Глава 37. Для него

“Я хочу запомнить тебя глазами… Я хочу запомнить тебя руками… Я хочу запомнить тебя губами…” — звук его голоса, ласка его ладоней проникают под кожу, разгоняются кровью по телу. Вадим целует меня в губы, и эта нежность оседает на сердце.

Мы не спим всю ночь. Под утро я просто выключаюсь, как телефон, у которого сел аккумулятор.

Когда я просыпаюсь, Вадима уже нет. Только букет ромашек на моей подушке — уже более пышный, чем прежний. Я зарываюсь в него лицом. Улыбаюсь, окропляя цветы слезами. Мне пронзительно грустно и все же так светло на душе!

Приподнимаю подушку, перетряхиваю одеяло, иду к столу — никакой записки. Ее и не должно быть — мы же договорились не писать, не звонить. Просто…

В телефоне ни одного сообщения от него, ни одного пропущенного вызова. Зато два от Виталика.

Пока я смотрю на экран, он звонит снова. Принимаю вызов. Медленно подношу телефон к уху.

— Привет, — говорит он, — как дела?

И этим простым вопросом ставим меня в тупик.

Как у меня дела?..

— Хорошо, — наконец, выдавливаю я дежурную фразу.

— Слушай… — Я прямо вижу, как Виталик, нервничая, скребет ногтями небритый подбородок. — Давай забудем то, что произошло в ресторане. Пусть все будет как раньше.

У меня аж брови приподнимаются — я просто на доли секунды забыла, что до встречи с Вадимом у меня была другая жизнь.

— Прости меня, — искренне прошу я. — Я поступила с тобой как настоящая…

— Прощаю, — перебивает он меня. — Давай встретимся.

— Виталик… — Я сажусь на край кровати, заворачиваюсь в одеяло, пока тщательно подбираю слова. — Мы с тобой всю жизнь были друзьями, и не надо было ничего менять.

— Это что значит? — напряженно спрашивает он. — Ты меня бросаешь?..

— Я тоже хочу, чтобы все было, как раньше. Но до того момента, как мы решили поиграть в парня и девушку.

Он шмыгает носом.

— Да блин, конфетка… Ну ты даешь! — Пауза длится и длится. Слышу в телефоне, как Виталик ходит туда-сюда. — Думаешь, получится?..

— Конечно, получится!.. — уверяю я. И вспоминаю, о чем хотела спросить его с того самого вечера. — Только скажи честно… Честно — слышишь? — как другу. Что случилось с бронью? Ты специально это сделал?

Виталик тяжело вздыхает.

— Ну… мне показалось, что, когда они повторяли дату, то сказали немного другую. Плохо было слышно. И я не переспросил… Но Лера! — взвинчивается он. — Ты видела, какие у них цены?! У меня же нет таких денег, ты знаешь. Мы бы просто сидели там, глядя на стакан воды. Разве это день рождения? На что ты вообще рассчитывала?!

— На чудо, — тихо отвечаю я. И оно произошло.

Не сказать, что после этого разговора мы и в самом деле стали друзьями, но иногда вместе ходим в пиццерию или в кино. Я познакомила его со своей одногруппницей и, кажется, они друг другу понравились.

Когда срок аренды мастерской закончился, я переехала в общагу — она и в самом деле оказалась, как отель.

Складывая в рюкзак свои вещи перед отъездом, я вспоминала, как в наш последний вечер собирал вещи Вадим. Тогда я смотрела на него и думала о том, что буду любить его всю жизнь. Я понимала, что спустя время мне не будет так больно, не будет так остро. Что когда-нибудь я смогу без слез рассматривать его фото в соцсетях. Но также я знала, что такая любовь в моей жизни больше никогда не повторится.

Время покатилось своим чередом.

Наступила середина октября.

Суббота, я иду из общаги в сторону метро, глядя в телефон, — решаю свои вопросы. Вдруг появляется солнце, и на его фоне, вопреки прогнозу погоды, начинает сыпать первый снег. Снежинки мелкие, будто манка, мельтешат в воздухе, искрятся. Я пару секунд любуюсь этим зрелищем, потом снова утыкаюсь в экран телефона. Прохожу несколько шагов, останавливаюсь и, щурясь от солнца, смотрю на снег. Потом прячу телефон в карман, достаю из рюкзака наушники и включаю Arctic Monkeys "No. 1 Party Anthem".

Я адски скучаю по Вадиму, я думаю о нем постоянно — это стало таким же необходимым и естественным делом, как дышать. При этом у меня совершенно ясная голова.

А сердце… Сердце улетело в Америку.