42

– Рабочий день уже закончился? – деловито поинтересовался инвестор.

– Да, – всхлипнула я.

– Хорошо, значит, встречаемся в нашем кафе.

– В к-к-каком… В каком кафе?

– В том же, что и прошлый раз, – поправился инвестор.

Я заколебалась: стоит ли, у меня тут и так только что в промышленном шпионаже не подозревают, да и сам Вячеслав Павлович, хоть и общается с инвестором Сашкой и даже совместные проекты у них, но нашему общению явно не рад.

– Я, наверное… – начала отказываться я.

– Да-да, согласен, – перебил инвестор. – Вы, наверное, сначала зайдете в дамскую комнату и умоете личико, уверен, у вас сейчас заплаканный вид. Но потом приходите. Чай с мятой и лимоном – отличное средство от душевных невзгод.

– Неужели? Что-то я такого средства не припомню, – вяло огрызнулась я.

Слезы высохли. Что ж, как бы я ни относилась к Александру, его пустая болтовня все-таки отвлекла меня от грустных мыслей.

– Просто все забывают об одном важном ингредиенте – не унимался инвестор.

– Это о чем же? – с сомнением отозвалась я.

Надеюсь, он не имеет в виду ром или текилу, или какое-нибудь такое же высокоградусное успокоительное. Вряд ли речь идет о сахаре или, к примеру, о пирожных.

– Чтобы подействовало, рядом должен быть друг, готовый выслушать.

О как… Если бы мне нужно было найти меткое определение инвестору Сашке, то это точно не было бы слово «друг». Но сейчас не очень подходящий случай, чтобы углубляться в эпитеты. При всем богатстве выбора вариантов у меня было всего два. Или тащиться после рабочего дня домой, сидеть в пустой квартире и обдумывать случившееся за день, страдать от того, как легко, оказывается, от меня избавиться, и, не переставая, вспоминать Вячеслава Павловича, который наверняка считает, что совершил ошибку. Или…

– Хорошо, встретимся в кафе, – сдалась я.

Как и советовал великий специалист по дамским личикам, я умылась, скрыв следы только что стихшего водопада, припудрилась и даже подкрасила ресницы. Будет повод не разрыдаться.

Когда я пришла в кафе, Александр был уже там. Он весело помахал мне из-за небольшого столика «на двоих» в дальнем углу. С одной стороны столик наполовину скрывала колонна, с другой его стороны лопушилось нечто, смахивающее на фикус в кадке. Уютное местечко. Иллюзия уединения – это то, что мне сейчас нужно. На круглой салфетке перед инвестором обнаружился обещанный чайник со свежезаваренным чаем в компании двух чашек и сахарницы. Я опустилась на мягкий диванчик и вымученно улыбнулась.

– Только не говорите мне, что он все-таки вас уволил.

От неожиданности я поперхнулась воздухом. А ведь и вправду Александр упоминал об этом. Как там… «Когда Славка вас уволит – а он обязательно уволит, мне ли его не знать…» Да уж… Действительно знает, причем настолько хорошо, что сразу определил: эта девица у него в секретарях надолго не задержится. Если у меня и так было скверно на душе после дурацкого звонка претендентки на мою должность, то сейчас стало еще хуже.

– С чего вы взяли? – я удивленно вскинула брови. Пусть эта Ванга в штанах догадывается о чем угодно, но от меня подтверждения не услышит. – Ничего подобного. Никто меня не увольнял. А даже если бы и уволил, не рассчитывайте, что я пойду работать к вам.

Если я и хотела смутить инвестора своими речами, то мне не удалось.

– Странно, что не уволил. По моим расчетам уже должен был подыскать замену, – задумчиво пробормотал инвестор, разливая чай по чашкам и пододвигая одну из них мне. – И, знаете ли, я все-таки порассчитываю: лучшего места, чем у меня, вам все равно не найти. Я бы вас ценил, честное слово.

Странно, что не уволил?! Замену?

– Вижу я, как вы меня цените, – сдавленно сказала я, чувствуя, что на глаза наворачиваются предательские слезы. Похоже, сдержать обещание, которое я дала сама себе – не плакать – будет не так уж и просто. – Считаете, что меня только уволить и можно.

– Подождите, вы тут мои слова не перевирайте. Я сказал, что Славка вас уволит. А это вовсе не одно и то же.

– И почему же он непременно меня уволит? Как вообще вы можете судить о моей компетентности?

– А при чем здесь компетентность? – инвестор удивленно моргнул, не донеся свою чашку до рта.

Кажется, я совсем потеряла нить нашего разговора.

– А что тогда может быть при чем? Мы же говорим о моей работе?

– Нет, – совершенно нелогично сказал Александр и со стуком поставил чашку обратно на стол. – Мы говорим о том, что друг моей непутевой юности по уши влюблен, а держать такой раздражитель перед глазами на работе – сомнительное удовольствие. Это даже такой разгвоздяй, как я, в состоянии понять. А он у нас, если помните, зануда.

Я даже пропустила мимо ушей нелестное определение, которое инвестор по привычке дал Вячеславу Павловичу, почувствовав, как стремительно краснею.

– Глупости, у нас с Вячеславом Павловичем исключительно деловые взаимоотношения, рабочие, – независимо сказала я, внимательно рассматривая темно-янтарную жидкость в чашке. – И ничего такого. С чего вы вообще взяли?

Это, конечно, не совсем правда, но снабжать Сашку компроматом против моего босса я не собиралась.

– Да вы, милочка, похоже, слепая. Видно же невооруженным глазом. Когда я вам цветы принес, у него разве что пар из ушей не шел. Да и потом, во время нашей памятной поездки якобы по филиалам. Когда вы со мной возились, я уже начал побаиваться, что он меня из машины вышвырнет и пешком идти заставит. Не посмотрит, что у меня сердечный приступ.

В любой другой момент я бы обязательно разозлилась после такого напоминания. За «сердечный приступ» мне все еще хотелось хорошенечко стукнуть инвестора по голове. Но сейчас я была готова простить ему абсолютно все. Слишком уж хорошую новость принес этот негодяй.

– Так говорите, чисто деловые? – он посмотрел на меня, как врач на пациента.

– Да, – твердо ответила я.

– Ну и ну, не ожидал я от Славки, – неодобрительно покачал головой инвестор. – Он, конечно, тормоз и зануда, но не до такой же степени…

– Прекратите обзывать Вячеслава Павловича! – Я стукнула ладошкой по столу, крышка на чайнике жалобно звякнула. Я смущенно покосилась на нее и добавила: – Во всяком случае, в моем присутствии.

– Ого, даже так… В общем, мое предложение остается в силе.

Телефон в сумочке снова начал звонить, но я и не подумала ответить. Пусть себе разрывается, рабочий день давно уже кончился. Партнерам Вячеслава Павловича пора отдохнуть, устали, наверное, за день-то. В несколько глотков я с удовольствием осушила чашку. А ведь Александр оказался прав: чай с особым ингредиентом действительно неплохо залечивает душевные раны.

– И все-таки я думаю, что вы ошибаетесь, – сказала я, желая продолжить нашу вполне приятную беседу.

Он посмотрел на меня так, что сразу стало ясно: меня раскусили.

– Хотите об этом поговорить? Нужны доказательства? Хорошо, вспомните его лицо, когда он застал меня в вашей комнате. Да он просто позеленел!