Глава 19

Маша вышла из клиники поздно вечером, когда над городом уже сгустились густые сумерки. Фонари вдоль парковки мерцали тусклым желтым светом, бросая тени на асфальт. Она шла медленно, чувствуя, как усталость наваливается свинцовой тяжестью на плечи.

Слишком насыщенный день. Операция, экскурсия, встреча с Ростиславом, которая перевернула все с ног на голову. Голова гудела, в висках пульсировала тупая боль, хотелось только одного — добраться до дома, рухнуть в кровать и забыться.

Она дошла до своей машины, нащупала в кармане ключи — и в этот момент прямо перед ней резко затормозил черный внедорожник. Огромный, непристойно дорогой, с тонированными стеклами.

Маша застыла, сжимая ключи в руке.

Опустилось стекло задней двери. Конечно же это Ростислав, а Маша уж было подумала, что у него прояснилось сознание и он не доставит ей неудобств.

Он сидел на заднем сиденье, развалившись в кресле, в той же одежде, словно с обеда ее здесь ждал.

Маша хмыкнула, скрестив руки на груди, и с язвительностью спросила:

— Весь день меня здесь поджидали? Не устали?

Ростислав рассмеялся.

— Такой ты мне больше нравишься, — сказал он, наклоняясь к окну. — Дерзкой, с огоньком. И разве мы не перешли на «ты» давным-давно?

Он сделал паузу, скользнул по ней оценивающим взглядом.

— Ты мое тело вдоль и поперек наверняка успела изучить, — добавил он с усмешкой. — Так к чему формальности?

Маша почувствовала, как жгучая, предательская краска заливает щеки. Она сжала челюсти, отводя взгляд. Он словно читал самые потаенные уголки ее сознания. Она действительно, когда зашивала его рану, невольно заценила его крепкие, скульптурные мышцы и идеально проработанное тело. Он, без сомнения, проводил немало часов в зале, чтобы держать себя в такой форме.

В этот момент дверь водителя открылась, и из машины вышел мужчина в черном костюме. Он молча обошел машину и открыл заднюю дверцу со стороны Маши, замерев в ожидании.

Маша оглянулась по сторонам. Парковка была почти пустой, лишь несколько машин стояли вдалеке. Камеры наблюдения мигали красными огоньками на столбах. Но что это меняло? Разве их присутствие остановит этого человека, если он решит действовать?

Она тяжело вздохнула, чувствуя, как плечи опускаются в знак поражения.

Разве ей дали выбор?

Она отчего-то была уверена: если откажет, ее силой затолкают в машину. Несмотря на камеры. Несмотря на то, что это парковка больницы. Ростислав — из тех людей, которые привыкли получать то, что хотят. Любой ценой.

Маша сделала шаг вперед, затем еще один, и наконец скользнула на заднее сиденье рядом с ним. Водитель закрыл дверцу и вернулся на свое место.

Внутри машины тишина была почти осязаемой, нарушаемая лишь тихим гудением двигателя.

Ростислав повернулся к ней, положив руку на спинку сиденья позади ее головы.

— Умница, — произнес он с одобрением.

Маша не ответила, уставившись прямо перед собой, словно могла прожечь взглядом тонированное стекло, стараясь всем своим существом не замечать, как невыносимо близко он сидит, как его пальцы почти касаются чувствительной кожи ее оголенной шеи.

Машина тронулась с места, выезжая с парковки.