Глава 9

– Какого звероящера?! Студентка Эйрин, вы с ума сошли?! Что вы делаете в моей спальне?

– Тс-с-с! – зашипела я на Натана. – Вы дурак так кричать? Хотите, чтоб ваш комендант прибежал прямо сюда? Даже вам, главе дисциплинарного комитета, не оправдаться, если в вашей спальне найдут девушку.

– Ха-а. Так что вы тут делаете?

– Ну-у-у, – протянула я, прежде чем честно ответить: – Глажу Амона.

Я и впрямь гладила очень послушного волка за ушком. Почему-то этот невероятно красивый и, несомненно, опасный фамильяр, был чрезмерно дружелюбным и добрым.

Натан посмотрел на меня, сидящую около его кровати, потом на Амона, который положил голову мне на колени, и сказал:

– Я сойду с ума.

– Не нужно.

– Да, я тоже думаю, что не нужно. Как ты вообще сюда проникла? И главное – зачем? – Натан бросил пиджак в сторону стула, промахнулся, выругался. И просто сел в кресло, глядя на меня.

Я заметила, что когда в Натане бурлили эмоции, он всегда переходил на ты. Амон повел ушами, встал и, ткнувшись мне в руку носом, исчез в воздухе.

– Чтобы поговорить.

– О чем? Если хочешь уговаривать меня промолчать, то, пожалуйста, не трать силы. Это бесполезно.

– Ты еще не знаешь, как я планирую уговаривать, – сказала я, вставая и садясь на кровать Натана.

Так буду поближе к нему и станет проще наблюдать за его эмоциями. Наблюдение за реакцией – ключ к успешным переговорам.

– Что бы ты ни планировала, пожалуйста, не нужно, – сказал Натан. – Послушай, оно того не стоит. Я все равно не воспользуюсь девушкой в беде.

Воспользуюсь? О. О!

– Я не в том смысле! – воскликнула я, чувствуя, как румянец заливает щеки.

И о чем он подумал? Ему не стыдно?! Ладно, стыдно должно быть мне как человеку, который завалился ночью в спальне к мужчине, восседал на его кровати и говорил вещи, которые можно было понять двусмысленно.

– Это хорошо. Эйрин, послушай. Если у тебя обычные силы, то ничего страшного не случится. А если ты владеешь чем-то опасным…

– Нет у меня никаких опасных сил! – перебила я его. – Я создатель заклинаний, Натан. И мне бы очень не хотелось, чтобы этот факт стал достоянием общественности.

– Создатель? С чего бы мне тебе верить?

Натан подозревал меня. Но это подозрение было не из тех, которым подвергаются преступники, а, скорее, то, из-за которого не могли поверить в свое везение.

– Хм, наверное, с того, что я так легко проникла в твою защищенную комнату. Ведь здесь стоят заклинания, способные защитить от любого мага. Любого, кроме создателя заклинаний.

– Неубедительно, – ухмыльнулся Натан.

Что ж, другого не следовало ожидать.

– Создай небольшое заклинаний. Например, искорку молнии. Ты ведь сможешь ее контролировать?

– Вот так? – Натан щелкнул пальцами и на кончике указательного забегала маленькая молния, похожая на юркую змейку.

Та-а-ак, посмотрим на структуру. Ага, вижу. Я встала с кровати, подошла к Натану и спросила:

– Шаровые молнии нравятся?

– Нравятся, – ухмыльнулся Натан.

– Это хорошо, – пробормотала я, коснувшись руки Натана, на которой было заклинание.

Маленькая искорка превратилась в круглый светящийся шар. Он повис над нашими соединенными руками – совсем небольшой, золотисто-голубой, с тонкими молниями внутри, которые вспыхивали и тут же гасли. Завораживающее зрелище. Рука Натана была теплой, приятно согревая мою холодную ладонь – я слишком нервничала.

Маленькая шаровая молния весело подпрыгивала в воздухе, обдавая искрами и вызывая легкое покалывание. И мы оба – и я, и Натан – оказались заворожены этим зрелищем. В какой-то момент я взглянула на Натана – и поняла, что он смотрит на меня. С каких пор? И почему так… странно? Не зло, без подозрений и без холода? Странное чувство возникло в груди и, испугавшись его, я резко выдернула свою ладонь.

Маленькая очаровательная молния исчезла, и я, подавив разочарование, сказала:

– Теперь веришь?

– Ты все заклинания так можешь изменять? – тихо спросил Натан.

Кажется, в его голосе было восхищение.

– Только небольшие. И еще могу подстраивать заклинания под конкретного мага. Но на это нужно время, я не смогу продемонстрировать этот навык так сразу.

– Потрясающе. Да, я тебе верю.

– Тогда…

– Но если ты считаешь, что безопасность твоей силы убедит меня молчать, то ошибаешься, – сказал Натан, не дав мне договорить. Твоя сила может принести много пользы, особенно, если тебя будут обучать правильно, а не так, как учат сейчас на твоем факультете.

Что ж, я и не думала, что такой правильный Натан пойдет мне навстречу.

– Нет, я не думаю, что это аргумент для твоего молчания, – сказала я, чуть улыбнувшись – почему просто нельзя оставить меня в покое? – У меня есть другой. Очень убедительный.

– И какой же?

– И я могу помочь твоему брату.

– Ты о чем?

– О том, что в обмен на твое молчание я создам дополнительный круг призыва для твоего брата, который поможет ему призвать родового фамильяра.

– Откуда… – начал Натан, но сразу же замолчал.

Закрыл лицо руками, растер и посмотрел на меня уже совершенно иным взглядом – не таким растерянным и одновременно взбудораженным, а спокойным.

– Я опущу тот вопрос, откуда ты знаешь о проблеме моего брата. Лучше скажи мне, что мне мешает сначала рассказать о твоем даре учителям, а потом сделать официальный запрос на создание круга призыва?

– Много чего, – ухмыльнулась я. – Во-первых, пока я студентка, я могу не принимать заказы. Вообще ни одного. И это мое право. Во-вторых, я могу выбирать. Скажи мне, пожалуйста, Натан, что заставляет тебя думать, что я приму заказ твоего брата? Неужели в твоих глазах я настолько великодушна, что пойду навстречу тому человеку, который испортит мне жизнь в академии? Если ты это сделаешь, то перечеркнешь будущее своего брата. Точнее, не так. Ты отберешь у него единственную возможность почувствовать себя сильным не когда-то позже, потом, а прямо сейчас.

Натан посмотрел на меня – и я смело встретила его взгляд, надеясь, что он не прочитает никаких лишних эмоций. Не поймет, что даже если он сейчас скажет «нет», я все равно не уверена, что смогу отказаться помочь Эрику.

- Это шантаж. А я ненавижу шантажистов.

- Это договор, – возразила я. – На взаимовыгодных условиях. Но если тебе хочется, конечно, ты можешь меня ненавидеть. Главное, что Амону я нравлюсь.

Явно услышав свое имя, Амон появился посреди комнаты. Подошел к хозяину, лизнул его руку, а после потрусил в мою сторону.

– Ты его не приворожила случайно?

– Нет. Просто у твоего фамильяра прекрасное чутье и хороший вкус, – дерзко сказала я, поглаживая волка по голове.

Я никогда особо не завидовала тем, кто может призывать фамильяров. В конце концов, мой дар ничуть не хуже. Но сейчас… сейчас я бы многое отдала, чтобы рядом со мной был такой великолепный компаньон, как Амон.

– Так что? – спросила я. – Договор?

– Хорошо, Эйрин. Пусть так и будет. Я согласен на эту сделку. Но если у меня возникнут сомнения в том, что твоя сила безопасна, этот договор я разорву.

Я кивнула. В честности Натана сомневаться не хотелось.

– Я рада, что ты согласился, – сказала я. – И я рада, что ты такой человек.

Последнее вырвалось само собой.

– О чем ты? – Натан нахмурился.

– У тебя ведь тоже были проблемы с призывом? И странствующий маг Эмбер, который, скорее всего, был создателем заклинаний, помог тебе. Создал вспомогательный круг призыва. Было бы очень эгоистично лишать своего брата такого же шанса.

– Думаешь, у моего брата та же проблема, что и у меня?

– Уверена. Совсем недавно я исследовала проблемы, связанные с призывом фамильяров. И поняла, что многие наследные фамильяры призываются чуть иначе, – сказала я, почесав Амона за ушком. – Как будто классические варианты призыва для них не подходят.

– Верно, – внезапно сказал Натан. – Ты полностью права. Наследственные фамильяры – особенные. Когда-то кто-то из наших предков заключил договор с каким-то родом фамильяров. И теперь мы связаны кровью и магией. Тонкими нитями, которые не видны, но влияют на призыв. Перебить такую связь тяжело: либо наследственный фамильяр должен оказаться неподходящим тебе, либо какой-то другой должен быть чрезмерно подходящим.

Я с интересом слушала Натана. Кто бы знал, что он такая кладезь информации. Изучал это, когда сам не мог призвать фамильяра, да?

– Но даже этого не хватает для призыва.

– Да. Потому что призыв – это ритуал старый, имеющий свои особенности. И эти особенности распознают наследственные фамильяры. А мы, их призыватели, их не видим. И получается, что фамильяр ждет, чувствует нас, но не видит того самого маяка, который приведет его к нам. И в то же время не дает связать с другими фамильярами. Из-за этого и возникают проблемы. По крайней мере, учитель Эмбер так объяснял.

– Я так и думала, – кивнула я.

– Радует, что ты понимаешь принцип. Но как ты сама будешь корректировать заклинание? Амон – один из наших известных наследственных фамильяров. И в одной из книг мы с Эмбером нашли полуповрежденный круг призыва, на основании которого и был составлен вспомогательный. Однако больше никаких других сведений о фамильярах нет. Никаких кругов, никаких подсказок, чтобы восстановить информацию.

– Я буду действовать иначе. Я хочу увидеть заклинание, посмотреть его структуру и понять, в какой момент происходит обрыв. И в зависимости от того, в каком месте произошел сбой, как он проходил и какие формы заклинания распались первыми, я найду ошибку в классическом круге призыва и создам вспомогательный, который эту ошибку исправит.

– Ты… видишь заклинания?

– Да, вижу.

– И зачем скрывать такой потрясающий талант?

– Ты не поймешь, – ответила я, грустно улыбнувшись.