Глава 46

Кейдж притащил меня в свою спальню, втолкнул в нее и тихо прикрыл дверь. Но звук закрывающейся двери все равно заставил меня вздрогнуть.

Я выпрямилась после толчка и теперь стояла посреди комнаты.

Кейдж же обошел вокруг меня и осмотрел.

— Тебе нравится в моем доме? — спросил он, зайдя мне за спину.

Поспешила обернуться. Опасность лучше встречать лицом к лицу, а от Кейджа сейчас исходила такая злая сила, что мне хотелось бежать от него без оглядки. Но я стояла ровно, стараясь не выдавать свой страх.

— Да, — ответила, голос почти не дрогнул.

— Тогда запомни раз и навсегда одну вещь, — голос моего будущего мужа был обманчиво тихим: — В этом доме все, слышишь, все подчиняются мне. Ты — моя, я тебя купил. И ты, дорогая, не смеешь мне перечить, тем более при слугах.

— Кейдж, но Тим ребенок, — я не смогла промолчать, а нужно было.

— Сколько раз просил тебя звать меня по имени. Для тебя я Тинан.

Промолчала и опустила глаза.

— Наша свадьба через неделю, а я до сих пор не рассмотрел тебя, как следует. Раздевайся, — приказал мой жених.

Вскинула голову и всмотрелась в его глаза. В них был непроницаемый лед. Он не шутил.

Мотнула головой.

— Не хочешь? — холодно осведомился Кейдж. — Тогда сейчас же прикажу высечь мальчишку. Он серьезно провинился, сломал драгоценный артефакт.

— Нет! Прошу тебя! — слезинка сорвалась с моих ресниц и покатилась вниз.

— Тогда искупи его вину своим послушанием, — усмехнулся мой жених.

Я вздохнула и начала расстегивать жакет.

Кейдж молча наблюдал за моими действиями, а я не смела поднять на него глаза.

Да, мы скоро станем супругами, но сейчас он готов был унизить меня, причинить боль. Видимо, рано я поверила в наши чувства. Их не было и нет.

Сняла жакет под тяжелым взглядом сенатора, кинула его на кровать, но не спешила продолжать.

— Дальше, — протянул Кейдж, сверкнув глазами.

Я чувствовала, как начинаю закипать. Страх постепенно схлынул, уступив место злости. Мне не надо было видеть, чтобы понять, моя кожа и волосы начинают искрить.

— Еще! — приказал Кейдж, и я, вздернув подбородок, рванула блузку так, что пуговицы разлетелись в разные стороны.

— Доволен? — спросила сквозь зубы.

— Нет, — он вскинул бровь, а я вспыхнула с новой силой и сняла блузку. На мне оставались еще юбка, нижняя сорочка и белье.

— Ты заставляешь меня ждать, дорогая.

— Я могу уйти, — отозвалась, опустив руки.

— Нет уж, ты наказана и отработаешь свое наказание, — Кейдж выжидательно сложил руки на груди.

Я потянулась к юбке и, расстегнув пуговки сзади, стянула ее вниз, откинула ногой.

— Дальше, — он опять меня поторапливал.

— Нет! Если хочешь, снимай сам, — огрызнулась я, глядя ему прямо в глаза. Лед в них потихоньку таял, но, очевидно, Кейдж решил довести дело до конца, хорошенько поиздевавшись над моим самолюбием.

— Хорошо, дорогая, как скажешь, — он подошел ко мне и протянул руку.

Медленно стянул сорочку с моего плеча, оглаживая искрящуюся кожу.

Я предвкушала, что моя сила оттолкнет его, ударит зарядом тока, но она стала ластиться к его руке, предательница. Он подчинил мою силу. И шаг за шагом подчинял меня.

— Хм, — довольно произнес Кейдж, проведя рукой по моему предплечью, снимая сорочку все ниже. Его крупная ладонь с длинными пальцами скользила за спадающей тканью, лаская мою кожу. Искры, гуляющие по всему телу, вдруг устремились к его руке, словно хотели спрятаться под ней.

Кейдж провел пальцами вдоль позвоночника и ниже, а меня стала бить крупная дрожь.

— Не надо, прошу, — внутри меня бушевал шторм, волны злости и разочарования сменялись волнами жидкого огня, который топил мою волю.

Я не хочу ему подчиняться! Во всяком случае не сегодня.

Кейдж позволил моей сорочке упасть, а сам заступил мне за спину. На этот раз я не стала поворачиваться, сгорая со стыда.

— Ты моя, Эйлин, ты должна подчиняться мне, своему господину, — вкрадчивый шепот и теплое дыхание на моей открытой под высокой прической шее. — Ты дерзкая, непослушная девчонка.

Он провел пальцами по моей шее, едва касаясь, а я закрыла глаза, не справляясь с эмоциями.

— Тебе в самом деле нужно, чтобы я слушалась, а не слушала тебя? — задала вопрос.

Рука Кейджа, идущая вверх по спине, замерла. А я, кажется, перестала дышать в ожидании его ответа. Мне было очень важно, чтобы он ответил.

— Одевайся, — вот и все, что сказал мой будущий муж и, пройдя мимо, вышел из комнаты.

Я опустилась на пол и дала волю слезам.

Не знаю, сколько так просидела, но в комнату заскочили Вики и Ники и начали суетиться вокруг меня. Помогли одеться и хотели отвести меня в комнату. Но я не собиралась прятаться там. Мне хотелось успокоить Глэдис и поговорить с Тимом. До сих пор перед глазами стояло его испуганное личико.

— Мы отведем вас, госпожа, — закивали девушки.

На кухне было непривычно тихо. Все были грустные и молчаливые.

Труди что-то перемешивала в небольшом котелке на плите, Руперт чистил картофель, а Харриет морковь.

— Где Глэдис? — спросила их.

— В комнате Тима, госпожа, — отозвался Руперт. Все они повернулись ко мне, но никто не улыбнулся.

— Не волнуйтесь, Тима не накажут, — подбодрила их.

— Благодарим, госпожа, — печально отозвалась кухарка.

— Тогда почему вы грустите? Все ведь обошлось? — спросила я, чувствуя неладное.

— Тим заболел, — отозвалась Харриет.

— Как заболел? — удивилась. — Совсем недавно он был здоров.

— Когда вы ушли с господином Кейджем, он упал без чувств и с тех пор не пришел в себя. У него сильный жар и… — Харриет замялась.

— И? — нетерпеливо поторопила ее.

— И черные пятна под кожей, — тихо закончила она.

— Не может быть! — воскликнула я. — Быстро веди меня к нему.

— Нет, госпожа! Вам нельзя к мальчику! — возразил Руперт.

— Я лучше знаю, что мне можно, а чего нельзя. Веди! — приказала.

Если это то, что я думаю, то только у меня есть шанс помочь мальчику.

К сожалению, шанс ничтожный.