Глава 17.

Катя

Ожидаемо, Гриша с утра был ни живой, ни мёртвый. Ни о какой работе и речи не шло.

Удивил, так удивил, ничего не скажешь.

Но особого внимания заострять на этом не стала. Знаю, что таким он бывает крайне редко. И вчерашнее состояние, скорее исключение, нежели норма.

Единственное, на что ему хватило сил с утра, вызвать мне водителя. Я пыталась убедить, что и сама доеду. Как-то же справлялась раньше. Не надорвалась. Но нет, Гриша пусть и с похмельем, но был непреклонен.

Когда приехала на работу, первым делом побежала в уборную. Снова тошнило.

На работе о своём положении никому не говорила. Но девчонки с моего отдела, как мне кажется, уже догадались.

Но все тактично молчали.

Решила, что озвучу руководству новость о предстоящем декрете после скрининга. Я не суеверная, но так спокойнее было.

Выпив сладкий чай, пришла в норму и погрузилась в работу. Так увлеклась процессом, что не заметила, как пролетело время.

За полчаса до конца рабочего дня, зазвонил телефон. Дима.

А меня, как разрядом тока прошибло. Забыла совсем, что сегодня должен прийти результат теста. Ни почту не проверяла, да даже и думать о нём забыла. А если он звонит, то явно именно по этому поводу.

– Да, Дим. – поспешила ответить на звонок.

– Привет, Кать. Результат пришёл. Ты не смотрела ещё? – тон какой-то странный.

– Нет, если честно. Закрутилась и забыла, что он сегодня должен быть готов. – ответила честно.

– Ясно. Ну я так и подумал. Иначе бы, думаю, позвонила первой.

– Почему? – не совсем понимала, к чему он клонит.

– Даже не знаю, радоваться или грустить. Но ребёнок не мой. Тест отрицательный. – я чуть телефон из рук не выронила.

Кажется, из реальности выпала, переваривая услышанное. Мысли на огромной скорости пролетали. Ни за одну из них толком зацепиться не успела. Меня как оглушило. Только сидела и воздух ртом хватала, как рыба, выброшенная на сушу.

– Ты тут? – окликнул меня Дима, после затянувшейся паузы с моей стороны. И я наконец-то отмерла.

– В смысле, отрицательный? – голос свой не узнала. Просипела еле слышно. Лёгкие горели от каждого вдоха.

– В прямом. Отрицательный. Отец не я. Так что поздравляю вас с будущим пополнением. Не знаю, почему ты была так уверена, что он от меня. Но это уже, собственно, и неважно. – говорил спокойно, ровно.

Мне бы его спокойствие. Я же с трудом сдерживала дрожь в пальцах, которые с силой сжимали телефон.

– Ничего не понимаю. Быть этого не может. – быстро прихлопнута рот, чтоб не сказать лишнего.

– Как видишь, может. В общем, это всё, для чего я звонил. Признаться честно, я уже успел мысленно примерить на себя роль отца. Но не в этот раз, как оказалось. Может, оно и к лучшему. – подытожил выводом.

– Я поняла. Извини, что так вышло. Я правда была уверена. – говорила заплетающимся языком, не до конца осознавая услышанное.

– Бывает. Ладно, Кать. Счастливо. Удачи вам.

– Пока. – как-то заторможенно вышло.

Сбросив звонок, непонимающе уставилась на телефон. Это что только что было? Тест отрицательный? Но как такое возможно? Гриша ведь бесплоден. Ничего понять не могла. В голове полнейший хаос и каша.

Встрепенувшись, судорожно полезла в электронку. Где это письмо из клиники? Перед глазами рябило. Не могла нормально смотреть, всё буквально плыло перед глазами, смешиваясь в кучу.

Найдя нужное, быстро клацнула по нему мышкой.

Расфокусированным взглядом пробежала по написанному. Вероятность отцовства – ноль процентов.

Приложив ладонь ко рту, глубоко вздохнула и закрыла глаза. Кажется, мир перевернулся с ног на голову.

Поверить не могла. Это ведь не розыгрыш? Не больное воображение, слуховые и зрительные галлюцинации? Правда? Такое возможно?

Снова и снова вчитывалась в результат. Гипнотизировала этот ноль неморгающим взглядом. Нет, всё верно. Дима не отец. Сто процентов нет. Теперь этому есть и документальное подтверждение, которое я за этот короткий срок, успела вызубрить наизусть.

Руки ходуном ходили. В холодный пот бросило. Эмоции обострились и стали схожи со взрывоопасной смесью.

– Какого хера, Гриша?! – проговорила в пустоту.

Я не знала, что сильнее. Понять не могла. Радость или отчаяние! Такие разные эмоции и такие сильные, не уступающие друг другу в красочности.

Я счастлива, что беременна и этот ребёнок от Гриши. Но одновременно с этим даже описать не могла, насколько паршиво мне стало от понимания, что мы столько времени просрали!

Что тогда Гриша изменил, оттолкнул тем самым меня. Что мы не справились тогда, шесть лет назад.

А ради чего всё было? Ради шести лет в никуда? Если по итогу мы снова сошлись и я беременна. От Гриши беременна!

Хотелось и плакать, и смеяться, одновременно.

Что, собственно, я и делала. Смеялась, беззвучно глотая слёзы. Мне хотелось Гришу и обнять, и огреть чем-то увесистым.

Столько времени потерять. Столько боли пережить. Разве это справедливо? И разве это ли не чудо, что у нас получилось?

Получается, в тот первый раз. Именно в тот раз, после которого я себя ненавидела и презирала за измену мужу. Гриша подарил мне беременность, о которой я даже не подозревала. И тем более и мечтать не могла, что ребёнок от него.

Господи, не знала, как себя сейчас собрать в кучу. Рабочий день уже давно закончился, а я так и сидела в своём кабинете, не в состоянии пошевелиться. Но хотя бы плакать перестала. Уже что-то.

Не сразу услышала звонок телефона. Как в прострации находилась. Опоминалась, когда он зазвонил во второй раз. Тогда и поняла, что до этого просто слушала мелодию ни как не реагируя.

– Да, Гриш. – чуть откашлявшись, ответила. Руки так и подрагивали, без возможности расслабиться.

– Катён, у тебя всё в порядке? Водитель уже минут двадцать ждёт. Ты куда пропала? – голос обеспокоенный. А я даже среагировать никак не могла.

– Да, всё хорошо. Не заметила, что уже день рабочий закончился. Сейчас спущусь.

– Что случилось? Ты сама на себя непохожа. Голос свой слышала? – в трубке послышался какой-то шорох и шаги.

Как пить дать, сейчас мечется туда-сюда. Всегда так делает, когда нервничает.

– Дома поговорим. – это точно не телефонный разговор. Слишком сильно желание увидеть его лицо, когда скажу о результате теста. – Я скоро буду. Уже выхожу.

Попутно разговору с Гришей, отключила компьютер и поднялась с кресла. Сбросив звонок, поспешила выйти из кабинета. Ноги с трудом передвигала, будто на них пудовые гири.

Пока ехала домой, где меня ждал Гриша, представляла наш разговор. То и дело фразы в голове прокручивала. Обрадуется? Наверняка. Не сомневаюсь в этом ни на секунду.

Я тоже рада. Я рада настолько, что во мне эта радость не помещается. Переполняет до краёв.

Правда переволновалась очень. Никак не могла совладать с эмоциями. Это всё настолько неожиданно, что до сих пор не верится до конца.

Всё же чудеса возможны. Это настоящее чудо. Та маленькая жизнь, что внутри меня, тому подтверждение. Неоспоримый факт.

Какие же мы дурака. Столько всего наворотили. Столько всего перенесли. А сейчас, будто отсчёт нашей новой жизни пошёл. С нулевой отметки стартанули вперёд.

Подъехав к дому, попрощалась с водителем и вышла из машины. Сделала несколько глубоких вдохов и посмотрела вверх. В квартирах горит свет. У каждого из жильцов своя жизнь. Со своими проблемами, неурядицами и счастливыми моментами.

Мы с Гришей тоже часть этого муравейника. В одной из квартир меня ждёт он. Свои самые страшные моменты мы пережили. Теперь, должно быть, только хорошее. Хватит уже дерьма. Наелись.

Когда-то я проклинала тот день, когда мы с ним встретились вновь после длительной разлуки. А сейчас готова его боготворить. Судьбоносная встреча. Не иначе. Настолько знаковая, что словами не передать.

Немного подышав свежим воздухом, всё же вошла в подъезд. И так задержалась прилично. Во взволнованном состоянии не только я. А судя по тому телефонному разговору и Гриша тоже.

Стоило открыть дверь, как наткнулась на Гришу. Уже стоял в коридоре, ожидая меня.

– Привет. – снова захотелось расплакаться, стоило на него взглянуть. Но сдержалась кое-как.

– Привет. Наконец-то ты дома. – помог мне снять плащ и повесил его на вешалку.

Пока я разувалась, чувствовала, что смотрит. Кожей ощущала взгляд. Он словно осязаем.

– Ты чего бледная такая? Чувствуешь себя как? – подошёл ко мне и обнял, прижимаясь к себе. Крепко и одновременно с этим, нежно.

Понятия не имею, как выгляжу сейчас. Но могу предположить, что не очень хорошо. Не просто так Гриша говорит о бледности. Всё нервы. Волнение после разговора с Димой, достигло пика. Вот и результат. Налицо, в буквальном смысле.

– Сегодня результаты теста пришли. – проговорила негромко и затаила дыхание.

Гриша напрягся. Хватка его рук стала жёстче. Он сам весь словно окаменел. Но меня не отпускал. Молчал. Только сердце грохотало, что, кажется, слышно было.

– И? – отозвался севшим голосом.

Чуть отстранилась и посмотрела ему в глаза. Такой обеспокоенный, хоть и пытается не выставлять это состояние наружу. Но глаза не замажешь. Выдают.

– Он отрицательный.

На лице Гриши отразилась целая гамма эмоций. Какие-то секунды, а такой коктейль из эмоций пронёсся, что не разобрать и не ухватиться за конкретную. Зрачки расширились, заполнив собой радужку.

Губы плавно разъехались в улыбке. Сначала слегка, а потом во все тридцать два.

– Ты же не шутишь сейчас? Кать. Катя, не шутишь? – обхватил меня за плечи. Взгляд безумный. Никогда его таким не видела. Ни при каких обстоятельствах. Таким он был впервые.

– Не шучу. Ребёнок твой, Гриш. – не сдержалась. Ощутила, как по щекам катятся слёзы. Горячие, солёные.

– Девочка моя. Я… Я даже не знаю, что сказать. Пиздец. – хаотично зацеловывал мои щёки, губы, глаза. Стирал пальцами слёзы и снова целовал.

Потом оторвался, сделал пару шагов назад и, обхватив руками голову, сел на корточки. Зажал пальцами отросшие волосы. Сидел так какое-то время. А я растерялась.

Смотрела на него широко раскрытыми глазами. Видела, как подрагивают плечи. Как напряжены пальцы, что костяшки побелели.

Сделав пару шумных вдохов, встал, выпрямившись в полный рост. Снова подошёл. Глаза красные. Блестят. Но счастья в них, просто море.

– Ты меня сейчас в нокаут отправила. В хорошем смысле. Я сейчас не знаю, куда себя деть. Орать хочется во всю глотку.

Его и правда колбасило и мотало не по-детски. И смеётся, и носом шмыгает.

– Аналогично, Гриш. Я до сих пор будто оглушённая. – у самой улыбка вырвалась. Да я её и не сдерживала. Словно удовлетворением и умиротворением укутало.

– А чего убитая такая приехала? Я думал, пиздец какой-то случился. Ты будто не рада была. – сам продолжает улыбаться, а в блестящих глазах по новой волнение всколыхнулось.

– Я? Ты шутишь? Для меня новости лучше и быть не может. Просто понять не могу. Как так получилось? Как? В голове не укладывается. Поверить сложно. Но ведь, правда. Своими глазами результат видела. – тараторила, пытаясь его успокоить. Ведь надумать успел, того, чего и в помине нет.

– Я пару дней назад сдавал анализ. Хотел провериться. Зацепиться за мизерную надежду. Вчера результат пришёл. Но обследование особой ясности не дало. Там один шанс из ста. Капец. Один из ста! Понимаешь?

Из него эмоции ключом били. Такой уязвимый и открытый. Он уже принял факт, что ребёнок от Димы, и что своих не будет. А тут такое. Естественно, эмоции уже другие. Потому что это, что-то из области фантастики. Неужели, так бывает?

Снова обнял. Гладил по плечам, спине, волосам. Гладил, гладил. Отпускать не собирался. Я и не хотела. Вечность бы стояла так, в его руках. Родных таких. Нужных.

– Почему не сказал, что обследовался? – кажется, сейчас поняла причину его вчерашнего пьянства.

– Не хотел, чтоб нервничала зазря. А ты сегодня, похоже, и так переволновалась. Капец. Катёна моя. Как же я тебя люблю.

Не знаю, сколько времени мы так стояли. Десять минут? Час? Временные рамки стёрлись.

Когда первые эмоции немного выровнялись, смогли расцепиться. Но не хотелось жутко.

Оба улыбались. Ужинали так же, с какими-то пришибленными выражениями лиц. Но настолько счастливые, что сложно выразить. Мы, блин, светились, в полную мощь, как электростанция.

Приняли вместе душ, даже там не переставая обниматься и нежиться. После, пошли в спальню. Уснуть правда не получалось. Ни у меня, ни у Гриши. Разговаривали очень много. Обо всём. Говорили. не замолкая. Прорвало. О планах на будущее. О прошлом. О настоящем.

– Кать, давай поженимся? Я хотел красиво предложение сделать, но лучше момента, как мне кажется, и быть не может. – огорошил. Только что говорили о том, в какой цвет стены в будущей детской красить. И такой резкий поворот.

– Гриш, я ещё даже не развелась. – почему-то сейчас меня эта ситуация не окунула в боль от своего поступка перед Димой, а вызвала улыбку. Эгоистично, должно быть, выглядит со стороны. Но все мы немного эгоисты. Да и акценты сместились.

– Да по хер. Ты главное – скажи, «да» или «нет». Официальный развод уже через неделю. Хотя. Нет, не так. Скажи «да». Да ведь?

– Да! Да, Гриш. – рассмеялась в голос.

Первое предложение он мне сделал, когда мы катались на роликах в парке. Точнее, я каталась, а он меня страховал. Но когда отвлёкся на телефонный звонок, я решила проявить самостоятельность. Мне казалось, что кататься у меня получается уже достаточно не плохо. Как оказалось, показалось.

Едва проехав метров десять, навернулась. Палата уверенно, не то что ехала. Ладони и колени содрала в кровь. Чудом лицом по асфальту не пропахала.

Сидела потом на лавочке в парке и рыдала взахлёб. Причитала, что лето, жара, а я теперь не красивая. Юбки и платья носить не смогу, с такими-то коленками. Ну ещё и больно, конечно, было.

Гриша успокаивал как мог. И развеселить пытался и доводы приводил, убеждал, что я самая красивая, а ноги до свадьбы заживут.

А потом просто опустился на колено передо мной и достал из кармана колечко. Красивое, изящное.

У меня тогда дар речи пропал. И о ладонях, и о коленках забыла. Да и слёзы быстро высохли. Даже боль чувствовать перестала. Ну и согласилась, естественно. Любила ведь его сильно. До беспамятства.

Вот и сейчас не раздумывая дала положительный ответ. А как иначе? Не можем мы врозь. Пробовали, не получилось. Только вместе теперь.

– Охрененное завершение дня. Катён, ты не пожалеешь. Я землю носом рыть буду, но ты не пожалеешь.

– Побереги нос. Я и так верю.

Верю. Потому что уже не жалею. Ни о чём не жалею. Не хочу жалеть. Много ошибок было. Но они в прошлом. Не буду тащить их в настоящее. Даже в мыслях.

Ещё около часа болтали, но сон всё же взял своё. Эмоций и впечатлений много было. И все они сильные, яркие. Сначала на адреналине держались, а теперь расслабились.

Оба осознали в полной мере. Оба поверили до конца.

Отключилась достаточно быстро, когда мы всё же выключили ночник и удобно устроились на постели. Гриша к себе прижимал. Обнимал.

Но спалось в итоге неспокойно. Крутилась, вертелась. Вроде бы и спала, но как-то поверхностно, не глубоко.

Ещё и низ живота тянуло. Не скажу, что сильно, но ощутимо. Впервые испытала этот тянущий дискомфорт ещё на работе, после разговора с Димой. Но потом отпустило вроде, и я даже не вспомнила, что было так. А сейчас опять.

Но теперь к тянущим ощущениям ещё и напряжение в пояснице добавилось. В итоге окончательно пробудилась.

Гриша спал, и чтоб его не разбудить, из-под одеяла вылазила тихо, как мышка.

Накинув халат, пошла в туалет.

Первым делом сняла трусики и посмотрела, нет ли крови. Эти прострелы внизу живота только усиливались, и я не на шутку напряглась. Но к своему облегчению, крови не обнаружила. Но накрутить себя успела.

Да и как не начать волноваться, когда ощущения неприятные не проходят, а только набирают обороты и усиливаются. Тут уже и до паники недалеко.

Это моя первая беременность. Сравнивать мне не с чем. Но что-то подсказывало, что происходящее, далеко не норма.

В итоге не выдержала и, вернувшись в спальню, начала будить Гришу.

– Что такое, Катён? – пробормотал сонно, не раскрывая глаз.

– Мне нехорошо. – постаралась говорить спокойно, чтоб паникующих не стало ещё на одного больше. Меня достаточно. У кого-то должен быть ясный рассудок.

– Что случилось? – тут же разомкнул глаза, потёр их ладонями и, приподнявшись, уставился на меня.

– Живот тянет. Не знаю, нормально это или нет. Но мне не очень нравится. Будто что-то не то.

– Твою мать! – подорвался с постели так, что матрас отпружинил. Явно с непаникующим Гришей я промахнулась в расчётах.

– Я не знаю, может скорую вызвать.

– Я сейчас сам тебя в клинику отвезу. – суетился, натягивая джинсы. – Сама одеться сможешь? Помочь? Сильно тянет? – закидывал меня вопросами, пока одевался в ускоренном темпе.

– Гриш, успокойся. Может, я зря панику навожу. – его взгляд был каким-то на гране. Там даже не паника, там ужас. – Я оденусь.

– Хорошо. Я сейчас позвоню и поедем. – схватив телефон, вылетел из комнаты.

А я, не совершая резких движений, начала переодеваться. Почему-то казалось, чем аккуратнее я всё буду делать, тем лучше. Бред, наверное. Но так спокойнее было.

К моменту, когда я была полностью готова, Гриша вернулся в спальню. Весь напряжённый, волосы всклокоченные, взгляд растерянный.

– Давай помогу. – как хрустальную вазу меня придерживал, ведя к выходу из квартиры.

Если бы не моя плавность при движениях, он бы уже бежал. Но подстраивался под мой шаг.

Стоя у лифта, не выдержал и подхватил меня на руки. И спорить не стала. Может, так действительно лучше и быстрее.

Так и донёс меня до машины. Усадил на кресло и пристегнув, оббежал авто и сел за руль.

– Гриш, всё будет хорошо. – успокаивала и его, и себя.

– Я знаю. По-другому не может. Ты главное сама не волнуйся и не нервничай. Сейчас приедем в клинику, тебя осмотрят и поедем домой. Но если нужно будет, останешься там. Я с тобой.

Обхватив свободной рукой мою ладонь, крепко сжал. Так и ехали, не расцепляя рук. Держались крепко.

Я могу понять, почему он так нервничает. Только вчера он узнал, что отец по-настоящему. По крови. Что у нас каким-то неведомым образом получилось зачать. А уже сейчас со мной что-то не так.

Меня это тоже пугало. Сильно, до дрожи. Потому что, если случится что-то непоправимое, второго шанса может не быть.

Сама по себе потеря ребёнка страшна. Это удар. В нашем случае, удар двойной. Я старалась гнать эти мысли. Не хочу думать о плохом.

Всю дорогу держала свободную ладонь на животе. Пыталась расслабиться, мысленно внушать и себе, и малышу, что всё хорошо. Что ничего не случится. У нас получилось зачать, получится выносить и родить. Только так.

Гриша вёл машину сосредоточенно. Гнал, но аккуратно. Руль сжимал, до побеления костяшек на пальцах. Смотреть на него больно было.

Я даже не спросила, в какую именно клинику мы едем. И только сейчас, когда мы парковались, поняла, что Гриша привёз меня туда же, где я и сама проходила первое обследование. Совпадение? Не знаю. Но сейчас было не до того. Клиника-то не плохая.

Хоть я и встала в итоге на учёт в ту, что ближе к нынешнему дому, тут мне тогда понравилось.

Одновременно с нами на парковку въехала другая машина. И пока Гриша помогал мне выйти, из той машины выскочила женщина. Та, что сказала мне о том, что я беременна.

– Как вы? – тут же подошла к нам и с крайне серьёзно видом посмотрела на меня.

– Тянет сильно. – отозвалась немного растерянно. Она кивнула и обратилась к Грише.

– Я побежала готовиться, персонал предупрежу, вас проводят ко мне в кабинет. Сами доберётесь или вызвать каталку?

– Сами. Спасибо, Лен. – напряжено отозвался Гриша, подхватывая меня на руки.

Ничего не понимаю. Они знакомы? Чертовщина какая-то. Но это всё мы обсудим после.

Стоило зайти внутрь клиники, как нас тут же направили в нужный кабинет. Та самая Елена уже была в халате, и мыла руки.

– Клади её на кушетку. – Гриша бережно меня положил и встал рядом. За руку держал. – Сам за дверью подожди.

– Нет. – и с места не сдвинулся.

– Гриша, выйди за дверь. В спину мне дышать не надо. Как закончим, тебя позову.

Таким тоном ему сказала, что у меня глаза на лоб полезли. Но, наверное, ему действительно лучше подождать снаружи. Хотя мне и страшно без него. Господи, я не знаю, как лучше.

– Гриш, иди. Всё хорошо. Мы тут не долго, а потом ты вернёшься. – попыталась его немного успокоить.

Он явно был против, но спорить не стал. Поцеловал меня, погладил по голове и прошептал на ухо, что ждёт и что любит. На глаза слёзы навернулись.

– Кофточку приподнимите, сейчас посмотрим, как дела обстоят. Не кровило? – спросила меня, когда мы остались одни.

– Нет. Только тянет, живот и поясницу. – она кивнула и поднесла к животу датчик УЗИ. Попутно задавала ещё ряд вопросов.

Я отвечала, а после затаила дыхание.