Глава 37. Геннадий
Глава 37. Геннадий
Стоя в душе под горячей струёй воды, полчаса, а может, больше, Геннадий пытался понять, что делать дальше. Мысли, как встревоженные пчёлы, метались беспорядочным роем, обрывочные, странные, не помогающие ему, лишь сбивающие с толку. Неужели Арсений его сын? Так не бывает, нет… Он бы почувствовал, этот парень столько дней с ним рядом… Сын… Может ли это быть правдой? Сомнительно, но такие совпадения в дате рождения бывают раз на миллион… А вроде похож на Татьяну. Или нет?
Устав от бестолковых, словно сорвавшихся с поводка мыслей, Геннадий уселся на дно ванны. Вода хлестала по плечам, по голове, будто наказывала за беспомощность. Наконец, одна мысль определилась в сознании: он должен сделать анализ, кажется, сейчас это возможно. Да, анализ ДНК, который подтвердит или опровергнет родство.
Сразу стало легче, и сердце забилось ровнее. Вот так, немного здравого смысла, и уже виден свет в конце тоннеля. Геннадий выбрался из ванны, решив, что немедленно должен всё рассказать жене. Её это касается в первую очередь, Арсений, хоть и приёмный, всё ж её сын… Вдвоём они сообразят, что делать дальше.
Он расскажет. Легко сказать… Геннадий сидел за обеденным столом и думал, с чего начать разговор. «Начни с главного, – шепнул внутренний голос. – И начни уже…»
– Алевтина, – он повернулся к жене, стоявшей у плиты, – тут такое дело… Ты присядь, присядь…
– Что, Гена? Не пугай, – она нахмурилась, предчувствуя неприятности. Подошла, села рядом, выпрямив спину. – Случилось что?
– История долгая и мало похожая на правду. Я, дурак, не рассказал тебе вовремя... В общем, перед смертью моя бывшая, Ксения, сказала, что у меня есть сын. Сын, понимаешь? Я так хотел сына… – он горестно вздохнул.
– Гена, говори яснее. Не понимаю, ты не знал о его существовании, что ли? Как так?
Ещё раз вздохнув, Геннадий рассказал ей о встрече в больнице с умирающей женой. Рассказал один в один, слово в слово, то страшное признание он будет помнить до конца дней своих.
Ахнув, Алевтина вскочила со стула.
– Нет... Не может нормальная женщина так поступить! – Она до хруста сжала сцепленные руки. – Это ж каким чудовищем надо быть, чтоб эдакое придумать?!
– Я не знал, верить ли, но ведь перед смертью не обманывают… Начал искать, а как? Ни имени, ни фамилии… Познакомился с женщиной, что в роддоме работает, – он потупил взгляд, потом взглянул исподлобья. – Только для этого познакомился… Прости… Но не помогла она… – Решившись сказать главное, Геннадий протянул к ней руку, вложил Алевтинину ладонь в свою. – Знаешь, а Татьяна и Арсений в один день родились… Вот я и подумал…
– Гена, мне не нравится, что ты подумал, – заволновалась Алевтина. – Мало ли в жизни странных совпадений. Сотни людей родились в один день, и что?
Задумавшись, она прошлась, остановилась у окна. Если б Геннадий знал, как мысль за мыслью, догадка за догадкой одна за другой цеплялись в голове её, как страшное озарение вдруг охватило её всю, сжало сердце ледяной коркой. И кажется, демоны в её душе подняли головы… Если б знал, как часто Алевтина думала о тех двоих, что дали жизнь её сыну, как боялась, что они найдутся и отнимут у неё Арсения. Белый лист и имя сына, написанное рукой Дарины – только теперь она поняла, что это значит. Что делать, что делать? Алевтина смотрела в тёмную даль, на беззаботные снежинки, прилепившиеся к окну, искала ответ…
– Я думаю, надо анализ сделать, ДНК, знаешь такой? – Геннадий подошёл, поднял руки, чтоб положить ей на плечи и не посмел. – Ты поможешь мне?
Алевтина кивнула, бездумно, машинально. Ей надо время всё обдумать и повернуть ситуацию так, чтоб не навредить Арсению. Подумать… Похвальное намерение. Да, именно так. И верить, что тогда всё встанет на свои места.