Глава 62. Лика

– Хозяйка, куда ставить?

Стою, уперев руки в бока. Примерно там у меня когда-то была талия.

– Хозяйка, скорее соображайте. Ваша елка весит не хуже настоящей!

Оглядываю зал и место, куда намеревалась устанавливать высокую елку, но смотрю и уже сомневаюсь… Прохожусь вокруг да около. Не нравится. Она здесь будет перекрывать весь свет. А в городе его и так катастрофически не хватает.

– Хозяйка!

– Сюда ставьте! – голос Борзова по-морозному свеж и трескуч. Мне захотелось укутаться во что-то теплое, объемное и вязаное.

Ян во всем черном, как ворон, стоит в дверях, облокотившись на косяк. На часах восемь утра, и он заехал ко мне по пути на завод. Или наоборот. Знаю, что иногда он там ночует. А из шиномонтажки Ян куда-то перебрался, потому что там холодно, и в водопроводных трубах вода замерзла. Куда именно он переехал и как далеко, не спрашивала. Поняла только, что совсем близко ко мне. Неудивительно, да?

Почти каждый день, просыпаясь, чувствую, что Борзов был здесь: в квартире, в моей постели. Доказательств, правда, нет.

Каждое утро Ян приходит готовить завтрак. Молча. Я молча съедаю, мою посуду, и он тоже молча уходит, выпив одну чашку кофе.

Половина зала заполнена пыльными коробками, которые в планах разобрать и украсить квартиру к Новому году. До него несколько дней, а у меня и шарика нет.

– Привет, – говорю, когда рабочие уходят.

Ян снимает пальто и вешает его в шкаф. Быстро моет руки и проходит на кухню. По-хозяйски раскрывает холодильник и достает оттуда молоко, сливочное масло, а с полки над плитой крупы, орехи и сухофрукты.

Снова молча.

– Я хотела спросить, – сажусь на стул и по старой привычке собиралась положить под себя ноги, но физически это уже невозможно.

Кручу тарелку с мытыми фруктами на столе и перекладываю яблоки.

Ян перестает готовить и поворачивается ко мне. Смотрит в знакомой манере, без единой эмоции. Лишь бровями ведет, намекая, что пора бы уже спросить, о чем хотела.

– У тебя есть ключи от этой квартиры? – захожу издалека.

– Есть, – не задумываясь, отвечает.

– И ты ими пользуешься?

– Бывает.

– Когда именно? – удивляюсь, что говорю спокойно, без истерических нот. А Борзов тем временем открыто признался, что ходит ко мне домой. Я же просто привыкла к вездесущему Яну Борзову. Моя жизнь пропитана им насквозь и до конца дней.

Ян снял пиджак. Сверху черной рубашки нельзя не заметить пристегнутую кобуру и сталь рукоятки пистолета, когда Борзов отворачивается, чтобы продолжить готовить завтрак. Возможно, я предложу ему написать книгу рецептов. Уверена, она будет пользоваться популярностью среди населения нашего города.

– Когда захочу, – отвечает не сразу.

– Не помню, чтобы у нас был такой уговор, – вопреки открывшейся правде, отвечаю мягко. Странно, но мои вопросы и не звучали как претензия.

– Теперь есть. Я прихожу к тебе и к дочери, когда считаю нужным.

Опускаю голову. Хорошо, что хотя бы не стоит за окном всю ночь и не пугает своим присутствием.

– С чего ты решил про дочь?

Ян откладывает нож и забывает про кипящую кашу.

«Когда-нибудь он меня точно убьет», – мелькает в мыслях. Борзов подходит ближе, и я без слов лишних просьб поднимаюсь со стула. Ян высокий, в нем не меньше метра девяноста. Это чертовски пугающий рост. А если еще всмотреться в его глаза, которые меняют оттенок от прозрачно-льдистого до туманно-сизого, то обычному человеку станет невообразимо страшно.

Но уже не мне.

Вскидываю брови, как бандит ранее, и скрещиваю руки под грудью.

– Ты сама сказала. В ресторане. Наследница. – Говорит так, будто сдерживает себя и свое раздражение.

Хмыкаю и отхожу к столешнице, где Ян мелко нарезал курагу и чернослив. Стягиваю кусочек и отправляю в рот.

Борзов подходит и кладет горячие, словно только вынутые из кипятка руки на мою талию. Да-да, там, где она должна быть.

– Это значит, что… У меня будет сын?

Носом Ян ведет по моим волосам. Вытягивая с меня весь запах. Слышу быстрый стук его безжалостного сердца за моей спиной. Губами Борзов касается моего виска и задерживается. Почти не издаю звуков. Замерла, прикрыв веки.

Ян ведет раскрытой ладонью путь от моей груди через живот к бедру и вжимается в него пальцами. Шумное дыхание подпаляет кожу. Еще чуть-чуть, и Борзов задушит меня в своих объятиях, что не имеют ничего общего с нежностью. С варварством и дикостью – да.

– Одно из двух, Ян Леонидович. Одно из двух.

Довольно сильно Ян разворачивает меня к себе и впивается жестким взглядом. Кровь должна стыть в жилах, но я вскидываю на Борзова не менее жесткий взгляд и потираю предплечье, которого касался бандит.

– Не сметь! – шиплю.

Ян отшагивает от меня. Его грудь высоко поднимается, ширинка топорщится.

– Извини. Больше не повторится.

В следующую секунду Борзов стремительно покидает кухню, оставив кашу выкипать на плите, и закрывается в ванной. Меня, трясущуюся, оставляет одну на кухне. Поражает то, что хочу побежать за ним и выкрикнуть: «Все в порядке»!

Этим утром завтрак я готовила себе сама. Как и на следующий день, и через день, и за день до Нового года.

Ян Борзов, медленно и осторожно приручая к себе, оставил меня. Его запаха больше не было в коридоре, а каждую ночь я была в квартире одна. Теперь без всяких сомнений.

Игрушки на елку и для украшения квартиры остались нераспакованными. Елка покоилась в закрытой и перевязанной скотчем коробке. Я планировала все это сделать с Яном. Не знаю, зачем… Почувствовала такой порыв.

– На завод, – прошу Аркадия.

Верноподданный смотрит с сомнением и напугано.

– Не уверен, что Яну Леонидовичу это понравится.

– Вот поедем и узнаем.

Распахиваю дверь и сажусь. В салоне комфортная температура, а подаренная Яном шуба хорошо согревает. Сегодня довольно морозно.

Аркадий всю дорогу вздыхает и пробует дозвониться. Ясно, что Борзову. И сейчас я бы хотела, чтобы связь не работала, или Ян был бы вне зоны действия сети. В некоторых цехах такое не исключено.

Подъехав к главным воротам, которые сейчас высокие, отъезжающие, я выхожу и уверенным шагом, не совсем быстрым, иду к проходной. Никто не смеет меня остановить, и в первый раз за все последние месяцы я испытываю то, о чем говорила Анжелика.

Королева преступного мира?… От такого обращения в крови увеличивается уровень адреналина, и меня бросает в пот. Звучит пафосно и так нелепо.

Путь до кабинета Яна я запомнила еще в первый свой раз здесь. Но тогда был ремонт, стояла пыль и пахло краской. Сейчас все чисто, много света, и в кабинетах кипит работа. Мы в административном крыле, и я не думала, что оно такое огромное.

Перед нужной дверью останавливаюсь. Что ему сказать? Соскучилась? Где тебя черти носят? Мне нужна твоя каша?! Скручивает каждую клетку, если я не знаю, где ты и что с тобой?

– Яна Леонидовича сейчас нет в кабинете. Он… – его секретарь, девушка, моя ровесница, суетливо объясняется. – Он принимает работу в третьем цехе.

Киваю, что поняла. Все-таки не вовремя я приехала.

– Могу его подождать?

– Наверное. Вы же Лика Андреевна? Борзова?

Зажав силками внутренний протест, захожу в кабинет Яна и осматриваюсь. Стол полон бумаг и чертежей. На кресле висит его черный пиджак. На диване мятая декоративная подушка, и брошен плед. Пахнет крепким кофе, и на столике я обнаруживаю маленькую чашку. Открыв ближайший шкаф, вижу несколько комплектов брюк и рубашек. Рядом спортивный костюм, джинсы и пара футболок. Внизу стоят ботинки, кроссовки и мужские деловые туфли.

Ян будто здесь живет.

Между ребер зажимает от мысли, что все эти дни он был здесь один. Работал, занимался восстановлением завода, в перерывах ел или, скорее, ограничивался только кофе, и… Не шел ко мне спать, а оставался здесь.

Зачем?…

Открываю второй шкаф и вижу какие-то книги Яна в тот момент, когда в двери показывается сам Борзов.

– Что ты?… – его взгляд полыхает.

Мне становится волнительно, и я пячусь от шкафа к столу. Думаю о своем оправдании. Ведь я рылась в его вещах, что совсем не вяжется с моим воспитанием и мышлением. Я поступила гадко.

– Ты когда заканчиваешь работу? – с претензией спрашиваю.

– А что?

– Мне нужно кое-что помочь сделать. По дому.

Ян не скрывает своего разочарования и хмурится. Подойдя к дивану, складывает плед, взбивает подушку. В самую последнюю очередь берет чашку и уносит ее на кухню. Это за небольшой дверью, где, я думала, туалет и душ.

– У тебя есть Аркадий. Он слушается тебя больше, чем меня.

Вижу, как Борзову сейчас некомфортно рядом со мной. Любому человеку было бы некомфортно, если бы его секреты раскрыли.

– Мне нужен ты, Ян.

Задерживаю дыхание и выпрямляю спину. Жду…