Глава 15

С Марьяной что-то не так.

Считать свои эмоции она не дает, полностью замкнувшись, но то, что я вижу, – не норма.

От её привычной внешней уверенности в себе и следа нет. Она постоянно дергается, явно переживая из-за чего-то.

И в этой всей ситуации мне непонятно одно – какого черта Давид ничего с этим не делает?

И она вот с этой амебой жить собралась?

– Поехали к тебе?

Разглядывая Марьяну, я не сразу понимаю, что эти томные, с придыханием вылетевшие из чьего-то рта слова адресованы мне.

Только когда на пах ложится мелкая ладошка и ползет к пряжке ремня, осознаю, что ко мне обратилась всё та же девица, что и получасом ранее.

Неужели по моей полной отчужденности неясно, что я не заинтересован?

Излишне нравственным меня сложно назвать, скорее наоборот. Если бы захотел, уже бы снимал с неё трусы в здешнем туалете.

Никогда не было проблем с тем, чтобы получить желаемое.

Марьяна не в счет.

– Руку убрала, – произношу предостерегающе спокойно.

На деле же закипаю пиздец как.

Мне это всё надоело.

Понятно, что все обо мне не лучшего мнения, но не до такой же степени?!

– А мне говорили, ты…

Не дав девке возможности договорить, обхватываю её запястье и крепко сжимаю.

– Ещё раз увижу тебя поблизости – пожалеешь. Быстро денься куда-нибудь. Да так, чтобы я не нашел.

Звучит убедительно. Стоит только отпустить, как её и след исчезает.

– Ты сегодня всем недоволен, – обращается ко мне Влад, вплескивая мне в кровь новую порцию раздражения.

Я полгода уже не в духе. И все это знают.

Рта открыть не успеваю, как периферийным зрением замечаю движение.

Марьяна чмокает Давида в щеку, шепчет ему что-то и на ноги поднимается.

– Позже поговорим, – отвечаю другу и иду за Марьяной.

И какого вот хрена она от меня бегает?!

Всю душу уже выпотрошила.

Можно подумать, я сам хотел всего этого! Нет! Не хотел.

Привязанность к Марьяше всегда была бешеной. Мы много времени проводили вместе. Мне всегда с ней было интересно, но когда наступил переходный возраст, я, что естественно, стал отдаляться. У меня появился свой круг знакомых, друзья, с которыми мы гуляли или просто рубились в игры.

У отца компания по разработке игрух. Мы их, можно сказать, тестили.

Все было ок до того момента, пока гормоны в башню не ударили. Говорю о том времени, когда от одного вида голой груди в трусы кончить можно.

Тогда всё и началось.

Мне нравились девчонки-одноклассники, сестры друзей, просто мимо проходящие на улице. Лишенный излишней застенчивости, я начинал с ними общаться. На раз-два всегда складывалось. Кто-то чуть дольше ломался, кто-то меньше, суть не в этом.

Я быстро понял, что испытываю жесткое разочарование после недолгих разговоров с девчонками. В трусы к ним влезть – без проблем. Вот только стоило любой из них рот открыть, как сразу хотелось завыть. Одни слишком глупые, другие – навязчивые, третьи – занудны до смерти.

В каждой из них находил что-то отталкивающее.

Долго понять не мог, в чем дело. Ни у кого из моих друзей не было таких проблем. Казалось, что я один такой невезучий или больной на голову.

О, как я переживал по этому поводу. Мозг взрывался.

Так продолжалось до тех пор, пока я не понял причины.

Подсознательно я каждую из них сравнивал с Марьяной. Любую девушку, что появлялась на горизонте. Они все проигрывали.

Тогда вот и понял – дело дрянь.

Марьяна на меня как на парня никогда не смотрела, всем без исключения представляя меня, как своего младшего брата, а я… Влип в неё по уши.

– Вот ты где, – выдыхаю с облегчением, когда спустя несколько долгих минут нахожу Рьяшу на улице.

Разговаривая по телефону, она носком туфли перекатывает с места на место небольшой камешек.

Ночью прохладно, а она стоит полураздетая. На ней только тонкое платье на тоненьких лямках.

Совсем без мозгов. Сказано – из одной семейки.

На ходу снимаю пиджак и накидываю его на хрупкие плечи.

Только в этот момент она меня замечает, несильно вздрагивая.

Подает мне знак, мол, молчи.

В её исполнении этот привычный жест – тоненький пальчик около губ – злит неимоверно.

Какого черта я должен ждать?

Такая простая. Мать вашу!

Уже почти полночь, а она нежно щебечет по телефону. Явно не по службе.

Что вообще происходит?

Если бы не знал её, подумал бы, что у Давида рога начали прорастать.

Но не в её случае.

Разве так бывает, что чей-то веселый голос может приводить к огненной буре внутри? Яркая искра воспаляет рецепторы, и я загораюсь чем-то неистовым.

– Да, конечно. Я приеду. Спасибо за приглашение, – отвернувшись от меня, она вслушивается в ответ собеседника.

Мне остается считывать информацию только с вибраций её голоса.

В душе проносится ураган. Я хочу, чтобы Марьяна только со мной так общалась.

Реально не вижу проблемы в том, что нас все считают родными братом и сестрой. Ну, думают так?! Дальше что?

Я сам могу поговорить с родителями и дедами. Всё им объяснить. А остальные пусть идут мимо, потому что их наши дела не касаются.

Это всё дурь Марьяны и излишняя, мешающая жить правильность.

Я ей предлагал документы переделать – она обиделась, заявив, что я её хочу лишить семьи.

– Не нужно водителя, я сама к вам приеду, – улавливаю её слова, и импульс тока пронзает сознанье, разнося его на атомы.

Куда это она собралась?

В несколько шагов обхожу её и впиваюсь взглядом в лицо.

Смутившись, она снова пытается отвернуться, но я крепко обхватываю ладонью её плечо, не позволяя этого сделать.

Мне нужны от неё объяснения прямо сейчас, иначе взорвусь.

– Уже поздно. Спать пора. Давайте созвонимся через пару дней? Вы мне скажете точное время, – продолжая разговор, она старается мне в глаза не смотреть. Разглядывает воротник рубашки. – Да, хорошо. До свиданья.

Сбрасывает вызов и, крепко сцепив пальцы вокруг телефона, опускает руку.

Я продолжаю держать её, ожидая ответа.

– Яр, что снова за сцены? – нескольких секунд ей хватает, чтобы перевести дух, после чего включается. – Меня не надо контролировать. И ходить за мной тоже не надо! Шлюшку свою очередную будешь…

– Что ты несешь? – резко обрываю её.

Я из-за нее и так стараюсь себя контролировать. Это сложно, учитывая, что сама Марьяна меня вечно динамит.

– Я? – степень её негодования трудно переоценить. – Когда мы с Давидом пришли, на тебе девица сидела!

А нечего заходить было без предупреждения! Да и не сидела она на мне вовсе!

– В том-то и дело! «Мы с Давидом», – стараюсь передать её интонации. – Какого черта ты с ним до сих пор ходишь?! Марьян! Глаза свои красивые пошире раскрой! Он тебе не пара, мы это обсуждали. Да и вообще! Я тебе звонил несколько десятков раз! Ты трубку не брала, а сама в это время ч ушлепком…

Замолкаю. Не хочу думать о том, чем она с другим мужиком занимается.

Не выдержу.

– Пожалуйста, не называй его так. Давид – прекрасный человек.

Я не спорю. Может, и не плохой, но он никакой. Бесхребетный.

– Он тебе не подходит! – чувствую, как самоконтроль слетает напрочь.

– Я сама разберусь! – Марьяна скидывает с плеч пиджак и бросает его в меня. – Ты не можешь решать за меня. Найди себе девушку и указывай ей.

Она успевает только договорить, как меня разбирает дикий смех.

Серьезно? Она себя видела, когда я наедине с её коллегой остался?

Хочет сделать вид, что ничего не чувствует, но я знаю – это не так.

– Марьян, ты ведешь себя глупо.

– У меня есть к тебе просьба, – резко меняет тему. – Я хочу, чтобы ты меня прикрыл перед Давидом. Мне на пару дней нужно будет уехать.