Глава 23

— Это же за пределами Веалуна? — уточнила я, хотя ответ итак был, в общем-то, ясен.

— Час туда — час обратно, — не стал вилять ребёнок. — Но мне, правда, очень-очень нужна помощь.

— Мне очень жаль, кроха, но мне нельзя покидать Веалун, — развела я руками.

— Тебе, значит, нельзя, а Лею теперь заберут отступники! — воскликнула русалочка и тут же заоглядывалась по сторонам, не слышал ли кто.

— Кто такая Лея? — спросила я. — И кто такие отступники? И говори правду, я — магиня, я отличу правду от лжи!

Ребёнок вздохнул и принялся каяться.

Они с младшей сестрёнкой Леей, без разрешения взрослых, естественно, играли в Мёртвой долине. И Лея угодила в ловушку. Причём ловушку не простую, а магическую, такими пользуются отступники, чтобы ловить русалок.

— А кто такие отступники? Тоже русалки?

Моя собеседница, которая представилась как Кипер, наморщила нос.

— Бывшие, — буркнула она. — Они присягнули Ашуте — безумной богине морей и расставляют везде её статуи, которые дают им силу и магию. Они изгнаны из Веалуна.

— А зачем им вы?

— Не знаю, — покачала головой Кипер и всхлипнула.

Да уж, сдаётся мне, не так это и важно. Важно — что там, где-то, в этой Мёртвой долине напуганный ребёнок, который угодил в ловушку…

Оглянулась на носящихся за русалками девушек. Может, позвать кого на помощь? Что-то мне кажется, что вряд ли здесь пойдут за Селеной ди Грасс. Но попытка не пытка.

— Думаешь, мы тебе поверим? — фыркнула «креолка» в окружении группки «простых» девушек. Они бились в стайку, видимо, для удобства, и сейчас, судя по рисункам на песке, разрабатывали стратегии по поимке «хвостатых». — Выплыть с тобой из Веалуна? Вот уж спасибо!

Кипер, пока я пыталась достучаться до кого-то из «невест» кружила неподалёку, ещё и слово с меня взяла, что «взрослым ничего не скажу, а то ей влетит».

Примерно такими же ответами, как принцесса Чёрных Песков меня «порадовали» другие девушки. Мира, возможно, согласилась бы помочь, но её я сама спрашивать не стала. В её положении лучше не рисковать.

Да и не до меня было «невестам»: по Веалуну прошёл слух, что куда-то делась Хранительница Жемчужного Грота. И эта новость, конечно, всех опечалила, потому что Хранительницы, как известно, славятся своим упрямством, непредсказуемостью и своеобразным чувством юмора.

Ну а мне её пропажа была даже на руку: как раз пока мы с Кипер сплаваем за Леей, глядишь, и Хранительница отыщется…

Веалун мы покинули через тайный ход: пришлось долго продираться сквозь заросли водорослей, а затем плыть по узкому тоннелю с фосфоресцирующими стенками. Мне всё казалось, что они вот-вот сузятся так сильно, что я застряну, как Винни-Пух в кроличьей норе и спасать придётся уже меня…

Но потом как-то сразу на нас обрушилось открытое море, синее, бездонное и Кипер дёрнула меня за руку, увлекая за собой и не давая зазеваться.

Мимо проплыла стайка гигантских светящихся медуз — и мы шарахнулись в сторону, чтобы не обжечься. Затем оплывали на безопасном расстоянии мурену и ещё каких-то угрожающего вида морских жителей.

Мимо проносились разноцветные коралловые рифы и заброшенные постройки. Время, казалось, неслось с той же сумасшедшей скоростью, что и мы, потому что я оглянуться не успела, как Кипер сообщила, что мы уже на месте.

Своё название Мёртвая долина получила не случайно. Это оказалось кладбище затонувших кораблей.

— Когда-то, во времена правления Ашуты здесь была смертоносная воронка, которая утягивала корабли, — пояснила Кипер. — Потом драконы объединились с морским народом и сумели заточить Ашуту на морском дне и вызволить из рабства всех русалок и тритонов, которых она заполучила, используя свою безумную магию. Это было давно. Но сейчас всё чаще появляются недовольные союзом с «сухопутными», они считают, что при Ашуте было лучше. Они и расставляют везде её статуи и похищают русалок и тритонов.

— И вы с Леей, зная это, не нашли ничего лучше, кроме как отправиться на прогулку в Мёртвую долину? — хмыкнула я.

— Мы были осторожны! — насупился ребёнок.

Ну что сказать на это? Кипер и в самом деле осторожна, без неё за пределами Веалуна я не продержалась бы и пяти минут, а она, надо отдать ей должное, за километр чувствовала опасность и виртуозно избегала с ней встреч. Чего уж там, я и сама заразилась её азартом. Дети вообще часто ходят по краю пропасти, даже не подозревая, какой опасности подвергаются… Можно, конечно, прочитать ей нотацию… Но, сдаётся мне, с русалочкой это ни к чему не приведёт. Со своим уставом, как говорится, в чужой монастырь… Лучше сообщить Владыке о том, что не все среди морского народа довольны настоящим положением вещей, кто-то, вон, похоже, жаждет видеть у власти Ашуту, которая топила корабли и держала русалок в рабстве. Именно с этим надо бы разобраться. И тогда детям станет безопасно плавать и играть, где хотят…

— Вон! — показала Кипер, второй рукой сжимая на моё запястье. — Вон её статуя! Мы не подплывали близко…

Я проследила направление руки русалочки. Па первый взгляд, статуя как статуя. Полтора метра, из какого-то зеленоватого камня, изображает женщину с раковиной в волосах и трезубцем. Но чем больше я смотрела, тем сильнее холодело внутри, буквально покрываясь инеем от какого-то леденящего ужаса. Каким-то образом я поняла — если бы не мун, ничего бы не ощутила, быть может, повелась бы даже на «русалочье любопытство» и подплыла бы ближе, посмотреть…

— Поплыли отсюда, — тихо сказала я. — Показывай, где Лея.

Кипер кивнула и повлекла меня вперёд.

Обогнув два корабля и парусник с переломанной пополам бизань-мачтой, мы, наконец, увидели Лею.

Русалчонок сидел, обхватив ручками сложенный хвост в клетке, свитой из жёстких водорослей и таращил на нас глаза-блюдца.

— Кипер! — крикнула она. — Ты всё-таки вернулась!

— Вернулась, — важно ответила моя сопровождающая. — И даже привела помощь.

— Вы мне поможете? — жалобно пискнул ребёнок. — Я только заглянула внутрь, и крышка захлопнулась и вылезти обратно — никак…

Я подёргала крышку хлипкой на вид конструкции — и по пальцам будто побежал ледяной ток. Похоже, Кипер права: без магии тут не обошлось.

Но я, кажется, немного начала разбираться в природе этой загадочной «мун». Она активируется благодаря эмоциям, ключ к которым — что-то, что вызывает самые сильные из них.

В совпадения я не верю. За последние сутки мне дважды удалось прибегнуть к мун и каждый раз — после воспоминания о Владыке. Стоило признать (а врать самой себе глупо, хоть и очень хочется), что именно некто смугло-брюнетистый вызывает у меня самые сильные (и порой очень противоречивые) эмоции. А значит, если я хочу помочь этому русалчонку…

Я зажмурилась.

— Владар, — прошептала беззвучно, одними губами, продолжая дёргать крышку клетки.

И тут же ощутила, как ток, бегущий по пальцам, перестал быть ледяным, а стал тёплым и каким-то щекотным, что ли.

Крышка вроде как стала поддаваться. Рывок, ещё один… Ещё! И вот меня отбросило назад с оторванной крышкой в руках!

Освобождённый русалчонок выскочил из клетки со счастливым воплем.

— Поплыли обратно, — позвала я схватившихся за руки хвостатых девчонок и со мной никто не стал спорить.

Но стоило нам оплыть покосившийся фрегат, как сзади раздались грубые, неприятно рокочущие голоса.

— Вон они! Держи!

— А я говорил, подождём, они наверняка за своей вернутся!

Оглянувшись на секунду, я мельком успела увидеть существ, похожих на русалок, только с плавниками, растущими на плечах и по сторонам от бёдер, и вместо волос у них были плавники, похожие не шлемы и капюшоны кобры одновременно… словом, жуть. И ведь это я даже не присматривалась.

— Бежим! — крикнула я русалочкам, и мы понеслись вперёд.

Но когда дорогу нам преградило ещё двое таких существ, вынуждены были притормозить.

Я хотела было уже скомандовать «врассыпную!», когда увидела подплывающих с боков… Это был крах.

— Доплавались, рыбки? — отвратительно осклабился самый огромный из них, тот, что был ближе остальных.

Похоже, нас выслеживали и даже чувствительная и осторожная Кипер не заметила опасности.

Задвинув девчонок за спину, я приготовилась сражаться с этими отступниками, приверженцами Ашуты. Стоять за детей насмерть, до конца!

Конечно, я одна, а их много… Но у меня есть мун! Таких, как я здесь издревле боялись, считали ведьмами! Да в конце концов, только мы можем быть парой драконам! Таким, как Владар!

Взгляд случайно наткнулся на статую Ашуты, ту самую, что показывала Кипер, и я вспомнила, как русалочка говорила, что эти статуи дают отступникам магию и могущество.

Дальнейшее произошло как-то совсем быстро и неожиданно даже для меня самой.

Не вполне понимая, зачем я это делаю, но решив довериться инстинктам, как уже было с русалочьим телом, я вытянула обе руки по направлении к статуе и постаралась вложить в мысленный удар все свои эмоции на данный момент: страх за русалочек, за себя, злость на отступников, которые выслеживали, окружали и гнались за тремя беззащитными девушками…

И что-то произошло!

Из-под моих пальцев стали вылетать раскалённые стрелы, и, прошивая воду, бить в статую Ашуты!

И при третьем ударе она разлетелась вдребезги с оглушительным грохотом! И даже, кажется, с небольшим землетрясением! Потому что со дна столпом поднялся ил, забиваясь в глаза и ноздри, а ещё нам пришлось спешно выныривать из-под завалившегося набок парусника.

Зато когда грохотать перестало, а вода вновь стала прозрачной, оказалось, что отступники исчезли… Вместо них нас окружало несколько тритонов и русалок, которые жмурились, часто моргали глазами-блюдцами, трясли разноцветными головами.

— Где я?

— Как я здесь оказался?

— Это что, Мёртвая долина?

Я беспомощно оглянулась на Кипер, и русалочка объяснила:

— Спали чары Ашуты. Ты лишила её статую магии.

— Эм… Ну, хорошо, — у меня был шок, я, правда, не знала, что на такое сказать.

А потом Кипер вдруг схватила меня за руку. Крепко-крепко.

И пространство вокруг нас в тот же миг сгустилось, потемнело, закрутилось! Я даже понять ничего не успела, как спустя несколько мгновений мягко осела на перламутровый пол в огромном зале, с отделанными жемчугом стенами и без потолка.

Да это же тот самый Жемчужный Грот!

Кипер обещала показать его после того, как помогу ей…

Это благодаря чрезмерному всплеску мун я сюда перенеслась?

А где же девочки?! Неужели остались там?!

Последнее, что помню, как Кипер хватает меня за руку, и Лею она тоже держала, другой рукой…

Стоп. Если это и есть тот самый Грот, здесь должна быть Хранительница.

Я поднялась. Из разжатых пальцев что-то выскользнуло, покатилось по перламутровому полу. Я нагнулась и увидела жемчужину! Значит… Значит, Кипер — и есть та самая Хранительница Жемчужного Грота, которую искали по всему Веалуну. А она «исчезла», чтобы испытать меня… И, кажется, я прошла испытание…

Стоило поднять жемчужину с пола, как она исчезла, зато цепочка на шее чуть потяжелела. Я перевела взгляд и обнаружила, что в ложбинке красного лепестка лежит жемчужина.

Кажется, справилась…

Значит, можно возвращаться.

Но напоследок — вроде как время у меня есть, а Кипер явно будет испытывать остальных — немного поплаваю по Веалуну…

Я проплыла сквозь вереницу залов, стилизованных под гроты (или гротов, стилизованных под залы?) и оказалась у края той самой арены, правда, с другого бока, но всё равно узнала.

Я уже готова была плыть дальше, когда вдруг из небольшого грота слева раздался знакомый голос… Слишком уж знакомый…

— А я вам говорю — она самая опасная из ваших соперниц! Эта тварь самая могущественная колдунья из всех, кого я знаю!