Глава 5

– Мне нужно с тобой серьезно поговорить, – царственно промолвила мама, присаживаясь на кресло. Я устало вздохнула, чувствуя, что ничего хорошего данная беседа не принесет. Если меня сейчас попросят еще ради чего-нибудь притвориться Евой, я просто психану и уеду в город. И неважно, что на меня смертельно обидятся. Ева поймет, а мнение остальных довольно переменчиво. Идеально хорошей мне все равно не быть, но я почему-то раз за разом вновь пытаюсь ею стать. – Я тебя слушаю, – спокойно ответила я, стараясь не показывать своих эмоций. Что еще могло случиться за эти несчастные пару часов, что меня не было? Все ведь хорошо? – Это я тебя слушаю, – вдруг перевела стрелки Ариадна Витольевна. – Скажи, пожалуйста, почему я нашла это в твоем шкафу? – и она, пройдя к гардеробу, двумя пальцами вытащила пиджак Князева, а затем мою порванную юбку. Та-ак. Я почувствовала, как у меня екнуло сердце. Если мама узнала, кому принадлежит находка, меня ждет очень неприятный разговор. Едва ли она поверит в ту невероятную историю с котенком. Нет, она не будет устраивать скандал, не наговорит всякой ерунды Еве. Но начнет долго и усиленно меня пилить. К такому развитию событий я не готова. – Встречный вопрос, мама, – я все-таки оставалась юристом до мозга костей и не могла позволить на себя нападать. – Что в моем шкафу делала ты? Удивительное дело, но после моего вопроса она слегка смутилась, опустила глаза, а потом призналась: – Я искала там шляпку. Остановите землю, я сойду! – Какую еще шляпу, мама? – устало потерла переносицу я. Господи, сколько же событий произошло за этот день. Это слишком даже для меня. – У тебя что, гардероб в другой мир провалился? – Не надо так со мной разговаривать, – оскорблено взвилась родительница. – Я искала шляпку, в которой ты была на девичнике у этой твоей Наташи. Я подумала, было бы здорово нарядить в нее маленькую Сонечку. Сонечка – наша родственница, которая должна во время церемонии поднести коробочку с кольцами. Ей всего пять лет, и она такой ангелочек, что ее так и хочется затискать. – Мама, опомнись! Она же темно-бордового цвета! – Но она с вуалью, – возразила родительница. – И маленькая. На Сонечке должна хорошо смотреться. На девичнике моей университетской подруги Наташи мы действительно надевали крошечные шляпки с вуалями. Свою я подбирала в цвет платья – темно-бордового. Да, эти шляпки миленькие, стильные, но наряжать в такую маленького ангелочка в разгар свадьбы? Она б еще рожки ей додумалась надеть! – Поговори об этом с Евой, – спихнула всю ответственность за разъяснение бредовости идеи на сестру, – но неужели нельзя было позвонить и спросить? – Ты не отвечала, – обиженно поджала губы Ариадна Витольдовна. – Я твоя мать, неужели я не могу иногда заглянуть в твою комнату? Так что это такое, Янина? – Пиджак, – невозмутимо пожала плечами я. – Кит забыл, когда мы как-то заезжали на дачу. – А юбка? – продолжала допрос она. – Неужели ты…вы с ним… – она помолчала, пытаясь подобрать слова. Мама – натура утонченная, некоторые вопросы ей крайне сложно произнести вслух. Но не про себя. – Окстись, мама, – устало произнесла я. – Я просто напоролась на штырь. Такое бывает, представь себе. И порвала. – Ты не поранилась? – обеспокоенно спросила она, включая режим наседки. – Нужно быть осторожнее. – Нет, все хорошо, – я улыбнулась. Я люблю маму, честно. Но мне иногда крайне сложно уследить за сменой ее образов. Она настолько вжилась в свои роли, что порою и в повседневной жизни играла. – Ну хорошо, – она вздохнула. – Только, пожалуйста, будь осторожнее с Никитой. Он, конечно, хороший мальчик. Но такие, как он, нередко разбивают сердца. – Не волнуйся, мне это не грозит, – поспешила уверить я. – А Кит – просто друг. Очень хороший и верный товарищ, который всегда на моей стороне. – И все равно, не забывайся, девочка моя, – она поцеловала меня и убежала дальше по делам. А я, выругавшись, рухнула на кровать. Слава богу, что родительница либо не видела, либо забыла, в каком виде с утра расхаживал Денис. Вроде удалось притупить ее бдительность. И оставалась лишь одна проблема. Вернуть Князеву его вещи так, чтобы никто ничего не заподозрил, а мама не узнала «забытый пиджак Кита». Почему-то после маминого ухода стало немного грустно. Наверное, все просто навалилось. Возможно, мне действительно не стоило сюда приезжать так рано. Вот только меня так просили, и отказать было сложно. И я забыла, чем это может быть чревато. Или просто переоценила саму себя. Но что придется вот так вот обманывать, я даже не представляла. Моя мама, конечно, была личностью исключительной, творческой. И лазанье по деревьям привело бы ее в ужас. Да и сама ситуация со стороны казалась не самой приличной – чужой мужской пиджак и моя порванная юбка. Можно сколько угодно рассказывать про котенка, но доля сомнения всегда останется. Но была еще одна причина – я просто не хотела, чтобы мое имя связывали с Денисом Князевым. Пусть о нем не думают никак иначе, чем о женихе моей сестры. Телефон звякнул, сообщая о пришедшем смс-сообщении. Взяв его в руки, я прочитала: «Тебя совсем задрали, и ты уже мечтаешь оттуда сбежать?» Кит. Каким-то чудесным образом, он, находясь так далеко, почувствовал мое настроение и написал. Впрочем, ничего удивительного, он же видел, с кем я приехала. «Пока держусь, но все очень сложно. Кстати, имей ввиду, ты забыл у меня на даче свой пиджак», – решила я поставить друга в известность до того, как мама при случайной встрече ему это припомнит. А она припомнит. И кто бы сомневался, что этот кот не упустит возможности меня подстебать. «Какой еще пиджак, женщина? Я от твоей дачи шарахаюсь, как черт от ладана. Погоди, погоди. Ты что там, развратом занималась? И без меня? И тебя застукали?» Простонав, я прикрыла лицо рукой. Ну да, конечно. В этом весь Кит. Даже если ему рассказать всю историю с котенком, он хоть и поверит в нее, но припоминать мне будет долго. «Кит! Это пиджак Князева!» «Еще интереснее. Ничего не хочешь сказать мне, крошка?» Закатила глаза. Вот вредина! Хочу-не хочу, в любом случае не буду. Поэтому просто написала: «Нет!» Примиряющий ответ пришел быстро. Друг решил все-таки не углубляться в детали, почувствовав, что я уже нахожусь на грани: «Ладно, потом расскажешь. В общем, держись. Никого не убей. Я, конечно, смогу тебя вытащить из тюрьмы, если что, но это будет сложно». Он может вытащить меня откуда угодно. Это я знала точно. Вопрос только в том, куда я сама себя на этот раз могу загнать. Так, Янка, давай, приходи в себя. За один день слишком много эмоций. «Люблю тебя, Кит». Слова шли из глубины души. Я просто не могла их сейчас не сказать. А теперь минутка нытья закончена. Надо собраться, улыбнуться и пойти по миру с гордым видом. Я же сильная, независимая, справлюсь. В задумчивости подошла к зеркалу. Оттуда отражалась даже не я – Евка. В романтичном платьишке, с кудряшками. Сходство было настолько потрясающим, что я моргнула, пытаясь прогнать это ощущение. Решительно стерла помаду сестры с губ, убрала макияж, заколола волосы в пучок. Затем пришел черед платья – оно полетело на кровать, чтобы смениться шортами и легкой блузкой. Вот и вернулась хулиганка Воронцова, которая то и дело прячется за деловыми костюмами. Давненько я ее уже не видела. Улыбнувшись, я подмигнула своему отражению. И решила расправиться со всеми долгами сегодня. Выглянув в коридор, я оглядела пустое пространство. Вроде никого. Голос мамы раздавался внизу, там же слышался и негромкий баритон отца. Отлично. Оставалось лишь надеяться, что Денис сейчас спокойно находится в своей комнате. Но попытка не пытка. Я твердо намеревалась отдать пиджак как можно скорее. Ну так, на всякий случай. А то мне очень не нравится сложившаяся тенденция. И кто бы сомневался, что через минуту я наткнулась в коридоре на укоряющий взгляд маминого корги. Рич смотрел на меня так, словно осознавал, что я собираюсь совершить очередную глупость и пытался меня отговорить. Невольно вспомнила, как щенок скулил, когда я вернулась с порванной юбкой. Наклонившись, я погладила его по шерстке, а потом, крепко взяв за ошейник и посмотрев негоднику в глаза, твердо прошептала: – Даже не думай меня сейчас сдавать, понял? Иначе я тебя не прощу. Пес склонил голову, а потом – я готова была поклясться – кивнул. Так, словно действительно понял. Что ж, остается писать надежды. Главное, чтобы не ложные. Собраться с мыслями и постучаться в дверь комнаты сестры, где поселился и Дэн, было непросто. Но она распахнулась так быстро, словно Князев стоял рядом и только ждал, когда я постучу. Хотя при виде меня он откровенно удивился: – Ты?! Проходи. Забавно, ему каким-то образом всегда удавалось нас различать. Впрочем, сейчас нет времени вдаваться в такие подробности. Я решительно шагнула в комнату и прикрыла дверь. И только потом протянула ему пиджак. – Вот, возьми. И еще раз спасибо тебе за помощь. Так, а теперь мне, кажется, предстояло самое сложное. – Не за что, – усмехнулся Князев. – Ты сполна меня отблагодарила столь увлекательным зрелищем. Я мысленно досчитала до десяти. Нужно собраться и вспомнить о том, что мне ни в коем случае нельзя убивать жениха сестры. И не только помнить, но и не делать этого. – Рада, что удалось тебя развлечь, – довольно ядовито ответила вслух. – Кстати, у меня будет к тебе небольшая просьба. Так сказать, в отместку за то, что я ненадолго притворилась Евой. – Да что ты? – он откровенно развеселился, явно желая меня разозлить. – Это было нужно не столько мне, сколько твоей сестре. Так что не считается. Попробуй построить разговор по-другому. Очень хотелось топнуть ногой, послать его к чертовой матери, развернуться и уйти. Но я не могла. С него вполне станется надеть пиджак, и мне потом в очередной раз придется объяснять все любимой матушке. Хотя бы то, зачем я ей наврала о том, кому пиджак принадлежит, если все действительно так невинно. Так, ладно. Вдох-выдох. Я справлюсь. – Князев, давай поговорим с тобой как нормальные люди? – устало и как-то даже жалобно попросила вслух. – Мы же умеем это делать. – Вот как? – неподдельно удивился он. – Судя по твоему поведению, ты об этом совершенно забыла. – Денис, – его имя прозвучало непривычно мягко и спокойно. – Не начинай, ладно? Я амнезией не страдаю, правда. Но и вспоминать некоторые моменты не имеет смысла. – Ну да, конечно, – его губы скривились в ухмылке, но развивать эту тему и дальше Денис, на мое счастье, не стал. – Что ты хотела, Яна? – Ничего особенно, – я выдавила улыбку, чувствуя себя крайне неловко. – Можешь в ближайшую неделю не надевать этот пиджак? Если тебе несложно. Моя просьба вызвала у него, мягко говоря, удивление. Он зачем-то шагнул ко мне и, коснувшись горячими пальцами моего подбородка, заставил посмотреть себе в глаза. От этого неловкого прикосновения я невольно вздрогнула и едва сдержалась, чтобы не отступить на шаг. – А что такое? – вкрадчивым голосом уточнил Денис, заставив меня опустить глаза. Давненько я уже я не чувствовала себя полной идиоткой. Хотя, о чем это я? Только сегодня с утра было. Для одного дня многовато, не находите? А что я, собственно говоря, оправдываюсь?! Эта мысль заставила меня разозлиться и, отступив на шаг, гордо вскинуть в подбородок и ядовито проговорить: – Видишь ли, твой пиджак умудрилась найти в моей комнате твоя будущая теща. И я, чтобы спасти твою репутацию от грязных подозрения, сообщила, что он принадлежит Киту. А наметанный глаз моей дорогой мамочки тебе известен. Так что, сам понимаешь, в твоих же интересах не попадаться ей на глаза, чтобы сберечь свою безупречную репутацию жениха Евы Воронцовой. Вроде бы я все сказала верно и максимально доступно. Зачем же ржать так, что даже Рич отозвался негромким лаем с другой стороны коридора? Машинально подавшись вперед, я резко закрыла ему рот ладонью: – Да тихо ты, Князев! – недовольно прошипела. – Что такого веселого ты в этом нашел? И что, ты хочешь, чтобы сейчас сюда весь дом сбежался посмотреть, что за смешинка тебе в рот попала? Встретилась с его взглядом и отступила, испугавшись собственного порыва. Ладно, хорошо хоть ржать перестал. А то я уже начинаю чувствовать себя персональным клоуном Дениса Князева. А устраиваться на подобную не самую почетную должность я не собираюсь. Даже если этот гад решит мне приплачивать. – Хочешь сказать, в этом нет ничего забавного? – ухмыльнулся Дэн, внимательно глядя на меня. – Особенно то, насколько красиво ты это выдаешь. Спасаешь мою репутацию, да? Или свою? Тебе не кажется, что мы уже начали завираться, Яна? Ты шарахаешься от собственной тени, выдумываешь проблемы на ровном месте. Что, прошлое не дает покоя? Казалось, его насмешливый голос был повсюду. Он проникал в сознание, в душу, сердце. Он заставлял вздрагивать и шарахаться от него. Подначивал взять что-нибудь тяжелое и стукнуть его. Но я сдержалась, оставшись стоять на месте и даже не отведя глаз. – Глупости не говори, жених моей сестры, – довольно сухо проговорила я. – Нам нечего вспоминать, правда? – А если я скажу: «нет»? – вкрадчиво поинтересовался он, явно испытывая мое терпение. Моя рука невольно дернулась, но я себя остановила. Снова выдохнула. Выдыхай, Яна, выдыхай. Ему же нравится выводить тебя из себя. Нравится бесить. Зачем доставлять такое удовольствие? – Князев, не забывайся, – напомнила я. – Это тебе ничего не будет стоить, и ты это знаешь. А окружающим будет так спокойнее, ты сам это знаешь. Давай не будем начинать? Я просила – сейчас действительно просила. Без угроз, без насмешек, без лживых мотивов. И он это понимал. Посмотрел на меня на удивление серьезным взглядом и сказал: – Хорошо, Яна. Но почему опять этот твой Кит? Что, другого мужика не могла вспомнить? – Ну а зачем? – я пожала плечами, наконец обретая прежнюю уверенность. Я подозревала, что уговорить Дениса будет непросто. Даже не сомневалась в этом. Так что я еще легко отделалась, можно выдыхать. – Он все-таки мой будущий муж, и мама точно не удивится. Моя притворно-мечтательная улыбка, кажется, совершенно не понравилась собеседнику. Но это уже были не мои проблемы. Не любит он Никиту Косинского – что ж, пусть делает с этими чувствами, что хочет. На мое отношение к Киту это не повлияет ни капли. Я не стала дожидаться его ответа. Невозмутимо похлопала Дениса по плечу, словно намекая, что ему нужно смириться. И никакого другого выхода у него нет и не будет. Но Князев не был бы собой, если бы не окликнул меня практически у дверей: – Воронцова! Я обернулась. Знала, что делать этого не стоит, и все равно обернулась: – Чего тебе, Князев? – и фирменную улыбочку школьной хулиганки Яны добавила. Кажется, не подействовало. Потому что он так и продолжил улыбаться и неожиданно попросил: – Себе-то не ври, ладно? Я откровенно растерялась от его слов. Но всего на мгновение. Мои руки отреагировали быстрее меня. Пальцы сложились в не самую приличную фигуру и я, улыбаясь, сунула ее под нос нахалу. – Думаю, комментарии будут излишни, правда, Князев? Дожидаться ответа не стала. Развернулась и ушла, едва не хлопнув дверью. Буквально в последнюю минуту вспомнила, что не стоит привлекать внимание окружающих и тихонько прикрыла. А за порогом меня ждал Рич, склонивший голову набок. – Ты меня ждешь, лапуля? – наклонившись, я потрепала его по холке. – Спасать планируешь? Ничего, и сама справлюсь. Идем, я лучше тебя почешу и покормлю. Получишь свою порцию ласки, ты заслужил. В ответ Рич тут же перевернулся на спинку, подставляя живот и намекая: «Чеши меня, смертная, ты для того и создана». Не сдержавшись, я рассмеялась и почувствовала, как напряжение начинает меня отпускать. Сегодня и правда был слишком длинный и насыщенный день.