Глава 12 Сердце в аренду

Мне предложили подняться на второй этаж, так как первый использовался только для приёмов и балов. Балов! Озеровы организовывали в своём, не побоюсь этого слова, домище, настоящие, модные в то время, вечера музыки и танцев. Если бы не знала, что здание является купеческим домом, то решила бы, что это какой-то музей или административная постройка. Очень уж оно напомнило мне советский Дом культуры. Хотя, если задуматься, то многие из них специально не строили, а размещали как раз-таки в бывших жилищах раскулаченных богачей. – Обождите здесь, пожалуйста. Молодой господин скоро будет, – всё та же служанка пригласила меня в другую приёмную и предложила принести чаю. – А какой у вас есть? – тут же оживилась я. Стало любопытно, какой сорт заваривают зажиточные торговцы и у кого покупают. Деловой интерес проснулся немного не вовремя. Девушка замялась, решая, как лучше ответить. – Индийский, само собой. Чай-то везде одинаковый. Или вы, может, хотите чего покрепче? – поинтересовалась она. – Чифира? – не поняла я. – Нет, спасибо. Давайте простого байхового. Только без сахара и с молоком. Большое спасибо. Чаи гонять я не собиралась, но раз уж предложили, то глоточек пригубить я бы не отказалась. Во рту пересохло от нервного напряжения. Служанка окинула меня удивлённым взглядом и ушла, а я принялась наматывать круги по комнате, не в состоянии просто сидеть и дожидаться Озерова, который, к слову, не спешил. Мне показалось, что прошла целая вечность, прежде чем дверь снова распахнулась, и в неё вошла всё та же девушка с подносом, на котором разместились стакан в подстаканнике, фарфоровая расписная чашечка на блюдце, пузатый чайничек с ароматным напитком и красивая склянка с повидлом. – А стакан для кого? – удивилась я. – Для меня, – услышала голос Озерова и вздрогнула. Николай вошёл в комнату следом за служанкой, одетый с иголочки в серый костюм-тройку, который отлично дополняла тёмно-бордовая рубашка. Смотрелось современно, богато, смело. Ни на ком ещё такого сочетания не приметила. Хотя много ли я за это время видела одетых по моде мужчин? – Евдокия Петровна, – поприветствовал меня лёгким кивком синеглазый. – Присаживайтесь, – указал на старинный диван (выглядевший, кстати, довольно-таки новым) в стиле рококо. Сел на него же, закинул ногу на ногу и выжидательно повернулся ко мне, сложив руки на груди. От мужчины приятно пахло одеколоном, он был гладко-выбрит и аккуратно причёсан. Не потому ли задержался, что марафет наводил? – Я, пожалуй, постою, – отказалась, представив, что мне придётся сидеть к нему практически вплотную. Служанка тем временем расставила на небольшом чайном столике перед своим хозяином все необходимое для чаепития, поклонилась и ушла. – Постояли бы вы в церкви, – дождавшись, пока за девушкой закроется дверь, съязвил Озеров. – Но мероприятие отменилось. Не по моей инициативе. Так что, будьте добры, сядьте, раз уж пришли. Командный тон Николая ясно дал понять, что мужчина злится и возражений терпеть не намерен. Набравшись духа, я всё-таки выполнила его просьбу. А он… спокойно взял заварочный чайник и принялся наливать тёмный отменно заваренный напиток мне, а следом и себе. – Ближе, – сказал, занимаясь повидлом. – Что? – Подвиньтесь ближе, – уточнил Озеров. Я нервно сглотнула, но переместилась. – Замечательно. А теперь откройте рот, – не приказал, а, скорее, попросил, синеглазый. – Николай Алексеевич, я пришла… – начала было я, но Озеров нагло меня прервал, приложив к моим губам указательный палец. – Ш-ш-ш-ш, – зашипел, качая головой. – Я не просил ничего говорить. Десертной ложечкой мужчина аккуратно зачерпнул немного повидла и поднёс его к моим губам. – Всё, как вы любите, Евдокия Петровна. Из сладких яблок с корицей, – слегка надавил мне на подбородок большим пальцем, вынуждая всё же открыть рот. Послушно проглотила предложенное мне довольно нестандартным способом угощение и зажмурилась от удовольствия. Повидло действительно оказалось очень вкусным. Я бы даже назвала его отменным. Сказать, что мне оно понравилось, – ничего не сказать. Если бы я могла время от времени лакомиться такой вкуснятиной, оно с лёгкостью стало бы моим фаворитом среди прочих. Немного повидла осталось на губах, поэтому пришлось их облизать. При этом от меня не укрылось то, как следил за моей реакцией Озеров. Лишний раз не моргая, скользил по моему лицу потемневшим взглядом. – А можно… – Ещё? – мне показалось, что у него даже голос сел, таким хриплым вышел этот вопрос. – Кхм, некрасиво наглеть, я же в гостях как-никак, – мне стало совестно, ведь я действительно хотела попросить добавки. – Наглейте. Разрешаю, – на выдохе ответил мужчина, не отрывая взгляда от моих губ. Я же решила воспользоваться моментом и ввернуть то, за чем, собственно, явилась. – Раз так, то… – голос задрожал, но я взяла себя в руки и продолжила: – Я, конечно, надеялась, увидеться с вашим отцом, но не вышло. Попрошу вас напрямую. Откажитесь, пожалуйста, от дуэли с Шевлягиным. Лёгкая довольная улыбка на лице Озерова стала доказательством того, что он заранее знал, зачем я пришла. – На ваше счастье глава семьи уехал и не вернётся до вечера. Не ищите встреч с ним и ни за что, слышите? Ни за что не говорите ему о наших с вами, кхм, общих делах. – пригрозил мне синеглазый. – Что же до дуэли: зачем мне это делать? Не вижу смысла отказываться, я ведь уже принял вызов, – Николай отложил ложечку и вальяжно откинулся на спинку дивана. – Дуэль состоится, Евдокия Петровна, этого не изменить. – Но! – Что но? Не вы ли спровоцировали паренька на такое поведение? Не верится мне, что он сам заявился ко мне с обвинениями в неподобающем поведении со знатной особой, дорогой его сердцу, и бросил в лицо перчатку. А вам? Озеров спокойно взял стакан в подстаканнике и…осушил его залпом. – Попробуйте, – предложил мне, кивая на чашку, к которой я так и не притронулась. – Из вашей лавки. Самый дорогой. – Спасибо, я не… Из моей? – не сдержала удивления я. – Конечно. Другого не держим. Вы уже забыли, что я теперь числюсь управляющим на вашей фабрике? Мой долг – поддерживать своего работодателя и арендодателя, прошу заметить. Было бы сущим кощунством заплатить вперед, чтобы просто всё развалить, – перешёл на более дружелюбный тон Николай. – Да как вы собрались меня поддерживать, если… – Если меня через три дня убьют? – одна его бровь взлетела вверх. – Не переживайте, на тот свет мне ещё рановато. Я неплохо стреляю и умирать не планирую. Хотя что это я? Вы же за офицеришку просить пришли? Хотите, чтобы я намеренно промахнулся? Он был прав. Именно за этим я и явилась. Дуэль нельзя было допускать, но раз уж отменить её было невозможно, нужно было убедить мужчин специально выстрелить в воздух. – Не выйдет, моя дорогая арендодательница. У меня, знаете ли, планы на эту жизнь. – Тогда, тогда… – не зная, как быть, я нервно сминала подол своего платья. – Успокойтесь. В вашем положении вредно нервничать, – Озеров напомнил мне о том, что я якобы беременна. – Кстати, ещё один повод не дать дуба на дуэли с белобрысым. Мой ребенок не останется безотцовщиной. – Да кто вам сказал, что он ваш? Мало ли с кем я спала? – не сдержалась я и, кажется, совершила большую ошибку. Озеров нахмурился, сжал кулаки так, что я услышала хруст. На его красивом лице заходили желваки. – Может, мне и не известно, сколько кавалеров у вас было. Но то, что ребенок мой, неоспоримо. И я не собираюсь больше это обсуждать, – процедил сквозь зубы синеглазый. – Равно как и стрелять в воздух на дуэли и подставлять своё сердце под пулю Шевлягина. Меня едва ли не трясло от негодования. Этот жуткий тип ни в какую не хотел идти мне на уступку. Идеи, одна бредовее другой, рождались в моём сознании и я тотчас же от них отмахивалась. – Сдайте мне его в аренду, – пытаясь успокоить разозлённого мной же мужчину, подвинулась ближе и положила ладонь ему на грудь. Сморозила полнейший бред. Просто озвучила одну из шальных мыслей, которую не успела засунуть куда подальше. Озеров замер, но меня не оттолкнул. – Что вы сказали? – на лице его застыло такое удивление, будто я сообщила ему, что земля плоская. – Я же арендовала вам часть фабрики. Вы внесли предоплату и помогли мне удержать производство на плаву. Поддерживаете мою чайную лавку, покупая чай. Можно сказать, бережете моё дело. Арендуйте мне своё сердце, и я озабочусь тем, чтобы Константин тоже выстрелил в воздух. “Боже мой! Что за бред я несу?” – думала я, ожидая, что Озеров поднимет меня на смех и выставит вон. – На какой срок? – вдруг спросил он совершенно серьёзно. – А? – Вы говорите об аренде. Частичной или полной? Уговор продействует до завершения дуэли? Чем собрались оплачивать? Я не заметила ни единого признака насмешки. Мужчина будто бы действительно собрался заключить со мной деловое соглашение. – П-п-олной. – Я, наконец, отняла руку от его горячей груди. Приятно было, конечно, касаться хорошо сложенного мужчины и ощущать под ладонью мощное тук-тук, но перебарщивать тоже не стоило. Сумела заинтересовать и получить надежду на то, что он не застрелит Константина – уже хорошо. – На трое суток. А платить… – я задумалась. Мне нечего было ему предложить. – У меня есть идея, но она вам не понравиться, – прервал бег моих мыслей Николай. – Я стеснена в средствах, поэтому согласна на всё, что не порочит мою честь, – призналась я, понимая, что несмотря на лавку и всё ещё работающую фабрику, сама бедна, как церковная мышь. – Порочит. Только мою. Но меня уже вызвали за это на дуэль, поэтому мне плевать, – ответил Озеров, резко подался вперёд, обхватил меня за затылок, фиксируя голову, и впился в губы собственническим горячим поцелуем.