Глава 33

У меня словно вся жизнь перед глазами пролетает. Нервничаю, как никогда в жизни. Голова кружится, обещая выйти на межгалактическую орбиту. Что сейчас будет?

Я точно запомню этот день навечно!

Стоит признать, я и правда хотела прикрыться Яриком в вопросе разговора с родителями и открытии им наших секретов. На крайний случай мы должны были сидеть здесь вдвоём. Но выходит, что отдуваться мне одной придётся. Злюсь, как же я злюсь. Тону в смеси страха и отчаяния.

Реакция родителей – та причина, по которой я не давала себе, нам с Ярославом и шанса. А теперь я на полном ходу влетаю в неё. Испытаю на себе, что бывает, когда лезешь, куда не следует.

Внутренне содрогаюсь, по факту, готовая ко всему.

– О чём именно, мам? – очень стыдно за свое малодушие.

Не представляю, как о таком говорят?

«Мамуль, я спала с твоим сыном,» – согласитесь, вариант максимально отстойный.

Как в наказание, горло тут же начинает першить.

К моему глубочайшему удивлению, она слегка мне улыбается, дескать, Марьяна, я вижу тебя насквозь, зря ты юлишь, лучше говори прямо.

– Он мне звонил сегодня, – удивляет меня, начиная разговор первой. – После того, как привёз тебя. Сказал, что нам нужно поговорить. Мы решили встретиться завтра. Но перед тем, как обсуждать что-либо с ним, мне хочется узнать твоё мнение.

Так и тянет поинтересоваться, моё мнение по поводу чего?! Но это будет совсем ребячеством.

Вдруг он ей о Насте решил рассказать?

Мне кажется, эти две новости из области «шок контента».

Первая: мы с Яриком были близки. Вторая: от него беременна другая девушка. Боже мой, это за гранью добра и зла.

Держа руки под столом, переплетаю и выгибаю пальцы до ощутимого дискомфорта. Необходимо взбодриться.

– Мам, я понимаю, как это выглядит со стороны… И ты, конечно же, можешь на нас обидеться… – каждое слово приходится выталкивать из себя. – Ты не всё знаешь.

– Да уж, малышка, это точно. «Не всё» – это мягко сказано. Вы же ничего мне не рассказываете, и более того – думаете, я сама ничего не замечаю.

У меня травма на всю жизнь. На веки вечные.

Я просто в ужасе!

Если она сейчас скажет, что давно в курсе нашей, совсем не братской связи, то моё сердце остановится, не справившись со свалившейся на него нагрузкой.

Начинаю нервно теребить цепочку на шее, не зная, куда себя деть.

– Мы не хотели тебя расстраивать, – самое нелепое оправдание. Сделать гадость, а потом пытаться снять с себя ответственность.

Прячу лицо в поднятые ладони. Больше негде укрыться.

Живой организм не способен выдержать столько стыда.

В эту секунду ненавижу Ярослава так же сильно, как и люблю. Разорвать готова.

Никто и никогда не относился ко мне так, как мама. И вот чем я ей отплатила. Мы оба её дети, и мне кажется, понять такое почти невозможно.

Кормила с ложки. Помогала делать уроки. А потом взяла и переспала со своим братом, пусть и не родным по крови.

– Ты вся дрожишь. Я сделаю тебе травяной чай, – мама поднимается на ноги, давая возможность мне хотя бы сделать вдох, пусть и короткий.

Если законы вселенной работают, Ярославу сейчас должно нестерпимо икаться. Слишком много эмоций я сегодня через себя пропустила. Ещё одна порция станет летальной.

– Мам, у нас с ним очень сложные отношения. Я не знаю, как тебе объяснить…

Небеса, дайте мне, пожалуйста, возможность сгореть со стыда. На всё готова, лишь бы отмучаться.

– Ярослав тебя любит, – заканчивает за меня поток идиотского блеянья. – Не смотри так, он мне ничего ещё не рассказал, но это и так понятно. Я вижу, как он на тебя смотрит, как психует, как нервничает. Чувствую, насколько ты ему дорога. В этом и есть вся суть вопроса. Перед разговором с ним хочу понимать, что чувствуешь ты.

Она ставит передо мной кружку с чаем. Рецепторы улавливают так любимый мною аромат мяты. Но сейчас это не помогает, хотя обычно быстро расслабляюсь.

Я поднимаю голову и смотрю на неё, даже не пытаясь совладать со своим шоком.

Вот так вот запросто? Нет, нет. Быть не может.

Сейчас обязательно что-то будет. Не может не быть.

Влага в глазах вызывает легкое пощипывание. Ком в горле растёт, мешая что-либо ответить.

– Ну и чего тут рыдать? – подушечками больших пальцев проходится по моим щекам. – Глупышечка моя. Я вам ещё в детстве говорила – не стоит думать, что вы умнее нас и можете обхитрить. И тогда не срабатывало, и сейчас. Ну так что, готова со мной поговорить?

Когда и как она узнала?

Всё это время я тешила себя надуманными надеждами, мол, мы всё отлично скрываем. Оказалось, что это не так.

Уверена, для проницательной мамы мы представляли собой забавное зрелище. Конспираторы-недоумки.

Когда вновь позволяю себе посмотреть на неё, мама выглядит так, будто бы ничего из ряда вон выходящего не случилось. Даже бровью не ведёт.

– Мне так жаль…

Мне действительно жаль её разочаровывать.

– Иди сюда, – опустившись на стул, стоящий поблизости, она кладёт мою голову себе на плечо и ласково гладит.

В груди нестерпимо щемит.

Вот опять! Своей снисходительностью и заботой она лишь сильнее меня дестабилизирует.

Удивительно, но тот страх, который я испытываю в этот момент, не идёт ни в какое сравнение с тем облегчением, которое я чувствую. Словно лёгкие долгое время накачивали кислородом, и когда давление дошло до критической отметки, дали возможность его выдохнуть.

Находясь в полной прострации, начинаю потихонечку ей рассказывать о том, как для меня Ярик дорог. Скупо, конечно, не время сейчас, да и не место, чтобы так – места в карьер. Да и разве стоит о чувствах во всеуслышание болтать?! Просто позволяю высказать то, что болит.

– Я не знаю, мамуль, как так получилось, – обнимаю её, свою самую-самую родную. – Мне очень жаль. Я думала, что оно само пройдёт, что забудется, – всхлипываю. – Меньше всего я хотела тебя расстраивать.

– Меня расстраивает ваша грусть и отсутствие счастья. Остальное я могу осознать и принять.

Понятное дело, мама не пищит от восторга, но её спокойствие даёт мне хоть малую, но надежду на понимание.

– Я думала, ты меня не простишь, – признаюсь едва слышно.

– Не припомню, чтобы я когда-то тебя излишне ругала, – усмехается.

Так я никогда в подобном и не сознавалась!

– Всё равно очень страшно. Это ведь ненормально. О том, что вы с папой меня удочерили, мало кто знает.

Для всех мы родные и игнорировать этот факт может лишь Яр.

– Я немного осмыслю, и мы обязательно что-то придумаем. Решим проблему. Не переживай. Всё у вас будет хорошо.

Вновь содрогаюсь. Возможно, зря мы начали этот разговор именно сегодня, потому что, не удержав язык за зубами и не обдумав хорошенько, я выдаю:

– Моя коллега, Настя которая, сказала сегодня, что беременна от него.