Глава 37

Ночь окутала квартиру тишиной, которую нарушало лишь размеренное дыхание Ростислава.

Мария спала беспокойно, отрывками, будто даже во сне ее подсознание боялось, что он снова исчезнет. Его тяжелая рука лежала на ее талии, прижимая к себе, и это ощущение собственности было удивительно приятным.

В его объятиях было тепло. Безопасно. Но вдруг эту идиллию разорвал резкий звук вибрации телефона на тумбочке.

Мария проснулась мгновенно, но инстинкт заставил ее не шевелиться. Она лишь едва заметно изменила ритм дыхания, делая вид, что все еще крепко спит.

Ростислав зашевелился. Она почувствовала, как напряглись мышцы его руки, когда он потянулся за гаджетом. Он принял вызов, не вставая с кровати.

— Слушаю, — его голос был хриплым от сна, но в нем не было и намека на усталость — мгновенная концентрация.

В ночной тишине звук из динамика был слышен четче, чем обычно. Мария замерла, превратившись в слух. Это был женский голос. Быстрый, взволнованный, даже, показалось, требовательный. Слова сливались в неразборчивый поток, но интонация была слишком... близкой?

У Маши все внутри оборвалось. Ледяная волна прокатилась по телу, смывая остатки сна и тепла.

Кто это? Почему какая-то женщина звонит ему в три часа ночи? И почему он отвечает? Мысли, одна хуже другой, закружились в голове бешеным роем. Фактически, она ничего о нем не знала. Кто он, чем живет, кто ждет его дома. Может, у него есть жена? Или постоянная девушка, которая волнуется? А она, Мария — так, просто врач для развлечения, «тихая гавань», куда можно прийти зализать раны и пересидеть бурю?

— Понял, — прервал поток слов Ростислав. Его голос звучал тихо, но твердо, — Сейчас приеду.

Он завершил вызов и положил телефон обратно. Маша стиснула зубы, чтобы не выдать себя, не открыть глаза и не устроить сцену.

Она лежала неподвижно, слушая, как колотится собственное сердце. Ростислав начал осторожно выпутаться из ее объятий. Он двигался медленно, стараясь не потревожить ее сон. Убрал руку с ее талии, медленно сел на кровати, потом встал.

Она слышала шорох одежды в темноте, он одевался наощупь, не включая свет.

Когда он был готов, матрас снова прогнулся под его весом. Он склонился над ней. Маша почувствовала его теплое дыхание на своей щеке, а потом — мягкое, едва ощутимое прикосновение губ к виску.

— Увидимся, Маша, — прошептал он тихо, уверенный, что она не услышит.

Он выпрямился и бесшумно вышел из комнаты. Мария лежала с открытыми в темноту глазами, прислушиваясь к каждому звуку. Шаги в коридоре. Тихий стук ключей. Щелчок замка. Глухой стук входной двери. И снова тишина. Она почувствовала горький привкус разочарования во рту. Он снова ушел. Сорвался посреди ночи по звонку другой женщины, оставив ее одну.

Но вместо того, чтобы разозлиться, Мария сделала то, чего от себя не ожидала. Она повернулась на бок, ложась на то место, где еще минуту назад спал он. Подушка все еще хранила его тепло. Она пахла им — терпким вином, его кожей и тем самым неуловимым ароматом опасности, который так ее притягивал.

Она уткнулась носом в его подушку, вдыхая этот запах, и закрыла глаза. Рядом с ним было так спокойно и комфортно, и сейчас, когда он ушел, кровать казалась огромным и холодным пустырем.