Глава 50. Роуз

– А-а-а, – орала я, чувствуя себя до ужаса странно. – Внутри было горячо, возле сердца что-то жгло и ширилось, и я совершенно никак не могла на это повлиять или прекратить. – Отпусти меня, чудище!

Спустя несколько коротких мгновений мы оказались под звездами на площадке, на которую приземлились не так давно, когда только прилетели сюда. А кажется, что целую жизнь назад. Я вывернулась из легко поддавшихся рук и приземлилась на четвереньки. Почему-то опираться на четыре конечности оказалось страшно удобным. Я фыркнула, посмотрела надменно на лорда поверенного и хотела высказать все, что думаю о его действиях, но изо рта вырвался лишь рык. Попыталась прокашляться – так же безуспешно.

«Что со мной?» – внутренне трясясь от ужаса, подумала я и присела прямо на каменную породу. – «Что со мной сделал этот мерзкий дракон? Я не могу говорить» – хотелось положить руку на горло, чтобы проверить, все ли там в порядке, но у меня ничего не вышло. Она попросту недотягивалась. «У-у-у-у…» – взвыла я от отчаяния и на этот раз получилось уже вслух.

«Все в порядке, Рози» – раздалось осторожное у меня в голове. – «Ты просто обратилась в драконицу. Во второй ипостаси мы пользуемся мыслеречью. Горло ящеров не приспособлено воспроизводить человеческие звуки».

«Я все-таки сошла с ума…» – простонала я мысленно, и почти готова оказалась с этим смириться.

«Посмотри на меня, Роуз» – услышала требовательное, а прямо напротив себя увидела карамельного цвета дракона с бегающими поверх чешуек искорками, и был он примерно того же роста, что и я. – «Это моя вина, родная, как твой истинный, я должен был тебя подготовить, обо всем рассказать и предупредить, но я был слишком слеп, чтобы разглядеть свое счастье» – теплый нос потерся о мой, запустив волну колючих мурашек вдоль позвоночника. Или хребта – не знаю, как теперь правильно. – «Прошу, дай мне шанс все тебе объяснить и исправить».

Ящер говорил, говорил, говорил, попутно лаская мое лицо раздвоенным языком и переплетаясь со мной хвостом. И я чувствовала этот явно лишний для человека, но столь необходимый для дракона отросток и понимала с обжигающей душу горечью: все правда. Либо так, либо я умерла там, в волшебном озере, и сейчас вижу посмертные небылицы. И какой из двух вариантов предпочтительнее, выбрать оказалось совсем непросто.

В моем же теле (тУше?) благодаря возмутительным действиям чешуйчатого зародилась такая легкость, что хотелось только одного – расслабиться и откинуть прочь все переживания. Я распласталась на пузе, прикрыв глаза и сдаваясь на милость большому дракону – все равно с этим поделать ничего не могу. А очнулась уже сидящей на коленях лорда Драйгона. Мужчина качал меня словно маленькую девочку и зарывался носом в растрепавшиеся волосы.

– Ты как? – тихо поинтересовался он, когда заметил, что я пришла в себя.

– Не знаю, – призналась честно, задрав голову, чтобы видеть глаза поверенного. После всего случившегося накрыла какая-то апатия, будто меня лишили возможности чувствовать и тем более переживать. – А что произошло?

– Ты чуть не обернулась драконицей прямо в пещере, пришлось срочно вытаскивать тебя наружу.

– Это я помню, – поморщившись, кивнула. Как относиться к новой действительности, я по-прежнему не понимала, поэтому предпочла делать вид, что никаких странностей не существует. – Что случилось дальше?

– А дальше ты все-таки обернулась, и мне пришлось тебя успокаивать. Я не был уверен, что в твоем состоянии ты не рванула бы покорять небо и не расшиблась о скалы, поэтому сделал все, чтобы ты расслабилась и превратилась обратно. Прости, что не дал насладиться драконьей ипостасью и почувствовать свободу полета.

– То есть я превратилась в здоровенного ящера, а потом обратно, правильно? – я потерла лоб с силой. Думать о себе, как о гигантской летающей зверюге, было дико. За гранью разумного.

– Да, все так и было, – с серьезным видом подтвердил чешуйчатый, а потом расплылся в благоговейной улыбке. – Ты бы видела, какая ты красивая – как волшебная рыбка. Серебристая, юркая, завораживающая…

– А почему я в одежде? – прервала явно увлекшегося лорда. Его комплименты смущали, а уже это заставляло сердиться: не хватало еще уши развесить и отдаться на милость этому типу. Пускай сперва объяснится, а потом возвращает нас с Эв домой и проваливает на все четыре стороны. Попутного ветра в спину, как говорится. – Вы говорили, что драконы складывают вещи в подпространственный карман, а во время обращения перемещают на себя, но я ничего такого не делала.

– Я взял на себя смелость позаботиться о тебе, – подмигнул нахально чешуйчатый. А судя едва сдерживаемой ухмылке, ему это страшно понравилось.

– То есть, вы одевали меня? – уточнила, поерзав на мужских коленях. Получилось немного сипло от охватившего волнения.

– Я бы не отказался от такой чести, – дракон чуть наклонился и выдохнул мне прямо в губы, от чего в животе все заныло, и вовсе не страх был тому виной. К моему стыду. – Но подумал, что тебе такая вольность не понравится, поэтому просто воспользовался магией.

От облегчения я даже выдохнула. Повезло чешуйчатому, еще поживет. Узнай я, что он позволил себе лишнего, придушила бы на месте – и плевать, что улететь отсюда можно только с его помощью.