13. Слабое место

Вздрагиваю от дверного звонка. Сердце моментально заходится в бешеном ритме. Смотрю в глазок – Паша. Вытираю вмиг вспотевшие ладошки и открываю дверь.

– Привет, – отступаю, пропуская его внутрь.

– Привет, – окидывает он меня быстрым взглядом, задерживаясь на лице.

По хищному блеску внимательных глаз понимаю, что все заметил. И макияж, и укладку, и платье, которым я уже пару лет как предпочитаю джинсы.

– Дядя, – радостно машет ему Соня, прерывая наши гляделки.

– Привет, – улыбается он ей и присаживается на корточки, чтобы находиться на одном уровне. – Пойдем гулять?

– Дя! – активно кивает дочь и Паша подхватывает ее на руки, а мое сердце снова бьется быстрее, потому что моя девочка не избалована такой простой “отцовской” нежностью.

На улицу спускаемся молча. Я чувствую пристальный взгляд у себя за спиной, и платье вдруг кажется колючим и неудобным.

Паша открывает заднюю дверь своей машины, и я замечаю там розовое детское автокресло.

– У тебя что, есть дети? – усмехаюсь. – Или ты таксуешь, чтобы скрасить серые будни бизнесмена?

– А что, если есть? – фыркает он, оборачиваясь.

– Ничего, – выдыхаю с улыбкой. – Просто спросила.

Я спокойно отношусь к тому, что у мужчины могут быть дети от первого брака, но при мысли о том, что у ПАШИ могла появиться другая семья, другая дочь, для которой это кресло… меня разрывает от обиды и ревности.

– Это кресло куплено для Сони, – захлопнув дверь, смотрит он на меня пристально. – Поэтому и задержался.

– Да я… не ждала тебя. – мой голос предательски дрожит, сдавая меня окончательно, но Пашка лишь едва заметно усмехается и ничего не отвечает.

Ждала. Все эти годы ждала. Фантазировала, что придет и раскается, а я оттолкну, потому что уже буду счастлива и замужем. Дождалась. Но мой план дал сбой. И теперь бывший снова ворвался в мою жизнь, а моя дочь смотрит на него с восторгом и трепетом.

– Как рука? – уточняет Пашка, не отвлекаясь от дороги.

Наблюдаю, как он расслабленно ведет машину одной рукой, ловко перестраиваясь в потоке.

Спокойно, уверенно. Не так дерзко, как раньше на своей старенькой Ауди. Или это потому, что в салоне ребенок?

– Нормально, – отзываюсь негромко, тайком любуясь его профилем. Разговор не клеится, поэтому всю дорогу молчим.

– Анна Васильевна, можно? – заглядываю в кабинет педиатра.

– Да, проходите, – кидает она, и её взгляд застревает на Паше, который заходит следом за мной с Соней на руках. За два года она видела меня только с мамой или Ариной.

Я просила Пашу подождать нас в коридоре, но он упрямо пошел следом.

– Заведующая карту подписала. – осмотрев Соню, Анна Васильевна встает и достает с полки стопку бумаг, находит нашу карту. – Так что, можете смело идти в сад, подписывать договор.

– Большое спасибо, – улыбаюсь и мы, попрощавшись, уходим.

– И все? – смотрит на меня Паша как-то подозрительно, когда мы спускаемся на первый этаж и забираем вещи в гардеробной.

– Ну, видимо, да. – пожимаю плечами, надевая на Соню курточку. – А что? Хочешь, зайдем еще к какому-нибудь специалисту? Их тут много.

– Да нет, давайте уж в игровую комнату, – усмехается он иберет Соню за руку, а она доверчиво смотрит на него снизу вверх. Мое сердце снова сжимается от тоски.

Выходим на улицу.

Смиренно иду рядом с Пашей. Мне до боли не хватает этой простой вещи – чтобы сильный мужчина просто был рядом, помог, поддержал в банальном, да даже как сейчас: сходить в больницу с ребенком. Только вот Паша не папа Соне. Соня – лишь инструмент в его руках для того, чтобы сблизиться со мной.

Да, тактику он выбрал верную, потому что она – это мое слабое место, только надолго ли его хватит возиться с чужим ребенком? Или как только цель будет достигнута, Соня станет раздражающей помехой?

Я не готова это проверять. Потому что боюсь перестать быть объективной, снова прикипев к нему. Но, так как Паша пообещал Соне игровую комнату и давит на это, пусть исполнит свое обещание, раз так хочет.

– Давайте потом в кино зайдем? – предлагает он, когда мы усаживаемся в машину.

– Мы договаривались только на игровую, – хмурюсь.

– Будет весело, – смотрит Паша на меня так пристально, что по позвоночнику пробегают мурашки.

– Нет, – отворачиваюсь к окну, разрывая наш зрительный контакт, но сердце набирает обороты и колотится где-то в области горла.

– Тогда придется вас украсть, – усмехается он и машина трогается, щелкнув замками.