25

Всю дорогу мы едем молча. Лекс постоянно таращится на меня, я вижу отражение его глаз в зеркале заднего вида. Он нервничает и явно торопится. Вечерние пробки на каждом перекрестке подливают масла в огонь. Мегаполис – он такой. Еще раз убеждаюсь, что лучший в мире транспорт – это метро. А Лекс спустя сорок минут пути превращается в местного Леху, вполне себе русского парня с района. Где, интересно, он нахватался таких отборных ругательств? Неужели в приличном учебном заведении за границей? Ловлю себя на мысли, что ни разу не поинтересовалась у Марка, в какой стране он рос после того, как покинул Россию. Если судить по Леше, то детство они провели с реальными пацанами из сериала. Очень похоже по говору на неблагополучный райончик Пермского края.

Остановив машину, нервный водитель буквально выпрыгивает из-за руля и спешит ко мне. Но я девушка неизбалованная, выбираюсь сама, прихватив с собой свои вещи.

– Оставь, потом заберешь. Мы ненадолго.

– А куда ты меня привез? – Осматриваясь по сторонам, я всё ещё раздумываю, брать ноутбук с собой или же оставить. Не планировала я разъезжать с этим типом из одного конца города в другой. Сомнительное удовольствие.

– Не бойся, не украду я твой ноутбук. И обещаю довезти после до дома в целости и сохранности и тебя, и его. Идём.

Недоверчиво кошусь на мужчину, но все же свой драгоценный пк оставляю на сиденье. Лекс торопливо захлопывает дверку и включает сигнализацию. Кивком приглашает идти за ним, обреченно плетусь следом. Меня одолевают сомнения. Надеюсь, не зря повелась на его обещания, вот будет смешно, если он таскается со мной, чтобы просто подшутить. Развлекается. Может, ему скучно.

Верчу головой по сторонам и стараюсь не отставать. Что за привычка у мужчин заставлять девушек бегать за собой. Начинаю понемногу заводиться. Я что, должна за ним через полгорода бежать? Открываю рот, чтобы высказать своё мнение по поводу нашей вечерней пробежки, но на глаза попадается вывеска на здании впереди, и я замедляюсь. В голове проносятся сотни вариантов, зачем мы здесь. Захлопываю рот, так ничего и не сказав.

Мужской клуб «Чарли».

Ничем не приметное серое здание снаружи. Я опасливо кошусь на своего попутчика и хмурю брови.

– Это что?

– Ночной бар, – разведя руки в стороны, отвечает Лекс и поджимает губы.

– Зачем мы здесь?

– Ты, кажется, искала Луку, – напоминает этот гад и ухмыляется.

– Марка, – огрызаюсь я. – Ты что, хочешь мне сказать, что он все эти два дня…

Лекс кивает, не дослушав.

Ком в горле не даёт договорить. Словно ледяной водой из ведра окатили. К нам приближается компашка подпивших ребят. Я ошарашенно пялюсь на них, но им не до меня. Они обходят нас стороной, что-то бурно обсуждая. Смотрю им вслед и пытаюсь собрать разметавшиеся мысли в кучу. Марк не может находиться здесь, это не про него. Он ведь… А что я знаю про него? Действительно, ничего. Я видела его только с одной стороны.

– Пошли, – неожиданно для себя самой выдаю я. Не хочу надумывать то, чего может и не быть. Мне нужна правда.

– Хорошо. Только нужно подождать. Я договорюсь с охраной, чтобы тебя впустили.

Я удивленно вскидываю брови. Почему это меня могут не впустить? Мне давно не восемнадцать.

– Дресс-код. Одежда не та, – поясняет Лекс и снисходительно смотрит на меня сверху вниз.

Я насупливаюсь. Надо же, и тут не соответствую стандартам. Дурдом.

Мы зависаем на входе почти на пятнадцать минут. Я слышу лишь обрывки фраз охранника и моего сопровождающего, но и этого достаточно, чтобы понять смысл их разговора. В результате побеждает аргумент Леши в виде нескольких бумажных купюр, которые волшебным образом уплывают в карман секьюрити.

Громкая музыка встречает нас с порога. Я как ошалелая таращусь по сторонам, потому как впервые в таком месте. Народу море, не протолкнуться. Мы с Лексом сразу же теряемся в толпе. Он просто ведет меня вперёд, приобняв за плечи, и мне не нужно ничего делать, только переставлять ноги.

Мужские возгласы, крики пьяных женщин, яркие вспышки света, слепящие глаза, танцевальная музыка и две стриптизерши на сцене. Тяжелый, слишком уж роскошный, на мой взгляд, интерьер в ярких вишнёво-красных тонах. Всё это перемешивается у меня перед глазами. Повсюду пьют, танцуют и толкаются. Лекс продолжает вести меня вглубь помещения, к барной стойке. Перебросившись парой слов с администратором, он кивает мне и, перехватив за руку, тащит за собой к ВИП залу. Из шумного помещения мы попадаем в более тихое место. Я делаю пару шагов и застываю на месте как вкопанная. Первая мысль, которая посещает мою голову, – бежать. Я дергаюсь назад, но крепкая мужская рука не позволяет сдвинуться с места.

Помещение также переполнено людьми, но я сразу же нахожу взглядом его – мужчину, из-за которого моё сердце не находит покоя ни днем, ни ночью. Смотрю и не могу поверить. Множество раз слышала фразу «земля уходит из-под ног», но не подозревала, каково это на самом деле. Сердце замирает, и мне становится трудно дышать. Сжав зубы, я отчаянно стараюсь не разрыдаться, такого позора я не допущу. Не стану плакать о том, кто этого не достоин. В глубине души я предполагала, к чему приведёт моё увлечение этим золотым мальчиком, но не думала, что это так больно. Надеялась, судьба подарила мне шанс на счастье. Но меня лишь подразнили, как ребёнка, конфеткой и отобрали. Что ж, Марк Леонидович, я запомню ваш урок надолго.

Лекс больно сжимает мою руку, и это немного отрезвляет. Не хочу сейчас видеть выражение его лица, мне только торжествующей физиономии не хватает в довесок. Деваться некуда, я смотрю прямо перед собой и тихо ненавижу себя за то, что поддалась чувствам, за то, что приехала сюда в надежде увидеть любимого мужчину. Глупая и доверчивая дурочка – вот кто я.

Марк стоит боком к входу, не замечая нашего с Лексом появления, что неудивительно в его состоянии. Нетвердо стоит на ногах, растрепанный, в расстегнутой рубахе, в руке начатая бутылка какого-то алкоголя, рядом полуобнажённая девица. Ему совершенно не до нас с такой-то компанией. Повиснув на его шее, красотка что-то увлеченно шепчет на ухо и кокетливо смеётся. Марк обнимает её за талию, рука чуть пониже, чем позволяют дружеские объятия. Приложившись к горлышку бутылки, он делает глоток и склоняется к незнакомке за поцелуем. Я дергаюсь в руках Лекса, от неожиданности он оступается и налетает на дверь, та с грохотом ударяется о стену. Все присутствующие оборачиваются в нашу сторону. Я слежу за поворотом головы Лукьяненко и встречаюсь с его задурманенным пьяным взглядом. Он застывает на месте и, кажется, бледнеет. Бутылка падает из рук.

Воспользовавшись общим замешательством, отступаю к двери и разворачиваюсь к выходу, чтобы наконец-то покинуть этот зал. Мне в очередной раз не везёт, и я врезаюсь в грудь Лекса. Мысленно поливаю ситуацию, в которой оказалась, последними ругательствами и безуспешно пытаюсь проскользнуть мимо. Лекс крепко удерживает меня, обхватив рукой за талию. Я упираюсь изо всех сил, но куда мне справиться с мужчиной. Тем более если он что-то задумал. Хочется испариться, снова стать маленькой серой мышкой, ненавижу быть игрушкой в чужих руках. Докатилась до того, что меня использовали в качестве орудия мести. В душе поднимается паника, и я делаю то, что первое приходит на ум. Наклоняюсь к плечу Лекса и впиваюсь в него острыми зубами. Он вскрикивает и отпускает меня из захвата. Я выскакиваю из помещения и со всех ног мчусь туда, где, по моему мнению, выход из здания. Даже через громкую музыку и крики пьяных посетителей бара слышу, как за моей спиной разворачивается драка. Но мне уже всё равно. Мне не на кого надеяться. Друзей в этом здании у меня нет.

Пробивая себе путь сквозь толпу, как ненормальная подлетаю к входной двери. Охрана смотрит на меня с явным подозрением и немного удивленно.

– Придержи её, – бросает один парень и снимает рацию с портупеи. Меня тут же бесцеремонно хватают за руки и прижимают к стене. От страха начинают трястись ноги.

– А я тебе говорил, не впускай их, но ты же позарился на бабки. Сейчас эти денежки тебе так аукнутся, мало не покажется, – прорычал второй у меня над ухом и ругнулся.

– Погоди причитать. Ты, как всегда, начинаешь с пустого места. Еще ничего не произошло. Не каркай, Барс.

– Что Барс?! Видишь, эта цыпа из ВИП-зала сбежала, опять эти богатеи дурью маются. Точно сейчас что-то произойдёт. У меня чуйка на подобное.

Я неосознанно смотрю туда, куда направлены взгляды вышибал. Картина, которая зарисовывается перед моими глазами, заставляет сжаться в комок от страха ещё сильнее. Через всю толпу в нашу сторону пробираются ещё несколько вышибал. Я вижу двух упирающихся парней, которых они ведут под руки. Белую макушку узнаю сразу. Вторая явно принадлежит Лексу. Горе-недругов практически проносят мимо меня и выставляют за дверь.

– Твои дружки? – обращается ко мне тот, которого величали Барс.

Я энергично киваю и прижимаюсь к стене.

– Сама пойдёшь или помочь? – хмурится он и по-звериному скалится мне в лицо.

Пулей вылетаю из заведения и, оказавшись снаружи, не останавливаясь, иду куда глаза глядят. Мне плохо. Очень плохо. Я хочу домой, хочу забыть сегодняшний вечер как страшный сон. Хочу забыть вообще всё, что было после выпуска, и идти дальше во взрослую жизнь, забетонировав своё сердце самым толстым слоем, какой только можно представить. Хватаю ртом воздух и зажимаю уши, потому как вслед мне кто-то громко кричит. Мой побег не остался незамеченным. То ли ножки мои ходят очень медленно, то ли я не слишком спешила, но меня догоняют почти сразу.

– Лера! Остановись! – Резкий рывок за плечо, и я делаю крутой поворот вокруг себя.

Марк смотрит на меня сверху вниз. Его слегка качает, но глаза совершенно ясные. Я скидываю его руку со своего плеча и делаю шаг назад, увеличивая расстояние между нами.

– Я всё испортил, колючка. Да? – На его скулах выступают желваки. Он плотно сжимает губы и тянет ко мне руку. – Ты… так смотришь на меня, что я сам себя ненавижу.

Я молчу, внутри кипит обида.

– Почему ты молчишь? Накричи. Ударь по лицу. – Он сжимает руки в кулаки. Его губы начинают дрожать.

– Вам нужно домой, Марк Леонидович. Уже поздно. Завтра на работу, – холодным тоном произношу я и отворачиваюсь в сторону.

– Лера. Пожалуйста… – Он запускает руку в волосы и роняет голову вниз.

– Ничего не нужно говорить. Езжай… те домой. Мне тоже пора. Меня ждут. – Смотрю за его плечо. Лекс стоит чуть в стороне, наблюдая за нашим разговором.

Марк оборачивается и бросает на друга детства злобный взгляд. Только сейчас я вижу, что на его виске кровь. Сердце делает кульбит, но я запрещаю себе какие-либо действия по отношению к своему всё ещё начальнику. Заламываю пальцы рук.

– Он? – вопрос Марка мне непонятен.

Я открываю и закрываю рот, так ничего и не ответив. Мой изменщик запрокидывает голову назад и смеется. Мне кажется или я слышу слёзы в его голосе? Нет, мне точно мерещится.

В кармане Марка звонит телефон. Он достает его дерганым движением и смотрит на экран.

– Да что тебе надо от меня?! – его крик заставляет меня вздрогнуть. Я испуганно пячусь назад и прижимаю ладони к ушам. – Ты мне всю жизнь испортил, отец! Оставь меня в покое.

Телефон мужчины летит на тротуар и разлетается вдребезги. Он поднимает то, что от него осталось, и, сжав в кулаке, начинает бить им по каменному настилу. Я вижу выступившую кровь, но Марка это не останавливает, у него началась истерика. Я не представляла, что он на такое способен.

– Прекрати! Перестань! Ты покалечишь себя! – Я не знаю, как мне быть. Руки трясутся от ужаса. Лекс спешит к нам, но Марк останавливает его одним жестом.

– Не подходи, или я тебя убью. Что ты за мной таскаешься? Ты долбаная шестёрка моего чертового папаши. Два сапога пара.

Лекс останавливается и запускает пальцы в волосы. Секунда, и он хватается за телефон.

– Правильно! Звони ему! Звони! Надо обязательно выслужиться перед покровителем, отрабатывай свой кусок хлеба. Только радость свою попридержи, когда будешь докладывать, как в очередной раз облажался его нерадивый отпрыск. Иначе Леонид Валериевич тебя понизит до охранника на АЗС. Со мной рядом будешь работать. Я заправщик, ты охранник. Звони!!! – Марк кричит, его глаза наливаются кровью.

Мне становится страшно, но уже за Лекса, он явно добился своего и даже перестарался. Я встаю между ними, но не знаю, что делать дальше. Марк поднимается и с озверевшим видом идёт на своего обидчика. У меня холодеют руки. Обида, страх, боль от предательства вскипают во мне одновременно.

– Остановись. Хватит! Марк! Хватит, пожалуйста. Я прошу тебя. Успокойся. Прошу… – Сворачиваюсь в комочек и оседаю на землю. Меня трясёт. – Если тебе не нужен отец, отдай мне! Мне нужен! У меня никого! Никого! Я думала, ты… есть ты. Смотри… – Я достаю трясущимися руками свой старенький телефон и протягиваю ему. – Смотри, шесть лет ни одного звонка! Шесть! Они мне уже никогда не позвонят, их нет. Нет! А о тебе беспокоятся. Он звонит потому, что ты небезразличен. – Я начинаю захлёбываться рыданиями, и все остальные слова просто застревают в горле.

Марк подбегает ко мне и рывком поднимает на ноги. Меня тут же припечатывают к груди и начинают баюкать на руках.

– Прости, малыш, прости меня. Не плачь. Всё, я успокоился. Всё хорошо.

Всхлипываю и замираю в его руках.

– Успокоился – вот и хорошо! – слышу голос, так похожий на Марка.

Сегодня сошлись все звёзды, которые портили мне жизнь. Просто парад планет для Валерии. Издаю тихий стон и отстраняюсь от мужчины. Леонид Валериевич стоит чуть в стороне и, сунув руки в карманы брюк, с пасмурным видом наблюдает за нами. Лекс с пришибленным видом прячется за его спиной. Даже не знаю, по какой шкале теперь мерить взлетевший уровень моей к нему неприязни.