Глава 35

Тинан Кейдж

Я намерено испытывал терпение своей невесты. Один раз она уже сбежала из-за сущей мелочи, теперь же мне хотелось проверить, что изменилось с тех пор.

И проверить, не предаст ли.

Слизняк Стюарт явно предложил Эйлин то, чего она жаждет больше всего. Свободы она захотела, глупышка. Маленькая дурочка с нелепыми мечтами. Мира не видела, думает, что ей будет лучше где-то еще, нежели со мной. Наивная. Мир жесток. Он состоит из таких наглых недоумков, как мэр этого городишка. У него ума хватает только, чтобы строить козни другим. Сам он ни на что не способен.

Как же мне хотелось разорвать гада, когда он отправился танцевать с Эйлин. Но иначе его планы быстро не раскрыть. А мы и так достаточно здесь задержались. Пора ехать в поместье. Устраивать свадьбу и заняться наследниками.

И вот теперь моя нетерпеливая невеста получила сигнал от Стюарта и идет сюда. А я чувствую тяжесть в груди от мысли, что вот прямо сейчас она всадит мне нож в спину, приняв сторону моего врага.

— Кейдж, — мое имя в ее устах звучит вопросительно. И сколько раз просил ее звать меня первым именем, которым звали меня мать и отец, братья, но она упорно использует второе, как все остальные. Как чужая.

— Что, дорогая Эйлин? Ты заскучала? — даю ей подсказку с чего начать.

Мои собеседники замолкают. Их взгляды разнятся. Женские ревнивые, мужские восхищенные. Да, моя невеста прелесть. Дивный свежий цветочек среди удушающей толпы.

— Да, прости, мне тебя не хватает, — потупившись произносит она. Если бы эти слова были правдой, то сегодня же ночью она узнала бы, как мне ее не хватает.

— Хочешь, выйдем в сад, подышим воздухом? — предложил, зная, что Эйлин было поручено вывести меня из зала. И я подкинул ей козырную карту.

— Да, очень душно, — она раскрыла веер и начала им обмахиваться, подыгрывая мне. А неплохой актерский талант у моей невесты.

Я предложил Эйлин локоть, и мы направились на выход из зала. Конечно, можно было пройти на веранду. Но нам, очевидно, нужно не в сад.

— Мне все известно, пойдем скорее, — Эйлин подергала меня за рукав, вынуждая наклониться.

— Куда? — спросил делано удивившись. Эйлин недовольно закатила глаза. Ничего не мог с собой поделать, мне нравилось ее дразнить. Она забавная, когда злится. Глаза так и сверкают молниями. Прелесть. Моя.

— В кабинет Стюарта, я знаю, где лежит компромат на тебя, — проговорила она мне на ухо, приятно щекоча нежным дыханием. — Ты знаешь, где находится сам кабинет?

— Имею представление, — отправился в сторону искомого, не выпуская руку Эйлин.

В кабинете не слишком приятно пахло табаком, но еще больше напрягали обрывки странной магии.

Привычная для кабинетов меблировка: стол, стул, диванчик у стены, пару закрытых шкафов, тяжелые портьеры на окнах.

На полу лежал круглый ковер. Я немного откинул его носком туфли и заметил следы стертой пентаграммы. Очень занимательно. Стюарт устраивает здесь тайные ритуалы и жертвоприношения?

Эйлин кинулась к тайнику и чуть было не дотронулась до дверцы.

— Стой! Эйли! На ней магия! — остановил нерадивую девчонку.

— Ой! — она испугано одернула руку и уставилась на меня своими бездонными глазищами.

— Вот тебе и ой! — подошел и вгляделся в рисунок охранной магии. Витиевато простроено, но Стюарт прекрасно знал, что я смогу вскрыть его тайник. И правда, это было несложно.

Открыв дверцу, я заглянул внутрь. Эйлин тоже была тут как тут.

— Можно я достану бумаги? — шепотом спросила она.

— Теперь можно, — великодушно позволил своей любопытной невесте пошарить в чужом тайнике.

— Смотри, тут еще какие-то письма, — Эйлин достала пачку бумаг.

— Хм, любопытно. Странно, что он их тут оставил. Думал, не заметим?

— Или специально положил. Для тебя, Кейдж.

— Конечно, специально, чтобы я не торопился выходить из кабинета, — взял письма и бумаги. Направился к небольшому столику, на котором стояли низкие, округлые бокалы и графинчик с темно-бордовым тягучим напитком. Бросил взгляд на столик и тут же на Эйлин. Она застыла в нерешительности.

Решайся, Эйлин. Покажи, на чьей ты стороне.

— Может выпьем? Отметим удачу? — ее голос дрогнул, а я опустил глаза, чтобы скрыть вспыхнувшую злость. Вот, значит, как.

— Хорошо, я налью, — взялся за графинчик, сжав зубы и почувствовав горечь во рту.

Предала.

Женщины все одинаковые. Лживые и пустые создания. На время показалось, что Эйлин другая, но я ошибся.

— Стой! Погоди! Не надо это пить, — побледнела, закусила губу. — Ты заснешь.

— А ты? — спросил, подавляя напряжение в голосе.

— Мне дали бокал с противоядием, пока ты танцевал с другими, — Эйлин не удержалась от шпильки.

— Хм, все предусмотрел, гаденыш, — прошипел я. — Хорошо. У тебя есть предложение, как нам поступить?

Старался не показывать каким облегчением стало ее признание в желании меня предать. Своевременное признание, аннулирующее ее вину за намерение.

Она приняла верное решение.

— Да, дай, пожалуйста, бумаги, — я протянул невесте исписанные листы. Она просмотрела их, вчиталась и спросила:

— Скажи, это все правда?

— Нет, что бы не думал слизняк Стюарт, свое место в сенате я получил честно. Эти бумаги подделка! — и почему так важно, чтобы несмышленая девчонка мне поверила?

С нетерпением ждал ее вердикта, всматриваясь в сосредоточенное личико.

Она посмотрела на исписанные листы еще раз, нахмурилась, снова покусала губы, которые уже алели на фоне бледной кожи, привлекая и отвлекая меня. И кивнула.

— В таком случае у меня есть одна идея, — проговорила она.