Глава 24

Виктор Что ни говори, а от Вериных манипуляций мне становится гораздо легче. На следующий день я даже чувствую тягу к жизни, и то, как силы постепенно возвращаются ко мне. Благодарить открыто за заботу – гордость не позволяет, но я уже не сопротивляюсь лечению и послушно принимаю все, что она говорит. Сейчас по плану прогулка. Вера вытащила меня на улицу, хотя я до ужаса терпеть не могу слякоть. Дождь уже кончился, но небо по-прежнему затянуто, в воздухе стоит землистый сырой запах и витает полупрозрачная дымка. Мы неспеша огибаем придомовую территорию, в коляске, которую я веду, спит Костя. – Как он сегодня себя вел? – спрашиваю у Веры. Чтобы не заразить мелкого, вчера к нему даже не подходил. – Нормально, – ежась, отвечает она и засовывает руки в карманы. – Капюшон надень, пожалуйста, мне холодно на тебя смотреть. Хмыкнув, я накрываю голову капюшоном, и ловлю одобрительный взгляд справа. – Смотри, сама не заболей, – я кашляю в кулак, мокрота не дает покоя и в горле першит. – Рядом со мной уже второй день. – Если что, ты же меня вылечишь? – кокетливо улыбается Вера. Из меня вырывается смешок, я мотаю головой: – Не надейся. – Почему это? – Толку не хватит. Да и во мне нет столько милосердия, чтобы кормить тебя с ложечки бульоном. Выживает сильнейший, хех. – А я вот так не считаю, – упрямо заявляет она, и понурив голову, смотрит себе под ноги. – Как знаешь. Я разворачиваю коляску к дому. Не спеша, слегка шаркая обувью об асфальтную крошку, мы молча бредем каждый в своих мыслях. В моих – по большей части пустота, небывалое спокойное умиротворение, просто иду и отдыхаю, глубоко дышу и осматриваю привычные виды рассаженных по бокам дороги деревьев и кустов. – Кстати, тетя звонила, справлялась о твоем здоровье, – нарушает тишину Вера. – М-м-м, сильно огорчилась моему самочувствию? – на моих губах вырисовывается ухмылка. – Не смешно. Она переживает. – Ладно. Скажи, что не стоит переживать из-за меня. Я нахожусь под строгой опекой её племянницы, которая не даст мне умереть. Вера посмеивается, и я вместе с ней. – Она мне невзлюбила. – Неправда. – Это даже не суть. По большей части мне все-равно, как относятся ко мне твои родственники, – напоминаю я с внешним безразличием. – Действительно, кхм, – сдавлено отвечает фиктивная жена, и я замечаю на её лбу огорченные морщинки. – Она приедет на следующей неделе. Обойдет весь дом, в этом я уверенна. – Что ты предлагаешь? – Не знаю. – Думаю, не стоит прятать Костю. Рано или поздно она узнает. Так пусть это будет при следующе встрече. – Серьезно? Она останавливается и её округленные глаза устремляются на меня. – Ну да. Ты не можешь иметь детей, поэтому мы усыновили ребенка, всё логично и просто. Вера сомнительно кусает губу, мысленно взвешивая все «за» и «против». Звук приближающейся машины сзади заставляет нас обернуться и поставить коляску к обочине. По номерам понимаю, что меня без предупреждения решил навестить ненавистный брат Яр. Что ему надо? Нахмурившись, я киваю Вере: – Идите домой. Это ко мне. Вместе с коляской она быстро скрывается за воротами. Её силуэт провожают две пары глаз – моих и любопытного брата, который только что вышел из автомобиля. – Здорово, – кивает он. Руку не подает, потому что знает, что я не пожму. – Какими судьбами? – перехожу сразу к делу, предчувствуя враждебный настрой, не смотря на его строенную улыбочку. – На звонки ты не отвечаешь. Поэтому решил приехать. Усмехнувшись, я сплевываю и требовательно смотрю ему в глаза: – Говори. Яр засовывает руки в карманы, и чуть прищурившись, покачивается на месте: – Да вот хочу узнать, брат… Говорят, ты женился на жене Зорина, нашем прямом конкуренте. Работаешь в «Архоне»… Какого хрена, ты творишь, Виктор? – А тебя-то почему волнует моя личная жизнь? На ком хочу, на том и женюсь. – Ты? Жениться? – он недоуменно хохочет, задрав голову. – Принимаешь меня за идиота? Его испытывающее взгляды летят мимо, я просто игнорирую их, чем еще больше выбешиваю братца. – Тебе не понравится мой ответ, – язвлю я, яд так и капает с губ. – Ты же курсе, что «Архон» разорил компанию отца двадцать лет назад. Зорин – старший сделал Шрамовых банкротами. И теперь ты являешься его частью? Женился на Зориной? Ты себя слышишь? – Ну да. По скорчившемуся лицу Яра, видно, как он просто хочет мне вмазать. – Ничтожество, – выплевывает он. – Позор семьи. – Это всё? – в моем голосе звенит холодный металл. Я смеряю брата надменный взглядом. – Если бы отец знал, он бы проклял тебя к чертовой матери, – его ядовитые слюни долетают до меня. Не хотел я говорить раньше времени, но из меня так и лезет желание прищучить этого говнюка, пригнуть пониже к земле. – Отец все узнает. Я ему расскажу, когда Архон станет всецело моим, а потом я его сделаю дочерней компанией «Града»… – Что ты несешь? – Я отомщу Зориным за то, что они сделали с компанией отца, поимев с этого небывалую выгоду. – Что ты задумал? – настораживается Яр, его скулы напряженно вздуваются. – Так брак – фикция? А ребенок? – Меньше знаешь – крепче спишь, – хмыкаю я, обрывая интригу на самом интересном. – Думаешь, самый умный? – истерит Яр, испуская искры из глаз. – Захотел всего и сразу? Отец тебе не отдаст «Град», даже если ты провернешь свои грязные махинации. Я прикрываю глаза и с полуулыбкой добиваю: – Ну это мы еще посмотрим. – Сукин ты сын, Зверев. Ничего у тебя не получится. Только через мой труп. На ходу к машине он выплевывает свои угрозы, а я провожаю его довольным взглядом с усмешкой – мне нравится видеть его таким разгоряченным, снисходящим до истери и загнанным в тупик. Пусть напряжется, пора уже, ведь ничто меня не остановит перед достижением своей цели.