Глава 62. Битва
Из беседки в апартаменты королевы Ктару тоже понесли на руках.
Обнимая фараона за шею и блаженно прижимаясь к стальной груди властителя ночи она с умиротворением думала о том, что легко могла бы к подобному привыкнуть.
Думала о том, что она совершенно счастлива.
Что ничего бы не изменила в своей жизни и всё сложилось именно так, как должно было. Наилучшим образом.
Каждое пережитое событие и испытание сделали её той, которую смогли полюбить трое самых невероятных мужчин на планете.
Она была абсолютно уверена, что каждый выбирает свой путь, приходя в мир. Ещё до рождения. Душа заранее знает направление по которому будет идти. Знает чего хочет от данного воплощения, прокладывает маршрут, заключает соглашения с другими Душами, которых встретит и смело шагает.
Люди и обстоятельства, встречающие на пути жизни лишь указатели и подсказки, которые помогают тебе не сбиться и стать той, кем ты должна. Помогают увидеть свои слабости, неисцелённости.
Печально, когда человек делает неправильные выводы, выбирая, например, удобную роль жертвы, снимая с себя всякую ответственность за собственную жизнь. Которой все всё должны. Где тебе просто не повезло. Где ты просто родился не в той стране. Не в той семье. Не в то время. Где не я такой, а мир такой, люди и прочее и прочее и прочее.
Очень удобно.
Но никуда не приведёт.
Лишь ещё больше разрушит тебя и уведёт с пути.
Никогда не сделает счастливым.
Унесёт по течению с общим потоком, такими же безвольными и хныкающими. В канализацию…
Ктара крепче обняла мужа.
Он расправил кожистые крылья и взлетел.
Она не успела спросить куда и зачем. Правитель ночи приземлился на террасе апартаментов и вошёл в спальню.
Ктара опешила.
На месте прежней стандартной формы королевской постели стояла новая. Круглая. Огромная. Ряд подушек был расположен по радиусу, в центре. На постели уже спали Лир с Джеем. Хотя насчёт последнего Ктара не была уверена, что он вообще просыпался. С ним явно что-то происходит и она обязательно должна выяснить что.
Фараон прошёл на противоположную половину круглой постели. Поставил Ктару на ноги, развернул к себе спиной, расстегнул корсет и медленно освободил её от платья.
Она опасливо и виновато косилась на спящих Лира с Джеем.
Ей было как-то неловко. Не по себе.
— Не переживай, — едва слышно и чувственно произнёс ей на ухо повелитель вампиров. — Я лишь раздеваю тебя. Сегодня будем просто спать. Все вместе. Это я приказал изготовить и доставить нашу новую постель. Перетащить, кстати, на неё Аргайла стоило немалых сил, — улыбнулся он. — Тяжеленная кошара. Его бы на диету посадить.
Ктара улыбнулась.
Кажется этого фараон и добавился. Чтобы она немного расслабилась.
— Ты довольна? — спросил он.
Она кивнула.
— Да. Спасибо.
Древнее могущественное существо склонилось к ней в нежном поцелуе, а в следующую секунду они оба уже обнажённые лежали на постели, укрытые нежным шёлком.
Ктара даже головой тряхнула.
Подобная скорость передвижения немного сводила её с ума.
Она к ней ещё не привыкла.
Не отпускало ощущение словно она просто бредит или теряет на какое-то время память, не помня как оказалась в том или ином месте.
— Извини, — произнёс фараон. — Я постараюсь быть медленнее.
— Ничего, — отозвалась Ктара. — Постараюсь привыкнуть.
Властитель вампиров нежно поцеловал её в губы, лоб, макушку и обнял, крепко прижав к литой груди.
— Ани устраивает грандиозный приём в честь дня рождения, — произнёс он.
— Королева банши? — уточнила Ктара.
— Да.
— И? — спросила она, чувствуя какую-то задумчивость в тоне фараона.
— Мы все приглашены, — ответил он.
— Разве это странно? — спросила она. — Вы с Джеем первые лица на планете. Вас наверняка вообще везде приглашают. И по менее пустяковым событиям. А здесь день рождение всё-таки.
— Никому не известно когда именно родилась королева банши, — ответил фараон. — О ней вообще мало что известно. Она просто однажды появилась. И никогда не отмечала свои дни рождения. Почему сейчас?
Ктара чувствовала подозрительность в голосе фараона и…
— Думаешь это она стоит за всеми странными нападениями, которые происходили в наших жизнях в последнее время? — догадалась она.
— Вполне.
— Тогда мы отправляемся в ловушку? — предположила она.
— Возможно, — задумчиво ответил повелитель вампиров. — Но почему сейчас? Что ей может быть нужно? Чего она добивается? Я не вижу мотивов… И не вижу ничего подозрительного на её землях. Или в её поведении.
— А она может как-то скрыть от тебя то, что не желает показывать? — спросила Ктара.
Рамзес задумался.
— Я бы сказал, что это невозможно, — медленно протянул он. — Но жизнь уже не раз доказывала мне, что нет ничего невозможного.
Они надолго оба задумались, прокручивая в памяти события последних месяцев и прикидывая насколько королева банши могла в них учавствовать.
Ктара вновь ощутила поцелуй в макушку.
— Спи, — приказал правитель ночи и она провалилась в сон.
Фараон так и не уснул.
Он вообще не нуждался во сне так часто как двуликие. Или иные существа.
Было время подумать.
И было над чем.
Ему необходимо было поговорить о своих домыслах с Аргайлом.
Всё-таки хорошо, что они отправляются на земли банши, — подумал Рам. — Надо усилить охрану Ктары, а они с Аргайлом уж докопаются до истины. На этот раз белобрысая ведьма от них не уйдёт.
***
На земли банши правители планеты прибыли за два дня до грандиозного торжества.
Уже во дворце их встретила не только королева демониц, но и элитный отряд леопардов, которых тоже отрядили охранять Ктару.
Куда бы она не пошла, за ней повсюду следовала практически целая армия, состоявшая из альфа-самок львиц, гиен, охрана её собственного прайма, прайма леопардов, ещё и несколько вампиров постоянно тёрлось где-то в засаде. Она была в этом уверена. Ктара их не видела. Чувствовала. Пристальные сверлящие блюдущие взгляды ото всюду.
«А может вовсе и не вампиры это были», — подумала она.
Бесконечно прибывающие гости набивались во дворец королевы банши, словно он был безразмерным.
Каждый пытался оказаться там же, где и царица двуликих и вампиров. Рядом с той, которую оказались согласны делить два самых могущественных существа на планете.
Всегда враждующих.
Конкурирующих.
А здесь…
Каждый пытался с ней познакомиться. Хотя бы посмотреть.
Как-то угодить.
И понять.
Что в ней такого.
Ктара задыхалась.
И была на грани нервного срыва.
Ещё и мужья вечно где-то пропадали.
Вечер приёма стал для Ктары и вовсе пиком ада, в котором она находилась последние дни.
Концентрация существ на квадратный метр достигла своего апогея.
И все не сводили с неё глаз, хотели познакомиться, всячески заискивали, пытались пробиться к ней как можно ближе.
Ктаре стало казаться, что её просто затопчут. Стены комнаты словно сдвигались, помещение становилось теснее, существ больше и все они шли на неё.
Ктара стала задыхаться. Её накрыла паника.
Мужей опять нигде не было.
Она поспешила к выходу.
И волна двинулась за ней.
— Нет! — заорала царица двуликих и вампиров, резко обернувшись.
Сметая ненавистную толпу с ног.
Каждый находящийся в зале оказался на полу.
Потрясённо и испугано взирая на жену правителя планеты и ночи.
— Нет, — гораздо спокойнее, но твёрдо произнесла она в воцарившейся тишине. — Оставьте меня в покое. Все. Я хочу побыть одна. Точка.
Она развернулась и вышла в ночь.
Глубоко вдыхая полной грудью.
Подставляя лицо лунному свету.
И звёздам.
«Даааа, — блаженно улыбнулась она, делая ещё один глубокий вдох. — Дааа».
Ктара пошла дальше по аллее.
Слыша только свои шаги.
«Даааа», — наслаждалась она одиночеством и тишиной.
Наконец-то!
Ночь была совершенно безветренной.
Неожиданно её окутал порыв воздуха.
Со спины.
Ктара обернулась.
На аллее стояла королева банши.
В привычно белоснежных одеждах. Её волосы и лёгкое длинное платье трепал ветер. Словно ласкал. Заигрывал. Словно она и была ветром. Создавала его. Или он был частью её.
— Я просила оставить меня в покое, — ровно произнесла царица двуликих и вампиров.
— Да, — отозвалась королева банши и замолчала.
Не двинулась с места.
Просто стояла.
И смотрела на Ктару.
Королева гиен нахмурилась.
— Что тебе надо? — спросила она.
Ани тяжело и грустно вздохнула.
Слишком наиграно.
— Как думаешь чьё день рождение мы сегодня отмечали? — спросила она не в тему.
— Что? — растерялась Ктара.
— Как думаешь, — медленнее начала демоница. — Чьё. День рождение. Мы. Сегодня. Отмечали?
Ктара несколько раз удивлённо моргнула.
Очевидный ответ, явно был неверным.
— Твоё, — совершенно ошарашила её беловолосая.
Ктаре потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя.
— Ани, — устало начала она. — Спасибо, конечно, но я уже говорила тебе, что меня не интересуют женщины. Не стоило так утруждаться и тратить такую кучу денег. И вообще это глупо. Никто не знает точную дату, когда я родилась. Или ты решила сама назначить день, который отныне будет считаться днём моего рождения? — усмехнулась Ктара высокомерию королевы банши.
— Нет, — просто ответила она, хитро улыбаясь.
Ктара вновь растерялась.
Что за игру затеяла королева демониц?
— Пойдём со мной, Ктара, — протянула она ей руку. — Я тебе кое-что покажу.
Ктара подозрительно посмотрела на руку беловолосой.
— Тебе разве не интересно наконец-то узнать кто ты? — продолжала демоница.
Ктара молчала.
— Откуда я узнала, когда именно ты родилась?
Ктара молчала.
— Снова увидеть мать?
Глаза царицы вспыхнули.
Ани рассмеялась.
— Тебя так легко читать, — прокомментировала она. — Идём.
Ктара не спешила.
— Ты врёшь, — произнесла она. — Моя мать мертва. Уже давно.
В руке банши непонятно откуда появился кинжал.
Она медленно разрезала себе ладонь, сжала её в кулак и начала читать клятву на крови.
Ктара как завороженная смотрела на появившиеся алые капельки и как они падали на землю.
— Клянусь, — заговорила королева с первой упавшей каплей, — что твоя мать жива. Клянусь, — продолжала она со второй, — что она здесь. Клянусь. Что отведу тебя к ней. Клянусь. Что ты получишь все ответы относительно своего прошлого и происхождения. Клянусь… что я твоя сестра.
— Что?! — подняла царица двуликих и вампиров изумлённые ярко-зелёные глаза на беловолосую демоницу.
— Да, — мягко, нежно, по-семейному и снисходительно, улыбнулась та.
— Как такое возможно? — прошептала Ктара, вернув взор к каплям алой крови, которые приняла земля.
Ни слова лжи.
Всё правда.
— Как? — потрясённо повторила она и словно в бреду приняла протянутую руку и пошла за королевой банши, не в состоянии угнаться ни за одной из своих мыслей.
Они все то разбегались, то собирались в один клубок, который невозможно было распутать.
Отрывки воспоминаний.
Слов.
Шок.
Неверие.
Желание докопаться до истины.
Раскрыть все тайны.
Покончить с неопределённостью.
Узнать причины.
Всё это толкало царицу вперёд.
Словно ягнёнка за заклание.
Она чувствовала это.
Но ничего не могла с собой поделать.
Это было сильнее её.
Перед сёстрами открылись очередные скрытые двери и они оказались в просторном помещении с оборудованием, столами, многочисленными пробирками. Что-то где-то дымило и стоял стойкий запах лекарств.
Знакомый.
«Болезненно знакомый», — подумала Ктара.
От мамы всегда так пахло.
В глаза бросилась клетка в дальнем углу.
Ктара пошла к ней как зачарованная.
На ватных ногах.
Она была уверена, что найдёт там мать.
Она спешила.
Нет.
Разочарование.
Интерес.
Существо за прутьями смотрело на неё с таким же любопытством.
И теплотой.
Что это?
Почему?
— Ты кто? — сорвалось с губ Ктары.
— Она тебе не ответит, — заговорила банши за спиной. — Мне кажется, что она немая.
Немая не сводила удивительных ярких голубых глаз с царицы двуликих и вампиров. Удерживала зрительный контакт и словно не могла насмотреться.
Она улыбалась.
— Всё не так, как кажется, — заговорила она мягко.
— Да неужели! — воскликнула Ани, ощутив укол ревности, злости и зависти в груди.
— Слушай своё сердце, — продолжила Просветлённая, даже не обратив на Ани внимания. Никакого.
Как всегда!
— Кто ты? — повторила Ктара свой вопрос.
Позади что-то загремело. Послышался звук битого стекла.
Много.
Девушки обернулись.
— Ой, — виновато застыла… мама. — Я стала такая неуклюжая.
Она бросилась собирать осколки.
Ктара машинально кинулась ей на помощь, тоже опустившись на колени.
Руки мамы тряслись.
Они ничуть не изменились.
Почти.
Она не изменилась.
Как такое возможно?
— Мама, — потрясённо произнесла Ктара.
— А? — подняла растерянный взгляд она, а затем перевела его на королеву банши. — Ты уже всё ей рассказала?
— Ещё нет.
— Ты должна нам помочь! — схватила мама Ктару за руки.
— Лил, — предупреждающе протянула Ани.
— Ты же тоже от них пострадала! — не слышала сестру…
«Лилиана, — вспомнила Ктара. — Да».
Её мать звали Лилианой.
— Они пороботили тебя, — лихорадочно продолжала мама, — сделали рабыней. Как и всех нас. Всё человечество. Уничтожили. Почти всех. Мы должны остановить их. Пока не поздно. Ты должна помочь нам. Их надо уничтожить.
Ктара нахмурилась, всматриваясь в мать.
Нездоровый блеск в мутных зелёных глазах сложно было не заметить.
Ктара сочувственно поджала губы.
— Она нездорова? — аккуратно спросила она у Ани.
Та усмехнулась.
— Мне кажется она задолго до нас с тобой с башкой уже не дружила.
Ктара удивилась.
Её отношение к матери было совсем иным, нежели у «сестры».
— Тебя она тоже бросила? — предположила Ктара.
— К сожалению, нет.
Ктара совершенно ничего не понимала, глядя на королеву демониц.
— Нас с тобой создали, ради спасения человеческой расы, — начала она своё пояснение. — Мы лишь орудие. Я лишь имела возможность это понять, а тебя бросили задолго до этого.
— Бросили? — переспросила Ктара.
— Ага, — безразлично отозвалась банши. — Как провальный эксперимент.
— Эксперемент? — не верила своим ушам она.
— Ага.
— Мама? — вернула своё внимание Ктара к самому родному человеку на свете.
Желая услышать опровержение.
Это же всё бред какой-то!
— Я не знала, что ты такая перспективная! — защищалась мать в своё оправдание, пряча глаза. — Откуда я могла знать, что твои способности спящие?! Что они активируются при взаимодействии с существами? Ещё и многократно превосходя их! Это всё гены Просветлённой! Их было в тебе слишком много. Я переборщила. Я только потом поняла. Ты была слишком мягкой, эмоциональной, доброй. Ненормальной. Ты помнишь, что ты мне ответила, когда я дала тебе всю информацию на это чудовище, что пьёт нашу кровь? Их повелителя.
— Рама? — растеряно переспросила Ктара.
— Да! Вот! Опять! — разозлилась мать. — Сопротивление столетиями собирало информацию на этих чудовищ. Несколько томов его нескончаемых преступлений и доказательств бесчеловечности, а когда я спросила тебя, что ты поняла, помнишь, что ты ответила?!?!
Ктара нахмурилась, напрягая память.
Не понимая на что так злиться мать.
Она копала и копала.
Она хотела отыскать воспоминание давно минувших лет, которое, как оказалось, было решающим в принятом матерью решении. Бросить её.
Ктара закрыла глаза. Сосредоточилась. Всё глубже и глубже погружаясь во тьму глубин собственной памяти. Словно отматывая плёнку. Поворачивая время вспять.
Картинки детства замелькали перед внутренним взором.
Неудивительно, что Ктара их не запомнила.
Теперь она видела всё иначе.
Её детство вовсе не было счастливым.
Она лишь придумала его.
А мозг просто «забыл» детали, раз она решила иначе.
Он не мог помнить того, чего не было.
Ктара сама склеила короткие и редкие моменты улыбки матери и проявления её нежности, как доказательства любви.
Нет.
Там не было любви.
Никогда.
Лил была довольна лишь когда Ктара делала что-то правильно.
И она старалась.
Она вспомнила.
Вспомнила, как не спала почти три дня, внимательно изучая информацию на «чудовище», как приказала мама.
Внимательно.
«Всё не так, как кажется», — почему-то всегда крутилась в уме мысль.
Ещё тогда.
Даже в то далёкое время.
Ктара обернулась на Просветлённую.
Та мягко улыбнулась ей.
— Ну?! — строго потребовала мать. — Вспомнила?
— Да, — спокойно ответила Ктара.
— И?! — продолжала она требовать. — Что ты ответила, когда я тебя спросила, что ты поняла из того, что прочла об этом монстре?
— «Я поставил её слева, там, где моё сердце, чтобы во все века люди знали, что я люблю её», — процитировать Ктара слова древнего жестокого фараона, которые он приказал высечь на одном из стен храма в честь той, что Любил.
Те самые слова, которые она процитировала ему. Те, что поразили его. Или заставили вспомнить. Встряхнули. Перевернули…
Те самые слова, которые она пронесла в своём сердце через десятилетия.
Она знала, что они важны.
Она знала, что в них суть.
Всего.
— Любовь, — произнесла Ктара.
— Пффф! — психанула мать, поднимаясь. — Вот! Опять!
— Она права, — вернулась в разговор королева банши.
— Что?! — изумлённо повернулась Лилиан ко второй «дочери». Осуждающе.
— Ты лишь ошибаешься насчёт предмета любви, — продолжила демоница, игнорируя реакцию «матери».
— Ты о чём? — спросила Ктара.
— Семья, — произнесла Ани. — Одна кровь. Нет крепче уз, чем кровные.
— Да уж, — усмехнулась Ктара, бросив взгляд на мать, которая оставила её ребёнком на произвол судьбы. — Я заметила.
Королева банши оказалась прямо перед Ктарой, загораживая собою мать.
— Не смотри на неё, — с сожалением и болью заговорила она, нежно потянувшись к лицу Ктары. — Она больная. Ненормальная. Всегда такой была. Возможно такой родилась. Её бы саму подправить. У неё атрофировано самое главное… Семья, Ктара, — повторилась она. — Только мы можем понять, через что нам пришлось пройти. Наши чувства. Нашу боль. Её глубину…
Ктара одёрнула лицо, не позволив королеве к себе прикоснуться.
Та недобро нахмурилась.
— Думаешь они твоя семья?! — разозлилась демоница.
— Я не думаю, — спокойно отозвалась Ктара.
Королева усмехнулась.
— Что ж, — протянула она. — Идём я покажу тебе…
«Не надо за ней ходить», — думала Ктара и шла.
Снова.
Они оказались в тёмной комнате с огромным чёрным зеркалом во всю стену.
— Знаешь, ещё одна невероятная способность, которую смогла создать в тебе наша гениальная, но безумная мать, это то, что ты можешь стать истинной для любого, кого захочешь. Любовь между мужчиной и женщиной, это по сути та же самая химия, Ктара. Феромоны, энергетика. Она не настоящая. Просто химия.
— Всё не столь просто как ты говоришь, Ани, — не согласилась Ктара. — Совсем не просто.
Королева снисходительно улыбнулась.
— Так вот, — проигнорировала она слова сестры. — Ты можешь стать истиной для любого, кого захочешь, — повторилась она явно неспроста, — но, как тебе известно, о двуликих Богиня позаботилась особым образом и под каждого создаёт Пару. Настоящую Истинную, — пристально и хитро посмотрела она Ктаре в глаза, делая ударение.
— Долго будешь ходить вокруг да около? — зло спросила царица, предчувствуя беду.
— Не замечала ли ты в поведении Аргайла некие странности с момента, как он отправился на выборы Прайма львов?
Сердце Ктары сделало три кульбита и замерло, задрожало. В ужасе. Страхе. Предчувствии.
— Дааааа, — сладко и победоносно протянула Ани. — Ты совершенно права. Он встретил Её. Настоящую. Ту, что предназначена ему самой Богиней.
В глазах Ктары заблестели предательские слёзы.
Она совершенно не собиралась реветь!
Тем более перед этой!
Они сами…
— Ложь! — зло выплюнула Ктара, пытаясь обмануть себя же.
Она знала!
Ани улыбнулась.
— Ты знаешь, что у двуликих, после того, как они встречают свою Пару стоит только на неё? — спросила она с явным намёком.
Ктара упрямо поджала губы.
Она не собиралась играть в эту игру.
— Ты видела Аргайла хоть раз за последние два дня? — последовал следующий вопрос.
Ктара растерялась.
Вроде бы.
— У нас обоих очень много дел, — пыталась Ктара защитить их Любовь. — Сама знаешь. На наших с тобой плечах праймы, а он правитель всей планеты.
— Ага, — усмехнулась Ани. — Или он встретил настоящую Истинную и не вылезает эти два дня из постели с ней.
Ктара открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент огромное черное зеркало-стена стало светлеть.
В глаза бросилась огромная постель.
И Джей.
На ней.
Лежа на спине.
А сверху…
На нём…
Скакала, извиваясь, как змея…
Она.
Другая.
Брюнетка.
Смуглокожая.
Крутобёдрая.
Грудастая.
Как он любит.
Всегда любил.
Крик их обоюдного оргазма оглушил Ктару.
Раздавил.
Уничтожил.
Ей бы закрыть глаза.
Не видеть всего этого.
Но она не могла.
Застыла.
Замерла.
Её парализовало.
Она не могла оторвать глаз от злосчастной измятой постели.
Брюнетка чуть отклонилась и Ктара увидела выражение лица Джея. Его взгляд.
Ярость, бушевавшую в нём.
Что-то в ней словно щёлкнуло.
Зелёные глаза обежали пустое помещение без окон.
Лишь серые стены.
И один предмет мебели.
Постель.
Джей по-прежнему лежит на спине.
Он ни разу не коснулся брюнетки.
Даже сейчас.
И позы не меняет.
Словно его привязали к этой треклятой постели, хотя пут не видно.
Но теперь Ктара была уверена…
Она взмахнула рукой, разбивая в дребезги зеркало, убирая его со своего пути. Защищая от осколков лишь себя и Джея.
Она шагнула в комнату и пошла на пышногрудую дрянь, которая насиловала её мужа.
Не важно один раз или последние чёртовы два дня.
Ктара ментально бросила её через всю комнату, хорошенько приложив о противоположную стену и не собиралась на этом останавливаться, двинувшись на суку.
Но Джей каким-то образом оказался около неё, закрыв собою.
Словно защищая.
Ктара потрясённо замерла.
На лице любимого была написана мука.
И вина.
— Прости, — прошептал он, напряжённо сжимая кулаки.
— Ты не виноват, — пыталась утешить его Ктара. — Это чары.
— Не совсем.
— Что? — растерялась «Пара».
— Прости, — лишь повторил он. — Я не мог тебе сказать… я не хотел…
Ктара опешила. Пошатнулась.
Он бросился к ней, но первой успела королева банши, а его отбросило ударной волной. Назад. К той… К его…
Ктара не была уверена, кто именно это сделал. Она или Ани.
Она тоже не хотела, чтобы он сейчас к ней прикасался.
Брюнетка практически повисла на шее Джея, ища защиты и пытаясь удержать, но он смотрел лишь на Ктару.
По-прежнему даже не прикасался… к той…
— Давно? — с болью прохрипел голос фальшивой истиной.
— Я люблю только тебя, — произнёс Джей вместо ответа.
— Это ложь! — заверещала брюнетка. — Я его Истинная!
Ктара взмахнула рукой и та смолкла.
Открывала рот, но из него не вырывалось ни звука.
Правитель мира на секунду прикрыл глаза, беря себя в руки. Его инстинкты кричали защащать Истинную. Её боль были его болью. Её эмоции, чувства — его. Их Связь действительно была очнь крепка...
Она трясла его, пытаясь докричаться, но он по прежнему не реагировал.
Не поддерживал.
Но и не убирал от себя.
Ктара всё это видела, понимала, чувствовала. Его боль, свою боль...
Она обречённо опустила глаза.
Не было сил видеть их. Правду...
Взгляд её упал на живот.
Она непроизвольно погладила его.
Вспоминая.
Что носит ребёнка.
От другого…
Имеет ещё одного мужа, помимо его отца.
И Джей всё это принял однажды…
Имеет ли она право?...
Она подняла глаза.
— Все вместе мы жить не сможем, — заговорила Ктара. — Надо будет это решить как-то по другому. Назначить какой-то график, не знаю.
Аргайл улыбнулся.
— Извини, не разделяю твоего веселья, — хмуро отозвалась Ктара.
Он оказался рядом.
Вонял той!
Но у Ктары не было сил его оттолкнуть.
Она не имела права!
— Мне никто не нужен кроме тебя, — мягко произнёс правитель мира, не прикасаясь к ней.
И Ктара знала, что вовсе не из-за того, что не хотел, как в варианте с другой.
— Да, — произнёс Джей на её мысли. — Она пахнет как ты, но я не хочу к тебе прикасаться, пока воняю ею. Пока хотя бы водой не смою её с себя. Богиня определила мне её в Пары, но я уже давно выбрал, Ктара. Мне не нужна она и не нужно две. Мне нужна ты. Только ты. Всегда. Навсегда.
Брюнетка явно была недовольна и бросилась к ним, но Ктара вновь её отбросила и придавила на этот раз к стене. Лишая не только голоса, но и права двигаться.
Царица двуликих и вампиров обняла мужа, блаженно, облегчённо прижимаясь к широкой грудной клетке повелителя мира.
Как же она скучала! Как ей не хватало тепла его кожи.
И этих огромных горячих ладоней, которые легли ей на поясницу...
— Что ж, — разочаровано протянула Ани, привлекая к себе внимание. — Не хотела прибегать к этому варианту, ибо по итогу из-за твоей злости на меня твой путь ко мне займёт гораздо больше времени. Возможно столетия, пока твоя ярость не стихнет, но главное результат, разве нет?
— Что ты имеешь в виду? — обеспокоенно спросила Ктара.
Королева демониц щёлкнула пальцами что-то шепнув.
Рядом с нею оказался властитель вампиров с пустым чёрным взглядом.
— Ты действительно сделала их слабее, — произнесла бестия, пока Ктара потрясённо смотрела в пустые чёрные глаза. — Превратить в раба такое сильное и могущественное существо, как фараон могло лишь одно. Точнее практически невероятная комбинация.
Ктара молчала.
— Истинная любовь. Твоя кровь. И знания. Убей Аргайла, — приказала она фараону.
— Нет! — пыталась загородить собою Джея Ктара, но была с лёгкостью отброшена.
— И Хранителя, когда он появиться, — добавила королева, когда воздух рядом с сестрой зарябил.
— Нет, — уже в тихом обречённом ужасе шептала Ктара, глядя как материализуется Лир. На полу. Какой-то одурманенный. Обессиленный.
Что происходит вообще?!
— Каждого из них мне удалось заманить в ловушку, манипулируя их чувствами к тебе, — продолжала Ани. — К тебе, — сделала она ударение. — Так что когда всё закончиться и ты захочешь возненавидеть меня, обвинив в их смерти, подумай лучше об этом. Проблема всему их любовь к тебе и твоя к ним. Первая мне помогла от них избавиться, а вторая явилась причиной необходимости в этом.
— Какой причиной, сумасшедшая?! — заорала Ктара.
— Если бы не они, ты бы была одинока и несчатна так же как и я. Ты бы не отвернулась от меня. Ты бы приняла меня.
Ктара в отчаянии закрыла глаза.
«Все ко мне! Немедленно!», — приказала она. Позвала. Помощь.
Чувствуя как зашевелился весь мир.
Услышал.
Кроме людей.
В считанные минут в помещение ворвались в первую очередь её личная небольшая армия из львов, гиен и леопардов, но Ктара чувствовала столпотворение в коридорах и других помещениях.
Все откликнулись на её зов.
Все!
— Защищать Аргайла и Вайтхорна! — приказала Ктара. — Остановить фараона, но не убивать!
Приказ был принят к исполнению.
Летела одна жизнь за другой.
У властителя ночи не было приказа не убивать.
Сердце царицы разрывалось на куски.
Ей приходилось жертвовать жизнями других, чтобы сохранить жизнь любимым.
Должен был быть другой способ. Должен быть!
Иначе фараон усеит земли банши трупами.
Она посмотрела на королеву демониц, весящую под потолком в развивающихся одеждах.
Она ликовала. Развлекалась.
Банши любила смерть. И хаос. Страдания.
Она буквально их ела, становясь сильнее.
Теоретически если убить хозяина чары развеяться, да?
Теоретически.
А если нет?
Если нужен особый ритуал с ней живой, а Ктара её прикончит?
Она сможет.
Ктара чувствовала.
Она гораздо сильнее.
Намного.
Вот бы спросить Просветлённую, но к ней не пробиться в этом столпотворении.
«Слушай своё сердце», — вспомнила Ктара её слова и посмотрела на Рама и то, что он творит.
Любая жизнь ценна.
Жертв она тоже не может позволить.
«Все назад!», — приказала царица и обратилась в глубь себя.
К той силе, что в ней дремала.
«Харе спать, лентяйка!», — разозлилась Ктара и направила её на фараона, пытаясь обездвижить. Или заключить в некое подобие кокона. Хоть что-нибудь! Обезопасить от него мир!
Получилось.
Вампир бился о невидимую стену, не в силах её пробить.
Ани пыталась ему помочь, но куда ей против Ктары.
Она взбесилась и отдала другой приказ фараону:
— Убей себя!
— Нет! — метнулась Ктара к мужу и обняла.
Его удлинившиеся когти застыли в сантиметре от её шеи, закрывшей ему доступ к собственному сердцу, которое он планировал вырвать.
Он колебался. Сопротивлялся. Растерялся.
«Любовь», — подумала Ктара.
Нет ничего на свете более могущественного.
«Слушай своё сердце».
Она взяла другую руку фараона и потянула ближе к себе.
С трудом, но ей удалось поднести его кисть к своему рту, перевернуть внутренней стороной, лизнуть выступившие от напряжения вены.
Какую бы дрянь банши в него не закачала, Ктара её высосет! — с решимостью подумала царица и впилась клыками в плоть властителя вампиров.
Он застонал.
Расслабляясь и обмякая с каждым её глотком.
Рука застывшая у её шеи, нежно легла на неё.
Чуть наклонила.
И она ощутила ответный укус любимого.
«Да-а-а-а, — ликовала Ктара. — Да!».
Она чувствовала, как Рам очищается, приходит в себя.
Чувствовала!
— Нет! — в ярости завизжала банши, давая ей выход и применяя силу своего голоса, которым убивала.