесят лет, она водит Пашку в школу, проверяет домашние задания и жарит нам котлеты. Я ни с кем не обнимаюсь, кроме тебя, и уж тем более ни с кем не трахаюсь.

Она ахнула и обняла его за шею. Хотела спросить: «Почему ты сразу не сказал?», но прикусила язык. И так понятно, почему он не рассказал об умершей жене. Есть вещи, о которых первому встречному не докладывают, должно пройти какое-то время, чтобы начать доверять. Настя отлично понимала Игната, потому что сама тоже скрывала правду. Она чувствовала его боль и одиночество. Неудивительно, что волей случая заведя постоянные отношения, он занимался сексом с такой одержимостью. Этот прекрасный мужчина изголодался по женской ласке, сексу и человеческому теплу — вот и весь секрет.

Раньше у него были проститутки, а теперь появилась Настя.

Он приехал не затем, чтобы на скорую руку потрахаться в подъезде, а чтобы получить кусочек любви. Он действительно был ею очарован и действительно скучал.

Настя нашла в темноте его губы и крепко поцеловала. Игнат поднял её под ягодицы, и она обхватила его талию ногами. Насадилась на крепкий член и упёрлась лопатками в стену, пока он трахал её — сильно и нежно. Она забыла и про Юру, который мог выйти на площадку в любой момент, и про соседей, и про всё на свете. Мир сузился до сверкающей огненной точки, где два тела сливались в одно.

* * *

— Приедешь в Комарово на выходные? — спросил Игнат, застёгивая брюки. И добавил: — С Денисом.

— Зачем? Ты хочешь с ним познакомиться?

— Да, я хочу познакомиться с твоим сыном и познакомить тебя со своим. Денис и Пашка — почти ровесники, я думаю, они найдут общий язык.

— Не рано ли? — засомневалась Настя, внутренне ликуя от такого предложения.

Игнат улыбнулся:

— Когда-то надо начинать. Мне кажется, у нас всё серьёзно, Настя. Наших детей нужно познакомить.

Настя вернулась домой на ватных после акробатики ногах и плюхнулась на кухонный табурет. Мама пила свой ночной травяной чай, в ведре благоухали белые розы. Настя сказала матери, словно продолжая разговор:

— Так вот, мама, он не женат. У него серьёзные намерения. На выходных мы познакомим наших мальчиков.