Глава 9. Храм богини

«Наверное, это Гердор!» — подумала я, не зная, радоваться или печалиться. Ведь вот он, эльфийский берег, рукой подать. Там мой шанс сбежать из этого мира. Но в сомнительной компании полусумасшедшего старика с претензией на мировое господство. А за стеной разъяренный дракон, тоже неважная альтернатива.

Второй удар о башню лишил меня возможности выбора. Кто-то снаружи просто вырвал кусок стены. Взмах гигантских крыльев и в проеме показались голова и плечи черного дракона. Варг заполошно закричал:

— Все в портал!

Но было уже поздно.  Дракон издал яростный рев, на лету превратился в Гердора, который запрыгнул в камеру и выхватив два клинка, бросился в атаку на Виана и Сиана, сходу оттеснив их к стене.

Варг вытащил что-то из кармана своего сюртука и хотел бросить на Гердора сзади. Я поняла, что это очередная магическая пакость. Времени ни на что не было, я только успела выкрикнуть предупреждение. Гердор уклонился и магическая зараза, пролетев над его головой, впечаталась в одного из амбалов. Тот, нелепо взмахнув руками, со стеклянным взором стёк вниз по стенке.

Варг подскочил ко мне и, схватив за ткань плаща, попытался поволочь в сторону портала. Э, так дело не пойдет. Я мигом вынырнула из плаща. Старый паук, с силой тянувший за ткань, от неожиданности грохнулся, едва успев выставить руки перед собой. Падая, он зацепил кристалл на алтаре и тот скатился на пол. Портал закрылся.

Гердор уже расправился со вторым противником, и встал над Варгом, направив на него клинок.  Все так быстро закончилось. Наступила тишина. И в этой тишине ко мне внезапно пришло осознание того, какой опасности я избежала. И странное дело, почему-то Варг не использовал меня в качестве заложницы и не прикрывался мной. Хотя… маг он никакой, возможно все магические заготовки использовал, а оружия, как я заметила, он не носит.

— Мой кисанрэй! — вдруг вспомнила я, глядя на трепыхавшегося в бессильной злобе старого паука.

Гердор, не отводя клинок от горла Варга, вопросительно взглянул на меня. Я хотела сказать, что артефакт у Варга, но не смогла. 

 Мои губы отчаянно шевелились, взгляд перебегал от Гердора к Варгу и обратно.

— Тебе он так сильно нужен? — приподняв брови, спросил Гердор, по-своему понявший эту пантомиму. Я что есть мочи закивала, чтобы уж точно никаких сомнений не осталось. Варг, лежа на спине, притих и наблюдал за нами потемневшими от злого бессилия глазами. Гердор еще сильнее прижал острие своего клинка к шее старого дракона.

— Где артефакт? — спросил он у Варга, делая легкое движение кистью руки и лезвие оружия пробежало по коже дракона, заставляя его еще сильнее отклоняться и вжиматься в пол.

— Не знаю, о чем ты говоришь, Гердор, — Варг попытался отодвинуться от холодной стали, упершейся ему в шею, — давай выслушай меня. Я понимаю, в тебе сейчас бурлят эмоции. Со стороны всё это кажется странным, но поверь мне, я могу всё объяснить.

По мне так, выступление Варга было неубедительным. Не было похоже, что это тысячелетний дракон. Скорей он сейчас напоминал какого-то мелкого служащего, который пытается придумать для начальника объяснение, почему его три дня не было на работе.

— Артефакт, немедленно! — Гердор был неумолим. Варг трясущимися руками раскрыл полу своего сюртука, вынул кисанрэй из внутреннего кармана и жадным взглядом проследил, как я прячу его в карман джинсов.

Гердор убрал клинок в ножны и сказал Варгу:

— Теперь запомни. Чтобы я рядом с Катей больше не видел ни тебя, ни Вердинии. Договор с отцом моей бывшей невесты разорван.

— Ты еще об этом пожалеешь, — прошипел Варг, цепляясь за край алтаря и приподнимаясь.

Что? Ау, Гердор, где твой здравый смысл? Ты, что собираешься так просто отпустить своего врага? Я стояла и пыталась это произнести вслух, но опять заклятие не давало мне выдавить ни звука. Прямо как в песне группы Авария: «то ли это ветерок мои губы колышет, то ли это я кричу тебе, но ты меня не слышишь…»

Судя по моей мимике, ветерок такой нехилый повеял, скоро в ураган превратится. Сильное же заклятие наложил на меня этот старый паук. Я что же, и на старости лет не смогу рассказать об этой части своих приключений внукам? Я даже насупилась. Такого удовольствия лишили. Ох уж этот Варг.

— Больше ничего не нужно? — спросил Гердор, разворачиваясь ко мне.

Нужно, Гердорушка, нужно. Избавиться от врага нужно, пока он в твоих руках. Но все попытки произнести хоть что-либо, касающееся Варга, были бесплодны.

— Где-то была моя сумка, — задумчиво оглянулась я, утомившись изображать телевизор без звука.

Сумка лежала недалеко от входа, сиротливо притулившись к стене. Радостно схватила ее и проверила содержимое. Мой дорогой молоток, к которому я уже прикипела душой, камень переноса и пара уже основательно побитых фруктов. Мой походный набор. Я украдкой взглянула на алтарь.

Варг заметил мой взгляд, криво ухмыльнулся и сделал приглашающее движение головой. Но Гердор перехватил наши переглядывания и тут же пресек на корню:

— Катя, если ты готова, вылетаем.

— Хорошо, — тут же согласилась я, вызвав недоумение и настороженность зеора. А что, я тоже бываю покладистой. Но, правда, только когда мне что-то нужно. Потому я с собачьей преданностью заглянула Гердору в глаза, чуть не заставив его отшатнуться:

— А куда?

И разве что хвостом не повиляла. Гердор немного отошел, видимо, решив, что это может быть заразно. Он подошел к пролому в стене, потом повернулся ко мне и хмуро сказал:

—  Венчаться. В храм богини.

Мы уже отлетали от башни Оздин на двух горгунах, а я все не могла не принять, ни поверить. Мне казалось, что я ослышалась. Может быть он сказал что-то вроде: «Качаться на георгине», или «Умягчаться в пенталгине», или «Помчаться за анальгином», а? Хоть не так дико звучит. Но нет, увы, мне не послышалось.

Вот так вот, прилетел, победил, поставил перед фактом.

— Я тебя освободил,

     Я злодея зарубил

     И теперь, душа девица,

     На тебе хочу жениться!

Это я вслух процитировала слова Комара из «Мухи-Цокотухи».

Только Комар, хоть и насекомое, но догадался прикончить врага. А Гердор со своим благородством… Эх.

— Ты не поняла, — резко ответил Гердор и, вскинувшись, подлетел поближе, — я не хочу жениться, тем более на взбалмошной девице, неведомо откуда свалившейся мне на голову. Но венчание придется провести, к моему большому сожалению.

Но чем дольше он смотрел на меня, тем меньше досады оставалось в его голосе, речь замедлялась, а хмурые складки между бровей разглаживались. Последние слова он произнес уже без того запала, с которым начал. Мы замерли, глядя в глаза друг друга. Наши горгуны летели теперь чуть ли не бок о бок, синхронно паря в воздухе, почти не шевеля крыльями.

Я первая отвела взгляд и язвительно ляпнула:

— Можно подумать, что я в восторге.  Почему придется-то? И что за срочность, лететь в храм сейчас?

— Венчание усилит связь дракона с запечатленной. Я хотя бы буду знать и чувствовать где ты, — Гердор тоже овладел собой и хмуро смотрел вдаль. — Все эти дни я каждую минуту мысленно прощался с драконом. Больше не хочу рисковать.

То есть он переживал только о драконе? А теперь еще и будет контролировать каждый мой шаг?

— А дальше? Что будет дальше? — требовательно заглянула я ему в глаза.

— А дальше, через месяц, свадьба. Я уже не смогу сопротивляться запечатлению. Так что, как бы я не был против, мы поженимся, — снова хмурый взгляд.

Посмотрите на него! Против он. А меня спросить?

— А мое мнение не учитывается? — изогнула я бровь, глядя на него искоса.

— А ты против? Выйти замуж за дракона обычной простолюдинке и не снилось, — в его усмешке проскользнула тень горечи.

— Против, конечно. Это неправильно, жениться или выходить замуж под давлением обстоятельств, а не по любви и взаимному согласию, — выдала я всем известную и даже приевшуюся истину. На самом деле, я бы не смогла жить в браке, зная, что я какое-то бремя, крест, который он вынужден нести.

— Тут я с тобой согласен, — сказал он, вызвав мое немалое изумление. Я даже замолчала, оторопев и пытаясь разложить по полочкам логики все его слова.

Впереди показался храм. Я рассеянно смотрела на него, поглощенная мыслями о новом повороте своей судьбы. По сути, это венчание ни к чему меня не обязывает. А моя показная кротость усыпит подозрительность дракона.

Мы приземлились на площадке перед храмом и по широким ступеням поднялись к дверям.

В храме царила тишина, как и в прошлый раз. Статуя так же бесстрастно взирала на нас своими каменными глазами. Гердор вновь отдал дань уважения богине, прижав кулак к своей груди.

Я с любопытством озиралась, думая, как же пройдет обряд, и кто его проведет. Ведь вокруг ни души.

Наконец Гердор отмер, и пригласил меня за собой. Мы обогнули статую, за ней оказался широкий вход с лестницей на второй этаж. Поднимаясь по ступенькам, я ловила себя на мысли, что это здание никак не напоминает храм. Слишком аскетично все. Эти ступеньки и коридоры, обычные прямоугольные окна с рамами, проштукатуренные и окрашенные стены. Я прислушалась к себе, ловя странные чувства. Ах, точно. Это место навевало мне ностальгию по моему университету.

Мы дошли до дверей с золотыми вензелями на них, распахнув которые, оказались в … актовом зале? Сцена, драпированная темно-фиолетовым занавесом, ряды сидений, ярусами поднимающиеся к дальней стене. А вот тут нас и ждали. Семья Гердора сидела в первых рядах. Они дружно повернули к нам лица. Фирина Геола старалась сохранить ровное выражение лица, но прищур ее глаз то и дело выдавал ее недовольство. Зеор Ардар устало кивнул Гердору, и, мельком глянув на меня, отвел взгляд. Нэлм, по своему обыкновению, улыбнулся и одобрительно кивнул.

Мы поднялись на сцену, где два служащих в белых халатах колдовали над какой-то установкой. Это был разноуровневый ряд колбочек и пробирок, соединенных стеклянными трубками разного диаметра. Под некоторыми колбами теплились горелки, над другими были подвешены лабораторные капельницы с реактивами.

Что это? Где алтари с чашами для крови? Где ритуальные кинжалы, жрецы с горящими фанатическим блеском глазами?

Да и я в обычных джинсах, уже потрепанных и кардигане, чьи локти уже вытянулись. Что за венчание странное, почему тут все не по-человечески?

Я взглянула на Гердора, растерянно приподняв брови. Он неожиданно взял меня за руку и мягко сжал, словно пытаясь поддержать.

Сзади послышался полуистеричный возглас фирины:

— Нет, я не могу больше на это смотреть! Я ухожу.

Судя по шороху платья, она вскочила, но бас зеора Ардара пророкотал:

— Сядь.

Я удержалась от того чтобы оглянуться. Возня позади нас утихла. Нас провели за этот стол с лабораторной установкой и теперь мы стояли лицом к зрительному залу. По сцене пробежала прохладная дымка, плотно укутав наши ноги и прозрачным мерцающим занавесом повиснув до самого потолка.

Один служащий вежливо попросил:

— Вашу руку, фири.

Я, содрогнувшись, протянула руку. Вот сейчас начнется. Вытащит кинжал и ка-а-ак полоснет по ладони. Но нет.  Служащий вполне цивилизованно уколол пальчик и, взяв пробу крови пипеткой, капнул ее в первую пробирку. С Гердором проделали то же самое, но с противоположной стороны этой установки.

— Да покажет «Путь крови» истинную суть! — произнес служащий.

С удивлением я пронаблюдала, как моя капелька кровь, взбурлив, вдруг увеличилась в размерах и потекла по тонкой трубке во вторую пробирку.

Увлекшись этим зрелищем, я не сразу поняла, что на сцене перед нами разворачивается иное действие. Лишь когда служащий шепнул мне, блестя глазами: «Посмотрите вперед!», я подняла голову и приоткрыла рот от изумления.

С моей стороны сцена появилась высокая голограмма, изображающая меня в самый мой счастливый день. Это был выпускной в университете. На мне было шикарное платье бордового цвета с необыкновенным узорным лифом ручной вышивки. Волосы были собраны в элегантную прическу в греческом стиле, волнистой копной спускающейся на спину. Даже Костик не смог испортить мне тот день, хотя и бубнил, что лучше бы не тратили денег и вообще не ходили на выпускной.

С противоположной стороны сцены появилась вторая голограмма. Гердор, в черном безукоризненном костюме с изящной золотой вышивкой, которая лишь подчеркивала строгость его одежды. Он смотрел без той обычной мрачности, к которой я уже привыкла. Я скосила глаза на настоящего Гердора, но он не отрываясь смотрел на сцену.

Кровь в установке тем временем спешила по трубкам к центральной колбе. В каждой пробирке она подвергалась различному воздействию, то шипя от нагревания, то меняя цвет от реагентов. Как кровь Гердора и моя стремились навстречу друг другу, в то же время и наши голограммы невесомо поплыли к центру сцены.

Кровью эту жидкость трудно было назвать, потому что моя приобрела ярко изумрудный цвет, а у Гердора была словно расплавленное серебро.

Голограммы встретились в середине пути, закружились в коротком танце и взметнулись ввысь, превратившись в одного призрачного золотого дракона. Одновременно наша кровь слилась в центральной колбе и завертелась в бурном водовороте.

Дракон исчез, растворившись в воздухе, а из колбы в подставленный сосуд с водой капнули две большие капли нашей крови и застыли драгоценными камнями. Один изумрудный, с серебристыми искорками, а второй — прозрачно-серебристый со сверкающими изумрудными бликами.

— Невероятное единение! — торжественно возгласил один из служащих и благоговейно вынул камни из сосуда. Второй подал ему бархатную подушечку, на которой лежали два обручальных кольца с пустыми кастами, куда вставляются камни.

Первый умело вставил камни в оправы и повернулся к нам.

— Отныне вы повенчаны кровью дракона. Прошу Вас, зеор, надеть кольцо вашей невесте.

Я сглотнула. Несмотря на то, что помолвка для меня была фиктивной, я ощущала странное волнение. Гердор взял кольцо с прозрачным камнем и протянул мне руку. Я вложила в нее свои чуть подрагивающие пальчики. Рука Гердора была твердой, чуть шершавой, рука настоящего воина. Моя мягкая и маленькая ладонь разительно контрастировала с нею, но в этом контрасте была своя гармония.

Гердор надел мне кольцо, затем я должна была проделать то же самое. На миг наши взгляды встретились, и я опустила глаза.

— Да хранит ваш союз Догена, — церемонно произнес служащий. Раздались жидкие хлопки со стороны зрительного зала. Это был Нэлм, единственный в этой семье, кто безусловно был мне рад.

Спускаясь со сцены, я заметила, как фирина продолжает поджимать губы, а зеор Ардар с исследовательским интересом смотрит на меня.

— Ловко, ловко, — протянул он, покачав головой. Потом обратился к Гердору: — Я, конечно, не желал тебе такого, сын. Но, возможно, это воля самой Догены. Ведь «Путь крови» показывает тайную суть человека и самый счастливый его день. Хотя Катя лишь под воздействием ментального мага, ее истинная суть благородна и ярка.

— Как ты можешь так говорить, — дернула плечиками фирина Геола, и прошипела, понизив голос: — это всего лишь простолюдинка. Какой позор…

— Помолчи, — пророкотал зеор Ардар.

Гердор лишь усмехнулся и покачал головой. Потом обнял фирину и прошептал:

— Мама, я люблю тебя и очень ценю твою заботу. Но прости, это моя жизнь.

Фирина в его объятиях показалась очень маленькой. Она вдруг как-то сникла, закрыла глаза, ее лицо смягчилось.

— Хорошо, дорогой, — прошептала она, не справившись с голосом, — просто будь начеку.

— Буду, — он поцеловал ее в лоб и отошел.

Мы попрощались с семьей Гердора и через специальный ход вышли на крышу. Я замерла, вдыхая свежий воздух и любуясь зелеными волнами расстилавшейся до самого горизонта страны холмов.

И едва заметно вздрогнула, когда к моему плечу прикоснулся Гердор. Повернув голову, взглянула на него. Его глаза потемнели, затем он убрал руку и выдохнул сквозь стиснутые зубы:

— Чёртово запечатление. Я уже с трудом противостою ему.

Я поежилась, обхватила себя руками и отошла от него. Похоже, его раздражает, что кто-то имеет власть над его чувствами. Но Гердор уже овладел собой и вполне дружелюбно обратился ко мне:

— После венчания по правилам мы должны отправиться в путешествие, чтобы в совместных трудностях узнать друг друга лучше. Раньше драконы проходили весь континент, а сейчас ограничиваются ночевкой в ближайшем лесу. Но ты ведь не боишься трудностей? — и он заинтересованно взглянул мне в глаза.