Глава 18

– Вер, выдыхай… Виктор заглядывает в мои стеклянные глаза, которые, не моргая, провожают поднявшуюся пыль из-под колес уезжающей машины. – Я так понимаю, это была мать бывшего? – Она самая, – смаргиваю и прихожу в себя. Хотя чувство растерянности не покидает. Утро в конец испорчено. – М-м, и что ей надо было помимо оскорблений? – Посмотреть на тебя хотела. Правда ли, что я нашла себе нового мужа. – Что ж, надеюсь, я удовлетворил её любопытство, – усмехается мужчина. – Сполна. Я вздыхаю, вместе с настроением меня покидают силы, что держали меня на каблуках. Тянет присесть и я шагаю к скамейке, и вслед за сумкой тяжело приземляюсь на неё. – Она узнала обо всем из новостей… Журналисты настрочили о нас в самых мерзких красках. – О, да мы звезды… Хохоча, Виктор откручивает крышку и присасывается к бутылке. Его кадык дергается, совершая три больших глотка. Лицо блестит от пота. – Не смешно, – убираю с его физиономии улыбку серьезным взглядом. – Ты это своему дружку скажи, – хмыкает, намекая на Славу. – По-любому, он растрепал. – Он не глупый, должен понимать и работать в интересах компании. Мне итак проблем хватает. Лариса раздует скандал заказными статьями, и я боюсь, что у неё может получиться добиться своего в суде. Если вскроется информация о наличии у нас с тобой ребенка, возникнут дополнительные вопросы и провокации. – Какие? Костя – приемный, все документы есть. – Да? Но мы с тобой знаем, чей он. Стоит только Ларисе увидеть малыша, она сразу признает в нем Бориса. Костя же его маленькая копия. Пока говорю, по виску больно стучит. Я на секунду представила, что сказанное случилось наяву, и кончикам нервов подкрадывается паника. – Да брось, – Виктор садится рядом, задевая меня плечом. – И хватит её так бояться. Костю я точно не отдам этой карге. Я давлю на виски и, не выдержав давления, срываюсь: – Ты же понимаешь, что я укрываю чужого ребенка, Виктор? Даже сердце заколошматило в стрессе. – Он тебе уже не чужой, – спокойно, но при этом твердо напоминает Зверев. Знаю. Знаю. Но внутри меня все-равно живет страх, и для него есть причины. Свекровь всковырнула его своими угрозами и выпустила на волю, вот теперь и хлещет. – Я люблю его. Но если разбираться, это подсудное дело. Если правда вскроется, мне конец. Костю отберут. Суд найдет в моем поступке корыстные мотивы. Я останусь без ничего, и возможно даже без свободы, – выпаливаю я и судорожно мотаю головой. Прикрываюсь ладонями лицо, укрывая нахлынувшие эмоции. – Подожди, Вера… Чего ты себя накручиваешь, – слышу успокаивающий голос рядом с ухом. – Ве-ра… Я не откликаюсь, потому что уже тону и захлебываюсь самобичеванием. – Права Лариса, я ведь самая настоящая аферистка! Еще тебя подговорила, заключила фиктивный брак… – Так, стоп, а ну ка посмотри на меня, – мужская рука аккуратно ложится на спину, чуть поглаживает. – Успокойся немедленно. Он говорит строго, но при этом мягко. Я поднимаю на него блестящие глаза с мокрыми ресницами, знаю, что выгляжу ничтожно. – Ты все делаешь правильно, – убеждает меня Виктор, глядя в глаза. – Ты делаешь это ради ребенка, а не ради себя. Разве не так? – Так, но… – Опять «но»? – Да. Есть важное «но», потому что для других, есть только факты, а мои личные побуждения остаются при мне, – я шумно шмыгаю носом и сминаю губы. – Есть завещание, в котором сказано про ребенка… Зверев напрягается и вопросительно сводит брови. А мне почему то хочется все ему рассказать, ведь сейчас мы с ним в одной связке темного сговора. – Там не указано конкретное имя, а Борис просто упоминал родного ребенка, который мог бы появится на свет… Понимаешь о чем? – Смутно. Продолжай… – Мы с мужем пытались завести ребенка, и кто знает, может быть все и получилось бы… На всякий такой случай был вписан еще не рожденный малыш или малыши. – Но после смерти получила все ты, как я понимаю. – Да. Но не должна была… Первый в очереди как раз таки Костя. А теперь посмотри на ситуацию со стороны… Я намеренно укрываю ребенка и получаю в наследство всё… Что ты на это скажешь? – Я скажу, что ты смелая женщина, Вера, – ладонь Виктора сжимает мою, и мне не хочется убирать её. Я проникаюсь его засасывающим взглядом. Он только что сказал, что я смелая? – Ты действуешь в интересах ребенка без каких либо корыстных мотивов. И-и… давать заднюю было бы сверх глупости. – Я не буду, – твердо заявляю. Чувствую прилив уверенности после слов Зверева, он прав. – Пойду до конца. – Это правильное решение. Виктор одобрительно кивает, а после радушно улыбается. – Костик встал уже? – Ага, – приятная тема заставляет улыбнуться в ответ. – Пойду поцелую, потом в душ. Подождешь меня? Вместе поедем. Слегка замешкавшись, я отвечаю: – Да, подожду. – Отлично. Виктор встает и на ходу к дому снимает с себя взмокшую футболку. Идеальное тело приковывает взгляд, и я даже задумываюсь – может тоже начать бегать по утрам? Вместе с ним?