Глава 11 Таисия

— У вас не больше часа. Режим нарушать нельзя, — напутствует Нина Федоровна, отдавая мне Сонечку на прогулку.

— Хорошо, — счастливо улыбаюсь.

Час — это так мало, но я рада даже этому времени. Слава богу, Ульяне удалось достать для меня разрешение. Хоть и незаконное, но кто будет проверять? И пусть пришлось заплатить за него остатками своей зарплаты. Блестящие от радости глаза девочки этого стоят.

— Ну что, пойдем? — протягиваю Сонечке руку.

— Пойдем, — широко улыбается и уверенно вкладывает в нее свою.

На улице прохладно. Зябко веду плечами, останавливаю Соню и присаживаюсь на корточки перед ней. Поправляю шапку и шарф, чтобы ветер не задувал. Помогаю надеть перчатки и веду на детскую площадку. Она, наверное, сама все умеет, но мне так хочется помочь.

— Что хочешь поделать? — спрашиваю, перехватив ее взгляд. Сонечка лучше понимает речь, когда смотрит на губы.

— На горку! На горку! — Она указывает направление и сбегает туда. Взбирается по металлической лестнице и смотрит на меня сверху вниз.

— Мама, лови меня!

От ее слов сердце срывается с места и ухает вниз. Закусываю губу, сдерживая мгновенно подступившие слезы, и расправляю руки. Соня бесстрашно несется с металлической горки. Ловлю ее в самом конце и подкидываю вверх. Легкая, как пушинка. Она довольно взвизгивает и заливается смехом.

— Еще-еще.

Отпускаю на землю. Соня опять бежит на горку. И все повторяется.

— Все, ручки устали, — сдаюсь я после пятого раза. Какой бы легкой она ни была, а без привычки тяжеловато.

— Тогда на качели. — Соня не обижается. Берет меня за руку и тянет за собой. — Ты посиди, а я тебя покачаю.

С улыбкой смотрю на маленькое кресло и качаю головой.

— Так будет не по-честному.

— Но мне хочется, — смотрит на меня такими жалостливыми глазами, что я сдаюсь. Признаю полную капитуляцию. Не могу ей отказать.

— Хорошо.

С трудом втискиваюсь на узкое детское сидение и помогаю раскачать себя. Соня смеется и хлопает в ладоши. Смотрю на нее и таю. Такая она открытая и непосредственная. От чистых детских эмоций перехватывает дыхание, а в груди все болезненно сжимается.

Накатавшись и набегавшись вдоволь, мы присаживаемся на скамейку. Достаю из кармана конфеты и угощаю Соню. Берет одну и аккуратно кладет в рот. Щурится от удовольствия, а я не могу сдержать улыбку.

— А когда ты меня заберешь? — Соня застает меня врасплох своим вопросом. Колючие мурашки прокатывают по телу от того, что у меня нет для нее четкого ответа. Не могу же я сказать, что не собираюсь ее забирать. Но и давать ложную надежду тоже неправильно.

— Это непросто и небыстро… — пытаюсь ответить уклончиво, но получается какой-то бред.

— Ну ты же не сдашься? — Надежда в ее взгляде убивает меня. Внезапно понимаю, что не смогу ее предать. Решение приходит в одну секунду и кажется очень правильным и очевидным. Да, я хочу удочерить эту девочку. Хочу стать ей настоящей мамой. Хочу подарить всю свою нерастраченную любовь и нежность.

— Я соберу документы, как только все будет готово…

— Ура! — вскрикивает Соня и прыгает мне на шею. — Спасибо, мамочка! Я буду самой лучшей дочкой на свете.

— Ты уже самая лучшая…

Прижимаю ее к себе и целую в макушку. Моя дочь. Самая настоящая. Самая родная. Слезы невольно выступают на глазах, но я небрежно смахиваю их.

Телефон призывно пиликает в кармане. Выпускаю Соню из рук и смотрю на дисплей. Будильник. Наш час прошел.

— Пора, Сонечка, пойдем, — поднимаюсь на ноги и подаю ей руку.

— Ну еще чуть-чуть, — начинает капризничать она, не желая уходить.

— Заведующая будет ругаться и больше тебя со мной не отпустит, — поясняю я, присаживаясь перед ней на корточки. — Ты же хочешь еще погулять?

Насупливается, но ладошку протягивает. Медленно идем в здание. У двери нас уже встречает Нина Федоровна.

— Нагулялись? — мягко улыбается она.

Соня не отвечает. Вообще делает вид, что не слышит, и смотрит на меня.

— А ты скоро придешь?

— Постараюсь в следующий выходной.

— Я буду ждать, — обнимает меня за ноги.

— И я, — наклоняюсь и целую ее в щечку. — Давай, беги на обед.

Кивает и убегает, а я лишь провожаю ее взглядом.

— Как это у вас получается? — задумчиво тянет Нина Федоровна.

— О чем вы? — непонимающе хмурюсь и оборачиваюсь к ней.

— Сонечка очень плохо идет на контакт. Практически ни с кем не общается, а вот с вами становится другой…

— Я не знаю, — улыбаюсь, а в душе все расцветает. — Сама ничего не понимаю.

— Бывает же так, — удивленно качает головой. — Если бы не увидела, не поверила бы.

— Да.

— А вы что решили по поводу опеки?

— Я только в начале пути… — вздыхаю я, не зная даже, с какой стороны подступиться к этому вопросу. — Надеюсь, все получится.

— Обязательно. — Нина Федоровна ободряюще сжимает мое плечо. — Удачи вам.

— Спасибо большое.

Провожаю ее взглядом и выхожу из здания. Настроение, как ни странно, с каждой секундой поднимается все выше. Хочется улыбаться на весь мир. Даже осень не кажется блеклой и хмурой.

Выхожу за ворота и едва не врезаюсь в Ульянину «ласточку».

— Ну все? Почистила карму? Поехали теперь. — Она расплывается в улыбке, глядя на меня через окно.

— Уля? Ты чего здесь? — удивленно спрашиваю и сажусь в машину. Вот уж не ожидала, что она в выходной захочет куда-то подрываться. Обычно до обеда ее из дома вытянуть невозможно.

— Да вот тебя решила забрать. — Она неопределенно пожимает плечами и заводит двигатель.

— Зачем?

— Да так просто, мимо ехала. Дай, думаю, до дома докину.

Трогается с места и сворачивает на перекрестке в сторону моего дома. Как-то все это слишком подозрительно. Я свою подругу знаю не первый год. И ее поведение сейчас сильно отличается от обычного. В чем подвох-то?

— Как все прошло? — Голос Ульяны звучит сухо и безэмоционально. Значит, ей не особо интересно. Зачем тогда спрашивает? Странная она какая-то сегодня. Хотя нет, не сегодня. Она всю неделю какая-то не такая, вот как Гордеев уехал, так Ульяну и подменили.

— В смысле «как»? — осторожно уточняю. Может, это я что-то не так поняла и накрутила?

— Гештальт закрыла?

— И да, и нет… — вздыхаю я. Не знаю, стоит ли рассказывать Ульяне правду, но она самый близкий мне человек. Кому, как не ей?

— Знаешь, я решила все-таки удочерить эту девочку… — выпаливаю на одном дыхании, морально готовясь выслушать кучу всего в свой адрес.

— Тася, — дрожит ее голос от негодования.

— Ты мне поможешь? — спрашиваю сразу. Хочу знать, стоит мне на нее рассчитывать или отныне я сама по себе.

— Куда ж я денусь, — сдается Ульяна и расплывается в улыбке.

Меня немного отпускает. Вдвоем уже не так страшно.