Глава 52 Дима

— Умоляю, дай мне адрес Арины. Мне необходимо с ней поговорить, объяснить… рассеять это глупое, нелепое недоразумение. Настя, словно рентгеном, сканировала меня своим взглядом. Видимо взвешивая все за и против. Минута тянулась мучительно долго. — Только дай слово, что не расстроишь ее. Врачи категорически запретили ей нервничать. — Обещаю, — выпалил я, будто давал священную клятву. Она достала телефон, ее пальцы молниеносно забегали по экрану, и мгновение спустя я получил от нее сообщение с адресом. — Спасибо, — прошептал я, словно выдохнул последнюю надежду, и, прихрамывая, побрел к двери. Каждая секунда была на счету. Ехать нужно было сейчас. — Куда это ты намылился? — окликнул Чиж, преграждая мне путь. — Не строй из себя героя. В таком состоянии садиться за руль смерти подобно. Доедешь лишь, до первого столба. Ты только-только начал нормально передвигаться. А дорога предстоит неблизкая. Давай я сам поведу, раз уж тебе так не терпится сорваться с места. — Тогда, я с вами. Жуть как по Аришке соскучилась, — засуетилась Настя. Путь оказалась действительно не близким. Как вообще можно по собственной воли жить в такой глуши? Это ведь не жизнь, а существование вдали от цивилизации. Здесь вместо привычного городского шума, лишь заунывный вой ветра и стрекот кузнечиков. Да и дороги... их здесь нет от слова совсем. О чём Арина думала, поселившись в какой-то лачуге. Да ещё и беременная. Случись, что сюда даже скорая не приедет. Глухомань на краю света. Настя всю дорогу восхваляла здешние красоты, вызывая тем самым улыбку на нашем лице. Видно, у девчонок своя особенная связь с природой. Которую нам мужланам не понять. Чиж молча крутил баранку, сосредоточенно объезжая выбоины, которых, казалось, становилось только больше с каждым километром. Я же, вцепившись в ручку двери, старался удержать в себе нервное напряжение. Что я ей скажу? Как объясню? Смогу ли убедить, что всё это – чудовищная ошибка? Наконец впереди показался маленький деревянный домик с красной черепичной крышей и в тот самый момент навигатор оповещает, что маршрут закончен. «Вот значит, где обосновалась моя беглянка? Мило!» Выхожу из машины и подхожу к калитке. Тихонько открываю. Друзей попросил пока остаться. Нам нужно поговорить наедине. Прохожу внутрь, и ступая по тропинке, выложенной из камней по обе стороны, от которой находятся клумбы с цветами, оглядываюсь. Небольшой дворик, усеянный зеленью. Замечаю плетеное кресло-качалку на веранде и столик, на котором стоит недопитая чашка чая и раскрытая книга. «Значит, дома», — проносится в голове. Стук в дверь решаю отложить. Вместо этого обхожу дом и оказываюсь в небольшом саду. И тут я её вижу. Она стоит спиной ко мне, в легком летнем платье, и что-то увлеченно сажает в землю. Подходить не спешил. По пути сорвал веточку и играя ею во рту облокотился о стену стал просто наблюдать. Солнце играет в её волосах, заплетённых в небрежную косу. Кажется, она совсем не слышит. Или делает вид. Собрав волю в кулак, решаю заговорить. — И когда, ты собиралась, мне рассказать? — мягко озвучиваю свой вопрос, всё так же стоя на месте. От звука моего голоса, она резко выпрямляется, отложив лопатку и отряхнув руки от земли, поворачивается. Вздрагивает, увидев меня. В глазах — испуг, тут же сменяющиеся удивлением. — Соколов? Ты... как ты меня нашёл? — шепчет она, и этот тихий голос, такой знакомый и родной, пронзает меня насквозь. Я отбрасываю веточку и делаю шаг вперёд, облокачиваясь на трость. — Неважно. Главное я здесь и нам нужно серьёзно поговорить. — О чём говорить? Всё уже сказано, — наконец произносит она, отводя взгляд. — Ты сделал свой выбор. — Он мне не нужен. Я уверен в своих чувствах. В своей любви к тебе. Знаю, я совершил самую большую ошибку в своей жизни, прогнав тебя в тот день. И я пожалел об этом много раз. Мучался и страдал из-за своей глупой выходки. После операции у кровати я видел лишь силуэт, всё плыло от наркоза. Мне казалось. Нет я был уверен, что это ты. Боже, как я обрадовался в тот момент. Думал вот он шанс. Она дала мне его. Сама. Простила несмотря ни на что. Но очнувшись узнал… тебя не было. Тогда всё списал на обычные галлюцинации. Разыгравшуюся фантазию. Как оказалось, это была самая настоящая правда. Толька девушка, которой предназначались все слова, наблюдала со стороны. Извини, что не рассказал про Иру. Мне действительно казалось не значительным, и неважным. Не хотел даже грузить тебя этим. Подхожу ближе, хватаю её руки, смотрю прямо в глаза. Для меня существовала, существует и будет существовать лишь одна женщина. Та которая засела в моей голове, как заноза! Как любимая песня, которую крутят по радио нон-стоп! Та с которой я готов переживать всё: от мелкого дождика до бури и шторма! И знаешь почему? Потому что это – ТЫ! И я люблю тебя до чертиков! До луны и обратно! До последнего вздоха! И никакие силы этого не изменят! Но если ты разлюбила… Если я тебе больше не нужен, только скажи… Её глаза, полные слёз, метались по моему лицу, словно искали подвох. Я крепче сжал нежные руки, надеясь передать хоть толику той бури, что бушевала во мне. Тишина давила, и я уже готов был услышать самое страшное «нет», но она вдруг всхлипнула и опустила голову. — Как же ты не понимаешь, дурак, — прошептала она, вытирая слёзы тыльной стороной ладони. — Я ведь тоже страдала. Думаешь, мне легко было уйти? Видеть тебя с другой, зная, что ты мой? Это было невыносимо. Потом подняла взгляд, и в её глазах я увидел всю ту же любовь, что и раньше. Любовь, которая никуда не исчезла, несмотря на боль и обиду. Я притянул любимую к себе, утонул в родном запахе волос и почувствовал, как весь мир вокруг замер. Сейчас были только мы. И наша любовь. Такая сильная, что смогла пережить разлуку и непонимание. *** Мы бы так и остались стоять посреди огорода утопая в каскаде поцелуев, если бы тишину не разрезали приближающиеся шаги. — Кхм, кхм, — раздалось за спиной, — может, кто-нибудь соизволит объяснить, что тут происходит? Я отскочил от Арины, словно меня кипятком окатили, и резко обернулся. Передо мной, словно древнегреческая статуя гнева, скрестив руки на груди стояла её мать. Испепеляющий взгляд будущей тёщи не предвещал ничего хорошего. Рина словно опытный дипломат, бросилась разруливать ситуацию. — Дима, это моя мама, Алла Сергеевна. А это… Дима… мой жених и отец нашего будущего ребенка! Тут уж мой дар речи дал трещину и медленно посыпался на землю. Жених? Отец? Кажется, я только что выиграл в лотерею, сорвал джекпот и улетел в космос одновременно! В глубине души ликовал маленький чертёнок, восторженно хлопая в ладоши. Мои эмоции плескались через край, грозясь затопить весь огород вместе с гневной Аллой Сергеевной. Женщина чуть приоткрыла рот, словно хотела что-то возразить, но передумала. В её глазах промелькнула тень смятения, быстро сменившаяся привычной суровостью. Рина, не давая ей опомниться, подхватила меня под руку и, сияя улыбкой, потащила в сторону дома. — Мамочка, не переживай, мы все тебе сейчас объясним! К тому моменту, как закончился напряжённый разговор. В дом примчались Ромка и Настя. Чёрт! Я совсем забыл, что приехал не один. И застав нас за столом, хором заговорили.: — Кого фига Сокол? Мы там сидим в машине столько времени переживаем. А вы тут чаи распиваете. Ну знаете! — Как, вы тут? Откуда? — недоумевала Ланская, вскакивая со своего места. — Ты думаешь, я позволил бы этому горе любовнику, самому сесть за руль. Фигушки! — заявил Чиж. — Естественно, приехали вместе, но он запретил заходить. Велел дожидаться на улице. А мы если честно, очень устали. Я едва сдерживал смех. — Ребята, познакомьтесь, это моя мама, Алла Сергеевна! А это… мои друзья, Рома и Настя, без них я бы точно пропала! — прощебетала Ариша, словно ничего не произошло. Теща окинула новоприбывших оценивающим взглядом. Казалось, она сканирует их на предмет благонадежности и пригодности для общества. Ромка, как всегда, не растерялся и выдал свою фирменную улыбку. Настя же, более сдержанная, просто вежливо поздоровалась. Суровая женщина, кажется, немного оттаяла, хотя во взгляде по-прежнему читалось подозрение, смешанное с любопытством. Чета Чижовых, мгновенно оценив ситуацию, включились в игру, рассыпая комплименты хозяйке и наперебой восхищаясь уютным домом. Атмосфера постепенно разряжалась, уступая место неловкому, но всё же примирению. Уличив момент, мы незаметно ретировались на улицу, оставив маму Арины на растерзание Чижам. Зная их неугомонную энергию и, талант находить общий язык даже с кактусом, я был уверен, что к вечеру Алла Сергеевна будет плести им косички и рассказывать истории из детства Аришки. На крыльце меня ждала Ланская, сияющая как начищенный самовар. Присел рядом, обнял за плечи и нежно коснулся губами виска. В ответ любимая обвила мою талию руками, прижимаясь всем телом. — Как Светлана Владимировна? — заговорила она тихим голосом, нарушая тишину. — С ней все в порядке. Скоро позвонит, как только узнает, что свинтил с санатория, — усмехнулся, представив её реакцию. Возмутившись мои признанием, Арина начала отстранятся. — Ты что сбежал без спроса? Как, так можно Соколов? Совсем не думаешь о своем здоровье? — Думаю, — мягко ответил, проведя пальцем по ее щеке заглядывая в самую душу. Но в тот момент мои мысли были с тобой. Арина улыбнулась, и прижавшись ко мне еще крепче, она пробормотала: — Ну и дурак же ты, Соколов. Я только рассмеялся в ответ, уткнувшись носом в её волосы. Нарушая нашу идиллию, раздался громкий звук входящего вызова. Достаю телефон и взглянув на экран, демонстративно закатываю глаза к небу. — Легка на помине! Слушаю мама. — Сынок, где ты? Я приезжаю, а мне говорят, что ты ушёл! Ты хоть понимаешь, что творишь? — загремел голос в трубке, оглушая не только меня, но и Арину. — Мамуль, ну чего ты сразу кричишь? Все со мной в порядке, — пытался говорить, как можно спокойнее. Я просто… мне нужно было поговорить с Ариной. Повисла тишина, и я уже было подумал, что меня помиловали, как вдруг раздалось: — Арине привет передай! И скажи, чтобы берегла тебя, дурака! И это... тут Леонид хочет, тебе кое, что сказать. Не успеваю, ничего ответить, она передает трубку и раздается мужской бос. — Здравствуй Дима! Молчу. Я ещё не понимаю, как мне с ним общаться. Збруева похоже не смутило мое молчание, и он продолжил. — Я сделал, как ты сказал. Дождался полиции и передал этого мерзавца им. Но тут открылись некоторые обстоятельства! — Какие, еще обстоятельства? — Давыдов сообщил, что действовал не один. Ему помогала некая девушка. Ирина. Фамилию я не запомнил. — Ира? — удивленно произнёс, вставая на ноги. — Как эти двое связаны между собой? Я перевел взгляд на Ланскую, которая с интересом наблюдала за моей беседой, пытаясь понять, насколько серьезен разговор. — По его словам, они познакомились случайно. Разговорились и оказывается у них были общие интересы. Ты и Арина. — Её допросили? — Да. Потом отпустили под подписку. Девушка утверждает, что понятия не имела, о том, что Андрей будет покушаться на твою жизнь. Они договорились лишь, разлучить вас с Ариной. — Невероятно! — проговорил я в пустоту. — Ладно, спасибо, что сообщил. Нажимаю отбой. — Ты ничего не хочешь мне объяснить? — моя невеста возникла прямо передо мной. — Объяснить? Да тут объяснять - на три тома «Войны и мира» хватит, Ариш! — Я никуда не тороплюсь! Рассказал обо всем по порядку. Пытаясь не упустить ни одной детали. — Ни за что бы не поверила, что Андрей мог такое выкинуть. В голове не укладывается, как он вообще до этого додумался. Неужели правда надеялся меня так вернуть? Ну это же бред! Я ведь ушла не к кому-то, а от его вранья и предательства. А Ира… её так жалко в этой ситуации. Нет ничего хуже безответной любви. Но всё это теперь в прошлом. И знаешь что? Впервые я счастлива, от мысли, что Давыдов мне когда-то изменил. «Ведь благодаря ему я встретила тебя», —сказала Арина, обхватывая мое лицо нежными ладошками. — Раньше я думала, что после предательства жизнь кончена. Что больше никогда не смогу доверять, полюбить. А потом появилась ты. Так что, «Спасибо, Давыдов! Твой косяк обернулся моей удачей!» Самой любимой, самой желанной удачей! Арина притянула меня к себе и нежно поцеловала. В этот момент я понял, что все мои страхи, сомнения и обиды остались где-то далеко позади. Впереди – только мы, только наша любовь, только бесконечная радость и счастье!