Глава 65. Лика

Кручу кольцо в руках, и холодный металл уже успел нагреться от прикосновений. Снова и снова пальцы выискивают гравировку, чтобы прочитать выбитые на внутренней стороне слова. Жутко. И в то же время невыносимо любопытно: что мне с ним делать? Надеть?

И если надеть – то на какой палец? Безымянный? Я уже примерила – размер подошел идеально.

В духовке уже третий час готовится утка. Это первый раз, когда я готовлю такой изысканный ужин. Через несколько часов Новый год, и Борзов обещал прийти.

Елка давно наряжена, по карнизу повешены фонарики. Куплена праздничная посуда и выставлена на стол. В центре – рождественская композиция и свечи. Запахло не только мандаринами, хвоей и Новым годом, но и романтикой. Что так не вяжется с Борзовым, хоть смейся.

– Вкусно пахнет, – оборачиваюсь на внезапно раздавшийся голос. Деревянная лопатка падает из рук, и я застываю, не в силах сделать и вдоха.

Ян. Он воспользовался ключами, а я и не слышала из-за фоновой музыки и включенной вытяжки.

Борзов в черных брюках и такой же рубашке. Это теперь его привычная одежда, к которой продолжаю привыкать. Из-за ворота и манжетов прорисовываются темные рисунки татуировок, заставляя меня вспоминать, с чего они начинаются в районе грудной клетки и пресса.

– Ты рано, – потряхиваю головой, когда в воздухе запахло подгоревшим.

– Мне уйти и подождать в машине?

Это шутка, но Борзов не улыбается.

– Отнеси пока салфетки, – отворачиваюсь.

Кивнув, уходит в зал.

В груди давит от возникшего волнения. Я, бандит, семейный праздник. Прошлый Новый год мы справляли с дедушкой, и говорили о будущем. Под бой курантов я желала ему здоровья, а себе загадывала удачно окончить институт. Все странным образом изменилось.

Когда духовка подает сигнал, вытаскиваю утку и отношу на стол. Проверяю, все ли готово. Часто посматриваю на Яна, он – на меня, заложив руки в карманы. Появляется ощущение, что Борзов тоже испытывает волнение.

– Спасибо за подарок, – говорю, опустив взгляд, и в очередной раз поправляю разложенные приборы.

Речь про кольцо, но уточнять не требуется. Последнее время наша связь с Яном укрепляется.

– Примеряла?

– Угу.

– Но ты его не надела, – звучит как упрек. Борзов отличается требовательностью к безукоризненному следованию его приказов. Думаю, подаренное кольцо – безмолвный приказ надеть и носить. А я лишь примерила на пару минут.

Он в моей крови… Я знаю, но мне нужно время, чтобы окончательно это принять.

– Принесешь шампанское из холодильника? – претензию с кольцом оставляю без комментариев. Ян шумно выдыхает и идет на кухню. Останавливается на полпути.

– Тебе пить я не позволю.

Цыкаю. Заботливый.

– Мы купили его для тебя. Я выбрала лимонад.

– Ну ладно.

Ян мог встретить праздник с той семьёй, что дана ему по праву крови. Я бы приняла и поняла, если бы Борзов решил провести эту ночь с ними. Но он выбрал нас – меня и нашего монстрика. Совсем другая, не такая, но все же семья.

За стол садимся за полчаса до двенадцати. Мое волнение ощущается камнем в животе и полным отсутствием аппетита.

– Что будет дальше? – спрашиваю, потупив взгляд.

– Новый год, Лика. И… новая жизнь?

Скромно улыбаюсь. Какая она, эта новая жизнь? Понравится ли мне? А я Яну в новой жизни?

В конце года принято подводить итоги, но мне хочется просто проводить его, сказать «спасибо» и «я тебя ненавижу». Полярно, двойственно, но это то, что испытываю в данную минуту. Этот год забрал у меня дедушку. Но он же привел ко мне Яна – того, кто сам пытался меня убить, и моя жизнь висела на волоске. А после беременность, кольцо на пальце и призрачное совместное будущее. А, еще! В завершении всего, научилась стрелять, и мне это чертовски нравится.

Когда начинают бить куранты, Ян разливает шампанское в свой бокал. В мой наливает лимонад такого же цвета. И я загадываю новое желание. Если прошлое не исполнилось, это не значит, что магия Нового года не работает.

И я желаю себе и своим близким счастья.

– Лика? – обращается.

Медленно поворачиваю голову. Сквозь сердце проходит острый разряд, наполняя меня теплом и легкой дрожью. Запах Яна проникает в нос, а горячий выдох ласкает щеку и шею.

Он целует меня нежно. Непривычно. На языке растворяется вкус шампанского, которое мне нельзя. И все очень вкусно. Поцелуй, колючесть, запахи вокруг.

Ладонь Яна обхватывает мое горло и слегка сжимает. Между ног разливается жар, и хочется свести бедра. Пульс долбится в висках до невесомой головной боли, от которой сильнее зажмуриваешься, а перед глазами маячат искры.

– Я могу?

Что?… Ян мысленно не будет же меня сравнивать с Кристиной?

– Можешь.

– Я буду аккуратным, – сглатывает. По телу царапается наслаждение.

Смотрю на губы бандита, влажные после нашего поцелуя.

– Ты? Аккуратным? – тихо смеюсь.

– Причинить вред тебе или монстрику – не входит в мои планы.

– Значит, план изменился?

– Оказывается, он давно изменился. Но иногда ты все равно вызываешь во мне чувство… – Ян вновь смыкает обе ладони на моей шее и напрягает челюсть.

Целуемся горячо. Я кладу руки на плечи Яна и сжимаю их со всей силы. Борзов отрывается от губ и наклоняется к уху, втягивает мочку в рот и оставляет след на моей шее, всасываю тонкую кожу.

До спальни идем, не отрываясь друг от друга. Я жадно глотаю воздух, царапаюсь. Любое прикосновение к моему телу приносит раздражающий восторг. Под кожей скапливается кипящее масло, я постоянно всхлипываю от его бурления в клетках.

Ян помогает мне избавиться от платья. Потом слетает его рубашка, разбрасывая пуговицы по ламинату с глухим тонким звуком. Кажется, их я сорвала. Упс.

Опускаюсь на кровать, и Ян снимает с меня нижнее белье. Входит медленно, повернув набок и улегшись рядом. Спиной чувствую напряженное тело и литые мышцы. Он не перестал быть машиной для убийства, но… это моя машина.

Борзов двигается размеренно, глубоко. Каждое его движение внутри меня порождает волну ярких ощущений внизу живота и между ног. Температура тела стремительно возрастает. Мы покрываемся испариной, но я лишь плотнее льну к бандиту.

Запах туалетной воды, потеющей кожи и секса возбуждает сильнее. Мне остро, горячо. Ладонью Ян обхватывает мою грудь и сжимает. Прогибаюсь сильнее, давая больший доступ. Все внутри накручивается на раскаленную проволоку. Сжимаюсь внутренними мышцами, получая еще больше наслаждения.

Стону. Ян прикусывает мою скулу, ускоряясь. Пальцами собираю покрывало в гармошку.

Оргазм обрушивается бурным, сокрушающим вихрем. Из глаз льются слезы, а тело разрывают множественные взрывы, заставляя его трепетать в неконтролируемой дрожи. Мы лежим в тишине, слыша только шум крови в ушах, что бежит по венам. Сердце остервенело бьется о ребра, не давая дышать. Ян ласково поглаживает мое плечо, привстав на локте. Я чувствую, как его взгляд, пристальный и изучающий, скользит по моему телу.

За окном бахают салюты, окрашивая чернильное небо в густо-красный, зеленый и золотистый.

– С Новым годом, – Ян целует меня в то место на плече, которое поглаживал.

Прикрываю веки, выпуская новую слезу.

– У тебя будет сын, – говорю сдавленно. Это далось мне нелегко, но молчать о сыне теперь выглядит настоящим преступлением.

Борзов обхватывает меня, перебросив руку через мою грудь. Его дыхание учащается.

– Мне кажется, я знал, – серьезно говорит. Я улыбаюсь. Ну конечно же знал.