Глава 8

Почти полчаса спустя мы с ним стояли в одной из многочисленных гостиных этого замка. За дверью дюжина ничего не понимающих стражей, которых мы радостно отказались посвящать в подробности и просто выгнали. А тут, перед нами, стояла дюжина не выспавшихся и откровенно перепуганных девушек… Я со смесью недовольства и отчаяния взирала на их плоские животы.

— У вас у всех была связь с Правителем Киананом Ардхогардон Ройберенд Радхаг, — я не спрашивала — я утверждала.

Девушки почти слажено вздрогнули, первые пару секунд не понимая, чьё имя я сейчас назвала. А потом до всех до них дошло и леди — или не леди? — вразнобой осторожно кивнули.

— У всех? — под моим зорким взглядом им всем было не по себе.

Даже секретарю Прайархо. Вот от него не ожидала. Мы же уже третьи сутки вместе, мог бы уже привыкнуть ко мне!

— Да, — неуверенно отозвалась одна, опасливо на меня косясь.

Остальные просто снова кивнули.

— Отлично, — от моей широкой радостной улыбки всем и разом стало ещё страшнее, чем было до этого, но меня такие мелочи не интересовали. Вместо этого я, нетерпеливо потирая ручки и уже предчувствуя свою счастливую жизнь, весело поинтересовалась, — кто из вас носит его ребёнка?

Была готова услышать даже «все». Это было бы удивительно, конечно, немного сложновато, но в целом невероятно меня бы устроило. Только подумайте: я получаю наследника правящего рода, выступаю его регентом до момента принятия престола и титула Правителя, а потом он меня отпускает и я живу припеваючи! Жизнь прекрасна!

Правда, это всё займёт почти девятнадцать лет… Но лучше так, чем носить пожизненный статус исполняющей обязанности давно погибнувшего Правителя! И да, буду честна: мне не хотелось обрекать целое государство на страшную участь быть порабощёнными. Потому что только порабощение их и ждёт после моей смерти — при условии, что во время жизни я смогу держать оборону.

Вот примерно так Правитель, ещё даже не умерёв, сильно запряг меня, а вместе с тем и всех своих подданных. И пусть молится о своей жизни, убогий! Потому что в противном случае я добросовестно выполню возложенные на меня обязанности, а потом спущусь во Тьму и… придушу гада! Чтоб неповадно было!

Погрузившись в свои мысли, я как-то не сразу заметила, что леди неуверенно переглядываются и молчат. Вот это всё мне сразу как-то не понравилось. Почему они молчат?!

— Лорд Прайархо, распорядитесь, чтобы ко мне немедленно доставили лекаря, — стараясь сдерживать нервную дрожь, потребовала я.

Мужчина, тоже что-то заподозривший, мгновенно бросился к двери и отдал приказ ожидающим снаружи стражам. Послышались удаляющиеся торопливые шаги, а секретарь вернулся и, встав рядом со мной, стол также внимательно скользить по леди взглядами.

Мне не хотелось думать о том, почему они молчат. Не хотелось! Ну не может быть такого, что из двенадцати девушек ни одна не носила ребёнка Киана! Не может такого быть! Тьма, пожалуйста…

Тьма слушать мои молитвы отказалась. Это стало понятно примерно час спустя, когда выдернутый из постели лекарь провёл тщательное обследование всех правительских наложниц и вышел в гостиную к ожидающим мне и Прайархо. Секретарь, не выдержав, уснул на диване, но проснулся в тот же миг, когда я, подскочив, громко воскликнула:

— Ну?!

Внутри всё неприятно сжалось от напряжения, сковавшего всё тело. Казалось, я готова вот-вот взорваться! А лекарь… Высокий худощавый старик с седой бородой отрицательно покачал головой.

Крушение моих надежд сопровождалось громоподобным звоном. Наверно, таким звоном всегда наполняются наши сердца, когда мы понимаем, что вся наша жизнь, все планы, всё будущее, которого мы хотели, летит в пропасть.

Когда дочери моего короля спрашивали, что я буду делать через несколько лет, я всегда говорила им: «Я буду рядом до тех пор, пока вы нуждаетесь во мне». Признаться, я думала, что буду рядом всегда и смогу воспитывать их внуков, а потом буду как старая леди Морейн, которая воспитывала самого деда короля Зелина. Я представляла свою смерть в том милом сердцу замке, в который меня привели в тринадцать. Я представляла, что всегда буду среди тех людей, заменивших мне семью. Я представляла…

Резко тряхнув головой, я отогнала прочь все ненужные мысли. Какая теперь разница, что я там себе представляла, если я прямо сейчас нахожусь за огромное расстояние от своего дома, а моя дальнейшая судьба зависит лишь от жизни одного конкретного наглого дракона.

Придушу. Вот честно. Сначала заставлю его отменить этот идиотский указ, а вот потом придушу. Ан, нет, перед этим заставлю сделать наследника одной из наложниц — да хоть всем! А вот потом придушу. С особой жестокостью и непередаваемым наслаждением!

— Благодарю, лорд Жобэн, вы свободны, — сдержано кивнула я ожидающему моих слов лекарю.

— Всегда к вашим услугам, — так же сдержано поклонился он и поторопился нас покинуть.

Вслед за ним ушла и последняя из наложниц, странно на меня косясь. Её, как и всех остальных, провели до покоев стражи, чтобы они вдруг не наделали глупостей.

— Леди Янир, — позвал Прайархо, проснувшись.

Пришлось повернуться и невидящим взором посмотреть на него.

— Скажите, а что вы изначально собирались делать?

Вздохнув, я прошла и села рядом с ним на диван. Подумала немного, закинула ногу на ногу и, задумчиво ею болтая, ответила:

— Хотела отправить его наложниц туда, где он их и украл, — вновь вздохнув, призналась я.

— Леди Янир, — лорд замолчал, вынуждая повернуть голову и посмотреть на него, — Правитель не крал никого… кроме вас.

— Замечательно, — издевательски-радостно заметила я и, не сдержавшись, закатила глаза, — я безумно за него рада. И за себя тоже рада, раз единственная удосужилась подобной… чести!

Это всё, произошедшее за последние дни, сильно вымотало. У меня больше не было сил даже на возмущение. Мне просто хотелось пойти и упасть лицом в кровать, уснув даже раньше, чем приму горизонтальное положение, но… нельзя. Сон мой будет беспокойным и напрасным, если я вот прямо сейчас кое-чего не сделаю.

— Как связаться с Правителем? — вернула я секретаря к тому, с чего мы и начинали.

Разбуженный нами среди ночи придворный маг выглядел нерадостным. А ещё он был не согласен с тем, что четыре утра — ночь. Он старательно доказывал, что это как бы уже утро. Доказывал до хрипоты, до покраснения, пока я не улыбнулась и не отозвалась:

— Вот и замечательно, тогда вам не о чем переживать. Мы вас разбудили даже не ночью, а утром. Видите, какие мы заботливые?

Не согласится он не посмел. И потому, проклиная весь мой род — правда, безмолвно, но очень красноречиво — послушно отправился с нами открывать портал к Правителю.

— Он меня убьёт! — ныл лорд Ланьен по дороге, выбесив даже сдержанного и терпеливого Прайархо.

— Не сделаете, как вам велено, и вас убью я, — меланхолично отозвалась я, следуя позади него.

Ланьен заткнулся, Прайархо наградил меня благодарным взглядом, и остаток пути мы проделали в тишине. Затем вышли в небольшом зале, перед дверьми которого задремали стражи… Они не проснулись даже при нашем приближении, за что получили каждый по моему нехорошему взгляду и обещанию скорейшей расправы. Увольнение — меньшее, что может им грозить.

Прайархо заметил мой взгляд и бросил на стражей сочувственный взгляд. Зря старался, им это не поможет.

— Леди Янир, — обратился он ко мне уже в зале, — если лорд Ланьен сделает всё правильно, — тут он замолчал и мы оба очень красноречиво посмотрели на вышеупомянутого побледневшего лорда, — то вы окажетесь в непосредственной близости от Правителя.

Информация для меня была новой и, безусловно, важной.

— Я окажусь? — переспросила у умного секретаря.

— Верно, — кивнул он, принимая моё замечание, — не вы, а ваша проекция. Вот, возьмите это.

Я с готовностью приняла протянутый мне кулон с плоским диском золота, на поверхности которого красовались какие-то странные узоры.

— Что это? — проводя по ямкам пальцем, вопросила у мужчин.

Ответил мне Прайархо, потому что придворный маг в этот момент был занят, ползая на коленках по полу и что-то рисуя на нём мелом.

— Магически заряженный артефакт. С его помощью вы сможете осязать физические предметы, когда перенесётесь. Например, взять перо и что-то написать, или коснуться кого-нибудь, или…

— Я поняла, — перебила его, — его надевать?

Секретарь Правителя, которого я точно заберу себе, подошёл, осторожно забрал артефакт из моих рук, затем обошёл меня со спины и самолично застегнул его на шее.

Тяжёлый. И прохладный.

А потом меня поставили в центр нарисованного на полу круга, а ползающий Ланьен принялся рисовать какие-то дополнительные закорючки. И вот не будь у старшей дочери моего короля магических способностей, я бы понятия не имела, внутри чего именно сейчас нахожусь. А так мне пришлось много месяцев проводить вместе с Лири, изучая магию вместе с ней и пересказывая её в более понятном ключе.

— Ну кто так рисует? — вздохнула я.

Рука придворного мага дрогнула, окончательно испортив руну Силы. Ему пришлось, скрипя зубами, стирать её полностью и начинать рисовать сначала.

— И это что, руна Силы? — да Лири за такое безобразие по рукам бы получила! — Вас кто рисовать учил?

Ланьен дёрнулся повторно, вскинул голову и с откровенным раздражением посмотрел на меня снизу вверх. От злости он даже весь побагровел, а мел в его руке предательски сломался на два кусочка.

— Леди Янир! — звучало как ругательство, — Вы что, маг?!

— Нет, — с достоинством отозвалась я, — но я достаточно компетентна, чтобы сообщить вам: это — не руна Силы!

— И что же это? — прошипел маг, который точно пополнил ряды тех, кто меня ненавидел.

Для справки, в их числе был почти весь замок Правителя.

— Руна Жизни с закорючкой, — заявила ему, поджав губы.

— Нарисуйте лучше! — вспылил он.

Ха, так я и начала ползать по полу.

— Может, мне ещё и нового придворного мага найти? — предложила ему вариант поинтереснее, многозначительно поиграв бровями.

Задумался. Понял. Сник. Вернулся к начертанию, вновь стерев руну и нарисовав её в третий раз, теперь уже куда лучше.

— О, нет, что это? — не смогла я смолчать и тогда, когда он перешёл к последней руне.

— Руна Зрения, — прошипел мужчина, продолжая нервно рисовать.

— Она в другую сторону рисуется, — как бы промежду прочим заявила я, задумчиво рассматривая потолок.

И вот вам странность — точно знаю, что потолок здесь однородного бежевого цвета. Я это сразу отметила, как только мы в зал зашли. Сейчас же над моей головой потолок был мало того, что куполообразным, так ещё и чёрным!

Эта странность породила некоторые сомнения. Ещё раз глянув на корпевшего над пентаграммой мага Ланьена, я с удивлением отметила, что не вижу Прайархо, хотя он совершенно точно стоял позади Ланьена.

— А где лорд Прайархо? — спросила я у него.

Маг поднял голову и странно посмотрел на меня. Открыл рот, собираясь что-то сказать, но вместо этого я услышала совершенно другой голос, полный едва сдерживаемой ярости:

— Рада?!

Ой, мне сразу так плохо стало. А ещё страшно, правда-правда!

Ме-едленно повернувшись, я узрела стоящего напротив себя искренне раздраженного Киана. Хотелось испугаться сильнее, но, помня о том, что меня рядом с ним на самом деле нет, я позволила себе праведно разозлиться.

— У тебя сейчас будут неприятности! — заявила ему, неосознанно перейдя с почтительно-уважительного «вы» на более личное «ты».

— У меня тут пока только приятности, — он, оказывается, в приступе гнева ещё и язвить умеет.

Ну так ничего, я, когда уверена в своей безопасности, тоже молчать не собираюсь:

— Так это пока, — мило улыбнулась ему, — а вот вернёшься, и прочувствуешь всю прелесть своих… приятностей!

Мой разгневанный взгляд его не впечатлил, как и его — меня. И вот мы стоим напротив, прожигая друг друга яростными взглядами. Я у тёмной стеночки, Киан своим немаленьким телом от меня всё остальное помещение закрывает, так что нельзя увидеть, что же там происходит.

— Дай угадаю, — первым нарушил он наше молчание и позволил себе хитро улыбнуться, — обещание неприятностей было только предлогом и ты на самом деле пришла за вторым уроком поцелуев?

Где-то там за его спиной кто-то удивленно закашлялся. Замечательно, у нашего разговора ещё и свидетели были! Но это ничего, меня общественное мнение вообще мало когда интересовало. Гораздо важнее был непрозрачный намёк Правителя.

Я задохнулась от возмущения, чем вызвала у него ещё большую торжествующую усмешку. Ах, да мы издеваемся? Да пожалуйста, сколько вашей душе угодно, я-то знаю, что ничего вы мне через мою проекцию не сделаете! А вот я уже кое-что сделала.

— На самом деле я пришла преподать урок как раз таки тебе, — теперь главное мило-мило и совершенно невинно улыбнуться.

Не впечатлился, да и всерьёз меня не воспринял, но исключительно из вредности изобразил на морде издевательски-заинтересованное выражение.

— Урок здравомыслия, — с намёком добавила я, наслаждаясь своим положением.

Какое-то подозрение промелькнуло в его глазах, мгновенно сменившись уверенностью в том, что ничего серьёзного не произошло и не произойдёт. Его уверенность пошатнулась от моей и не думающей меркнуть очаровательной улыбочки.

— Какой урок? — подозрительно переспросил он, медленно переставая улыбаться.

— Здравомыслия, сказала же, — издеваясь, вежливо повторила я, не в силах сдержать ехидной ухмылочки.

Теперь Киану стало окончательно не до смеха. Улыбка пропала, тёмные брови сползли к переносице, и между ними такая милая складочко пролегла… Всё то время, что он напряжённо о чём-то раздумывал, я стояла и наслаждалась собой.

— И в чём заключается твой урок? — уже не ожидая ничего хорошего, поинтересовался Правитель.

Мне не жалко, я ему любезно ответила:

— В том, чтобы не давать власть в руки всяких первых встречных-поперечных, — вот теперь я снова начала злиться.

Перестала улыбаться и с яростью воззрилась на мужчину снизу вверх.

— Ты о чём вообще думал? — всё никак не могла понять я его мотивов, — Ты всегда всяким непонятным личностям даёшь своим государством управлять?!

— Не знал, что ты относишь себя ко «всяким непонятным личностям», — усмехнулся он.

— Не смей меня перебивать! — обличительно ткнула я его пальцем в грудь, чувствуя себя от этого жеста как-то даже лучше, — Я вообще в полном изумлении, как ты правил столько лет?! А знаешь, я знаю, как. Просто ваши идиотские законы запрещают смену власти, если ты не наследник единоличного Правителя. И знаешь что? Не смей подыхать! Потому что если ты сейчас здесь где-нибудь умрёшь, я клянусь тебе: спокойной загробной жизни ты не получишь. Я найму ковен некромантов, подниму твоё умертвие, заставлю переписать законы, а потом сама убью!

О, какая это будет смерть! По косточкам разберу!

Правитель слушал меня внимательно, не перебивая, только становился всё мрачнее и мрачнее, а едва я замолчала, как он сделал неожиданное: схватил меня за запястье, дёрнул на себя и навис надо мной так близко, что наши носы почти соприкасались.

Первым моим порывом было испуганно заверещать. Потому что он касался меня! Как?! Это же проекция! И тут же закономерный ответ — артефакт на шее! Вот же я глупая! Если я могу касаться материальных вещей, то и они меня касаться также могут!

Ну, замечательно, Рада, просто прелестно! Такой глупой ты себя ещё никому не показывала. Но плевать на собственную глупость, куда важнее сейчас была глупость правительская.

— Всё сказала? — с гневным мерцанием потемневших глаз вопросил он.

Было жутко. Ужасно жутко и очень страшно, особенной неожиданностью стал для меня тот факт, что ни в какой безопасности я и не была, раз меня так просто схватили и к себе притянули.

— Вы меня подставили, — отмахнувшись от сковывающего страха, прошипела я.

Его жесткую усмешку скорее почувствовала, чем увидела. Правитель наклонился ещё ниже и прошептал, фактически касаясь моих губ своими:

— Я дал тебе власть.

В подобном положении не получалось чувствовать себя уверенно. Я даже думала с трудом, то и дело отвлекаясь на его непозволительную близость, крепкую хватку, касающиеся моих губ губы… Шумно выдохнув, я всё же попыталась взять себя в руки.

— А я вас просила? — спросила уже с меньшим, но всё же возмущением, — Нет, вы меня именно подставили. Умереть вздумали? Так сделайте одолжение, в следующий раз, перед тем, как пойти на верную гибель, соблаговолите… оставить наследников!

Вот, я это сказала! Сказала ему прямо в лицо! Потому что не дело это, так честных людей подставлять! Мне же без его наследников придётся до конца жизни его государством заниматься, причём без возможности прервать это сомнительное удовольствие.

— Оставить наследников, — нехорошо так повторил дракон, будто только сейчас задумался об этом.

Испугаться я элементарно не успела!

— Хорошо, приятность моя! — рыкнул он и в следующее мгновение я оказалась на широком мужском плече.

Не позволяя мне оглядеть тёмное помещение, он стрелой выскочил из комнатки с железной дверью и полетел вверх по лестнице, собственническим движением придерживая меня за стратегически важное место.

И пока мы там куда-то неслись, я всё думала о том, какая же я глупая, раз так подставилась. А возвращаться-то теперь как?!

— Обещаю, тебе понравится, — собственно, пообещал Правитель, вломившись в чью-то спальню.

Меня отправили в полёт через всю комнату, завершившийся на мягкой перине, но не успела я даже дёрнуться, как Киан тут же оказался на мне. Умелым, я бы даже сказала отработанным движением он перехватил оба моих запястья, на корню пресекая все попытки к сопротивлению. Взяв мои руки одной своей, он вынудил меня вытянуться по струнке, не имея возможности никак ему сопротивляться.

Потом, подумав о чём-то, мужчина меня милостиво отпустил, но лишь для того, чтобы рывком освободить себя от ремня. И вот этим ремнём, подтянув меня ближе к изголовью кровати, он притянул мои запястья к железной решётке! После чего, торжествующе улыбаясь, чуть отстранился и критически оглядел результат рук своих.

Ещё не до конца веря, я испуганно дёрнула руками, но… но ничего не произошло! Меня сейчас только что прямо на моих же глазах связали!

— Да вы обнаглели, — потрясенно выдохнула я, закинула голову, для чего пришлось немного выгнуться, и в полном изумлении посмотрела на ремень, действительно связавший мои запястья!

Ну и наглость! Да как только посмел?!

— Почему же? — весело не согласился мужчина, — Ты сама сказала, что я должен быть разумнее и оставить после себя потомство. Поскольку в этой крепости ты единственная женщина, а я не могу быть уверен, что доживу до рассвета, мои действия вполне даже логичны.

И он, не позволяя мне ответить, наклонился и закрыл мои губы поцелуем. Нежным, успокаивающим, лёгким и невинным. Правитель целовал так, будто не собирался больше делать ничего другого. Спокойно, но так головокружительно, что я невольно начала наслаждаться каждым его прикосновением.

Но стоило мне расслабиться и смириться со своей участью, как поцелуй тут же изменился, став жарче, безумнее, страстнее.

Моё дыхание перехватило сразу, вскоре сквозь частые выдохи начали пробивать восторженные стоны. Как он целовался! Ещё никто и никогда так не целовал меня, как это делал он! Так, что все мысли вылетали из моей головы, оставляя место только лишь наслаждению.

Его поцелуи переместились ниже, на шею, и вот тогда я уже стонала куда громче, прогнувшись в спину ему навстречу.

Это было упоительно, словно я пила вкуснейшее вино и улетала куда-то в мир мечтаний, не имея ни возможности, ни желания вернуться или хотя бы прервать полёт. Мне было хорошо. Впервые за долгое время мне действительно было хорошо и очень здорово.

Треск разрываемой ткани возымел отрезвляющее действо. Я вдруг со всей ясностью осознала, где и с кем нахожусь, и что он делает. Страх вернулся, став в этот раз куда сильнее. Оголённая кожа груди, которую сейчас с таким упоением продолжал целовать Киан, покрылась мурашками.

О, нет! Только не это!

— Ваше величество, — хрипло позвала я, чувствуя себя одновременно очень глупо и неловко.

А ещё я злилась, конечно же. Как он посмел? Как только наглости хватило?!

Дракон дёрнулся и замер. Он буквально окаменел весь! Пугающе медленно оторвался от моей бедной груди, поднял голову и взглянул мне прямо в глаза.

Его глаза пылали! Огонь бушевал внутри них! А я как-то слишком поздно почувствовала неестественно горячее тепло, исходящее от нависнувшего надо мной тела, а воздух в спальне стал каким-то тягучим, обжигающим, не дающим насладиться…

Тихий рык и единственное в комнате окно с шумом распахнулось, пуская внутрь леденящий ветер, показавшийся мне лишь лёгким бризом. Однако насладиться им в полной мере не позволили. Дракон рывком поднялся на ноги, затем каким-то немыслимым образом приподнял моё не сопротивляющееся тело и рывком выдернул из-под меня одеяло. Миг — и оно было уже на мне, укрывая по самую шею.

Руки, что важно, Киан тоже освободил, хоть и выглядел при этом крайне недовольным.

И вот только после этого, бросив на меня мрачный взгляд, он просто напросто исчез во внезапно вспыхнувшем в стене портале. А я осталась! Одна, в чужой спальне, неизвестно где, в самом неприличном виде, какой только можно было представить!