Глава 43.

— Это конфиденциальный разговор, Мария Александровна, — тихо проговорил он, оглянувшись по сторонам, — Здесь не место. Слишком много ушей.

Он жестом указал на невзрачный серый седан, припаркованный у тротуара.

— Прошу вас. Давайте сядем в машину. Там мы сможем спокойно поговорить без лишних свидетелей.

Мария колебалась. Инстинкт самосохранения кричал, что надо бежать, звонить Ростиславу, делать что угодно, только не садиться в машину к незнакомцу. Но слова об отделе борьбы с организованной преступностью посеяли в душе холодное зерно сомнения.

— Только на пару минут, — процедила она сквозь зубы и направилась к машине.

Она села на переднее пассажирское сиденье. В салоне пахло дешевым ароматизатором «елочка» и табачным дымом — разительный контраст с дорогим кожаным салоном авто Ростислава. Мужчина сел за руль, но двигатель не заводил.

Мария сжимала руки на коленях, пытаясь унять дрожь.

— С вами непросто было встретиться, — начал Соколов, поворачиваясь к ней. — Обычно за вами присматривают его люди. Но сегодня никого нет. Удачный день.

Мария почувствовала, как по спине пробежал холодок. «За ней присматривают». Она не замечала. Или не хотела замечать?

— Что вы от меня хотите? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал тверже. — Мне кажется, вы ошиблись.

Соколов улыбнулся.

— Вы же знаете, чем занимается Громов? — спросил он прямо.

Маша сглотнула.

— Он бизнесмен.

— И вы в это верите?

Маша отвела взгляд, глядя в окно. Нет, она не верила. Никогда по-настоящему не верила. Но она не хотела знать правду.

Соколов вздохнул, доставая из папки несколько фотографий, протягивая их ей.

— Мария Александровна, я предлагаю вам стать нашим агентом, — сказал он спокойно. — Помочь нам собрать доказательства против Громова.

Маша резко подняла на него взгляд.

— Зачем мне это? — прошептала она. — Вы предлагаете мне предать любимого человека? Шпионить за ним? Вы в своем уме?

Соколов вздохнул, будто разговаривал с наивным ребенком.

— Вы же не глупая женщина, Мария. Вы успешный врач, хирург. Включайте мозг. — Он сделал паузу, будто взвешивая, стоит ли бить козырем. — Вы знаете, что он женат?

Маша застыла. Сердце пропустило удар, дыхание перехватило. Мир вокруг пошатнулся.

— Что? — прошептала она, не веря услышанному.

— Громов женат, — повторил Соколов безжалостно, — Уже пять лет как.

Маша почувствовала, как мир вокруг нее трещит по швам. «Женат». Нет. Это невозможно. Он был с ней каждый день. Они жили вместе. Он говорил, что она — единственная.

— Ложь, — выдохнула она, и гнев, горячий и спасительный, захлестнул ее. — Все понятно. Вы решили настроить меня против него ложью. У вас ничего на него нет, и вы пытаетесь использовать меня. Какая низость.

Она порывисто потянулась к ручке двери, чтобы выскочить из этой душной ловушки.

— У его жены сердечная недостаточность, — спокойно, словно зачитывая диагноз, проговорил Соколов ей в спину. Маша замерла, не нажав на ручку. Рука задрожала. — У нее дилатационная кардиомиопатия, терминальная стадия, — продолжил следователь, сыпая медицинскими терминами, которые Маша знала лучше собственного имени. — Ей нужна пересадка сердца. Срочная.

Маша медленно повернула голову. Ее лицо было белым, как мел.

— Но она в международном розыске, — добивал ее майор фактами. — Интерпол, ее ищут все. Ее семья — это старый клан, занимающийся нелегальной продажей оружия. Громов был их партнером, а потом женился на ней и фактически унаследовал бизнес. Она сейчас умирает.

Соколов пристально посмотрел Марии в глаза.

— Она не может обратиться ни в одну клинику официально. Ее арестуют в первую же секунду, как она появится в базе данных пациентов. Им нужен кто-то, кто сделает это тихо. Подпольно. Профессионально.

Он сделал паузу, давая ей время осознать услышанное.

— Не сложно сопоставить всю эту информацию с тем, что вы — лучший кардиохирург в городе, чтобы понять, зачем вы ему на самом деле.

Маша сидела, не в силах вдохнуть. Его внезапное появление в ее жизни. Его забота. Его интерес к ее работе. То, как быстро он «забрал» ее к себе. Его щедрость. Это была любовь или кастинг, который она успешно прошла?