Глава 58. Роуз

Хоть я и знала, что дракон не собирается делать нам ничего плохого, подспудно все равно ждала подвоха. Ну не было в моей жизни такого, чтобы – р-раз, и объявился добрый волшебник, горящий желанием решить все мои проблемы. За просто так, причем, по доброте душевной. Неа, не в этом мире. В общем, я была на стороже, и Алестер не мог этого не заметить.

Чешуйчатый аккуратно сгрузил сестру на кушетку, подлокотники которой были украшены столь искусной и витиеватой резьбой, что гораздо органичнее она бы смотрелась в императорском дворце, нежели в подвале, пусть и драконьем. Хотя просторное помещение лаборатории было освещено столькими магическими светильниками, что в благосостоянии одного отдельно взятого ящера можно было не сомневаться. Разве что опасаться из-за наверняка непомерных счетов за роскошь. С другой стороны, не раз столкнувшись с драконьим менталитетом, я четко понимала, что вряд ли это хоть сколько-нибудь взволнует лорда Алари.

– Как она? – я подошла к Эви и коснулась прохладного лба, убрала чуть потемневший локон за ухо.

– Она в стазисе, Роуз, – Алестер неслышно подошел сзади, притянул к себе и обнял. – В таком состоянии смерть ей не грозит, но и жизнью назвать это можно только с натяжкой. Нужно разбираться с этим вашим ритуалом.

– Если бы можно было вернуть все назад, я бы все равно прошла тот обряд, – призналась я, едва ли не впервые открывая дракону то, что на душе. И та легкость, с которой я это сделала, не сулила ничего хорошего. – Это хотя бы дало Эв дополнительное время. Ты не представляешь, каково было видеть ее бледное лицо с синюшными губами и темными кругами вокруг глаз, слышать надсадное дыхание и молиться, чтобы оно не замирало…

– Ты все правильно сделала, моя девочка, – прервал Ал. – И я никогда не попрекну тебя за то, что ты прибегла к незаконному способу, как и не осужу. И другим не позволю.

– Я не знала, на какой именно ритуал отправила нас матушка, а когда узнала, уже поздно было что-то менять, оставалось только идти вперед. А теперь я вернулась к тому, с чего начала: Эванелия при смерти, и я бессильна что-либо изменить.

– Теперь я – твоя сила, Рози. И нет для меня большей награды, чем делать тебя счастливой, положись на меня, моя хорошая.

– Сейчас у меня нет другого выбора, – я выпуталась из ставших вдруг удушающими объятий. Хотя Алестер не усиливал хватку ни на гран. – Но когда все закончится, тебе придется смириться с моим отказом. Я надеюсь, в этот раз тебе хватит благородства поступить правильно. Никакая связь не заставит меня забыть все, что между нами было, – закончила я.

Дракон медленно выдохнул, и между нами повисла густая, тягучая тишина. Как груз тяжелейшей вины она давила на плечи и заставляла хватать ртом сделавшийся горьким, словно напитанный дымом костра, воздух.

– Я понял тебя, Рози, – чешуйчатый криво улыбнулся, а потом буквально из воздуха достал темно- бордовую бархатную коробочку. – Но подарки-то тебе разрешишь дарить?

Шершавая крышка откинулась, а моим глазам предстал удивительный гарнитур, слишком прекрасный в своей варварской роскоши. Крупные изумруды соседствовали с александритами и как гроздья винограда обрамляли искрящиеся в свете сонма ламп бриллианты. Колье, как и шедшие в комплекте серьги с браслетом, выглядело тяжелым, кичливым, практически безвкусным, но столь манящим, что это не могло не пугать.

– Это лишнее, – прохрипела, завороженная блеском камней. Будто в них была заложена своя, древняя магия, доступная пониманию только чешуйчатых.

И я хотела было отвернуться и даже сделать пару-тройку шагов назад, как вдруг мои пальцы сами собой потянулись к колье. Будто кто-то другой ими управлял. Кто-то, кто был помешан на драгоценностях, буквально поклонялся их слишком яркому блеску. Дракон же терпеливо молчал, но пристально наблюдал за моими действиями. Складывалось впечатление, что он точно знал, что эту битву я проиграю – уже проиграла! – и всего лишь ждал, когда это признаю и я.

– Я не возьму, – покачала головой.

Прикрыла глаза, чтобы хоть так отгородиться от притяжения выставленной напоказ роскоши. Почему-то страшно хотелось схватить бархатный футляр и нестись как можно дальше, чтобы спрятать свои новоприобретенные сокровища. А перед этим как-то избавиться от дракона, чтобы точно не догнал и не отобрал.

– Хорошо, – раздался чуть насмешливый голос чешуйчатого. Я сглотнула, чтобы смочить вдруг пересохшее горло, а Ал продолжил вкрадчиво: – Ты знаешь, что одной из отличительных черт драконов в подростковом возрасте является непреодолимая тяга к драгоценностям и предметам роскоши, потому что именно в этот период они начинают делать первые шаги по наполнению собственной сокровищницы.

– Меня все это не касается, зачем ты мне об этом рассказываешь? – выдохнула с самоуверенностью, которой вовсе не испытывала. Пальцы же гладили камни и никак не могли оторваться от переливающихся граней и переместиться мне за спину, куда я давно уже их звала.

– Всего лишь расширяю твой кругозор, – коварно улыбнулся чешуйчатый, но я отчего-то его словам не поверила. – Позволь я тебе немного помогу, – ушей коснулся вкрадчивый бархатистый голос, а потом длинные пальцы дракона подхватили увесистое колье и приложили к моей груди.

Кожу обожгло прохладой металла, а за ребрами у меня разорвался фейерверк. Я облизала вмиг пересохшие губы.

– Не… не… – я честно пыталась, но правильных слов так и не произнесла.

Подлый же ящер воспользовался заминкой и через мгновение защелкнул замочек на моей шее.

– Оно словно для тебя создано, – отошел на шаг и принялся откровенно любоваться. – Так и быть, приму благодарность в виде поцелуя, – подмигнул мне нахально вдобавок.