12. Дура

Не успеваю ответить на его вопрос.

– В любом случае, – тут же продолжает Паша, – я обещал твоей дочери детскую комнату, поэтому завтра я приду к вам.

Поджимаю губы. Вот упрямый, всё делает по-своему, как и раньше. Так, как считает правильным он.

Отвернувшись, Паша быстро уходит вниз по ступенькам, а мне требуется ещё пару минут, чтобы прийти в себя. Пригладив растрепавшиеся волосы и немного успокоившись, возвращаюсь домой.

– Ну, как? Поговорили? – выглядывает мама из зала, но я прохожу мимо, махнув рукой. У меня нет сил разговаривать и обсуждать Пашу.

Падаю на кровать. Мне будто снова двадцать, и я не могу думать ни о чём другом, кроме него.

– Ириш, ну ты чего? – заглядывает мама.

– Дайте мне немножко побыть одной, пожалуйста, – прошу её, сдерживая слёзы, и она, вздохнув, закрывает дверь.

А мне хочется выть от смеси эмоций.

Меня бесит, что Паша так уверен в своей незаменимости, и в то же время я не хотела его обидеть. Я просто больше не хочу страдать и, тем более, втягивать в это Соню. Но как бы я ни брыкалась, получается только хуже. Я всё больше и больше утопаю в нём.

– Мам, – стучится в дверь Соня.

Я со вздохом сажусь на диване. Погоревали и хватит. Открыв дверь, пропускаю дочь в комнату, подхватываю её на руки, смотрю в лицо моей куколки и глажу её по волосикам.

– Бо-бо, – ловит она мою руку и дует. Невозможно не улыбаться.

– Покажешь мне своего котика? – отгоняю мысли о Паше и возвращаюсь к своей девочке.

– Дя, – дочка спускается с моих рук и убегает за игрушкой.

В комнату заходит Арина и, ни слова не спрашивая, садится на диван, но по глазам вижу – её просто распирает от сдерживаемых внутри вопросов.

Решаю, что нам, действительно, нужно поговорить, но мои вопросы меня волнуют больше.

– Что тебе передал Паша? – вздохнув, оборачиваюсь к ней.

– Ничего, – округляет она глаза.

А я понимаю – точно врёт. Сажусь рядом с ней и молча киваю.

– Что? – обижено дует губы Арина.

– Ничего, – усмехаюсь. – Просто это не очень приятно, когда родная сестра, с которой вы всю жизнь были ближе некуда, и бывший парень что-то мутят за спиной.

– Мы ничего не мутим, просто!.. – возмущается Арина, но осекается и замолкает.

Хмыкаю, а в комнату забегает Соня с котом в руках.

– Мати! – пихает мне его буквально в лицо.

– Ой, какая красивая киска, – улыбаюсь, разглядывая кота, который тут же мурчит от моих прикосновений.

– Мати! – повторяет Соня и ставит игрушку на пол, зовёт её, и кот тут же идёт к ней.

– Про кольцо не хочешь рассказать? – кошусь на Арину.

– Какое кольцо? – вновь строит из себя дуру.

А я понимаю, что, похоже, мы с сестрой дошли до той точки, когда два близких человека внезапно становятся чужими.

– Значит, показалось, – усмехаюсь, заканчивая бессмысленный разговор.

– Ир, – виновато вздыхает Арина и касается моего плеча, но я, дернув им, скидываю её руку, – я тебе потом всё объясню. Честно.

– Потом, так потом, – соглашаюсь и встаю. – Сонечка, пойдём погуляем?

– Дя! – радостно подпрыгивает она.

К счастью, весь оставшийся вечер меня никто не трогает. Но утром я просыпаюсь разбитая, потому что ворочалась всю ночь, то и дело окунаясь в воспоминания и нашу с Пашей близость в подъезде.

Сказать, что он меня раздраконил, – это ничего не сказать. Тело будто очнулось от анабиоза, в котором находилось несколько лет, и меня то и дело накрывало то волнами возбуждения, то какой-то бессмысленной эйфорией, то желанием рыдать.

Пока мама с Ариной завтракают перед работой, я прячусь в душе и привожу себя в порядок. Зная, что Паша не отступится и придет, делаю укладку и макияж, о которых почти не вспоминала со времен начала декрета. Понимаю, что глупо, ругаюсь на себя, и все равно крашусь.

Я хочу его новых восторженных взглядов. Хочу снова почувствовать себя не уставшей от быта женщиной, а той дерзкой девчонкой, что была когда-то. Услышав хлопок двери, облегченно выдыхаю и выхожу из ванной. Мама с Ариной ушли.

Пью кофе, варю кашу для Сони и бужу ее. Собираемся потихоньку. Поглядываю то на телефон, то на часы, ожидая, что Пашка вот-вот появится, но он все не приходит. И я почему-то нервничаю, хотя вчера сама просила его не появляться. Может, он все же имеет какие-то виды на Арину? А она рассказала ему, что я заметила его подарок, вот он и дал заднюю? Что он ей передал? Ну, ведь правда очень похоже на футляр с кольцом.

– Вот дура, – усмехаюсь, накидывая плащ и глядя на себя, накрашенную и уложенную, в зеркало.