Глава 23

Я вновь не стала звонить ба. Хотя, признаться мне очень хотелось сделать это и накричать на нее.

Так и было бы.

Проще было поговорить с Мариной, а еще лучше с дядей Андреем.

Могла сойти с ума ба, поддаться силе ее убеждения Марина, но не он.

— Скажи, что он солгал мне, — попросила я, выдав ему краткую версию событий. — Сашка ведь дома?

Дяде Андрей перестал щелкать ручкой и, как мне показалось последний щелчок, вышел с пребольшой затяжкой.

— Он в полной безопасности, — заверил дядя, бросив что-то мимо трубки. — Но не дома.

Я ждала историю про то, что они отправились в гости к одному из многочисленных друзей нашей семьи и я получила ее.

— Аделаида, Маринка, я и Сашка гостим у Жана Рокбрюна.

Я уже слышала эту фамилию, но это не было поводом, чтобы с облегчением выдохнуть, вернуться и посмеяться над ультиматумом, что выдвинул мне Николас.

Жан Рокбрюн, судя по имени был французом.

Николас носил фамилию английских аристократов, но слишком хорошо говорил на языке Бурбонов и Валуа, предпочитая его «родному» английскому.

Это все не могло быть совпадением.

— Он живет в России?

— Нет. Во Франции.

Жан Рокбрюн должен был гостить в нашем доме, но катастрофа, которую устроил Сашка и Мирослав, поставила под угрозу исполнение тайного плана бабули, который заключался в том, чтобы познакомить деда с внуком.

Она позвонила, чтобы отменить договоренности, а мсье де Рокбрюн выдвинул встречное предложение.

Конечно же, от него не отказались по целому списку очень важных причин, среди которых значились интересы семьи, наследственности и государства.

— Ид, поверь мне — говорил Андрей твердо, но не без ощутимой досады — Все получилось случайно, и никто не думал обманывать тебя.

Я застыла, закрыв глаза и поджав губы.

— Он любезно предложил нам погостить пару дней у него, а я не увидел повода отказать ему в этом.

Спорить с дядей и грубить ему сейчас не хотелось слишком велико было мое переживание за Сашку.

— Я поняла, что ты решил совместить приятное с полезным, — проговорила я, выдохнув. — Но меня интересует совсем другое.

Меня не удивило, что дядя всегда думает о том, как то или иное знакомство будет полезно для работы, а значит для страны в целом. Это было его работой, что тесна переплелась с его натурой.

— Мне стыдно, что мы скрыли это от тебя.

Да-да-да!

— Но в затее познакомить Сашку с Жаном не было никакого злого умысла. Рокбрюн умный, образованный, адекватный, воспитанный и достойный для подражания представитель человечества.

Жаль, что этого нельзя было сказать о его сыне.

— Заверь меня, что его угрозы не стоят ничего — потребовала я, вместо того чтобы спорить и обвинять его в чем бы то ни было. — Ты, Марина или бабуля в любой момент можете забрать Сашку и вернуть его в Подмосковье?

— В свете открывшихся обстоятельств я не могу обещать тебе этого.

— Он ведь образованный и… Что еще ты там говорил?

Я все же не смогла не поддеть Андрея, разозленная его «стыдно». О совести надо было думать в тот момент, когда он покупал билет в Прованс, забыв предупредить меня об этом, а не сейчас, когда его взяли за мягкое место!

— Он не пойдет против своего сына, — проговорил Андрей, как будто бы не заметив ничего. — Он любит его не меньше, чем ты своего Сашку и очень гордится им.

Я услышала, как его посетило озарение. Он понял что-то, и я могла отдать руку на отсечение, что оно касалось того, что он должен был догадаться о живучести новоиспечённого мессии.

— Так ты знал, что Николас жив?

— Нет. Но я, как и ты, как и Аделаида не исключал этого.

Я вздохнула, повернувшись к двери со стеклянной вставкой, посмотрела на стоящего за ней Николаса и вновь отвернулась, раздосадованная еще и тем, что он сторожит меня. Наверняка думает, что я сбегу от него вновь. Хотя, ему ли говорить и тем более обвинять меня в этом!

— Ид, я сейчас лечу в Турцию, как ты и просила меня час тому назад. Марина, Аделаида и Сашка в Провансе. Ты можешь сказать им собираться домой, но только этот Жан не дурак и быстро поймет в чем дело. Все закончится тем, что Аделаиду и Маринку выпустят, а Сашку еще на границе передадут в руки деду. Он не сделает ему ничего плохого, но это вряд ли успокоит тебя. Верно?

— Да.

Странно признавать это, но предложение супружика вдруг оказалось не таким уж и ужасным. Пусть Сашка будет две недели с близкими, чем четырнадцать дней в обществе незнакомого человека и нанятых им нянек.

— Он не плохой человек, — ободряюще сказал мне Андрей. — Просто это интересы семьи.

— Хоть у кого-то они стоят на первом месте.

Я повесила трубку через несколько минут, оперлась на стену и простояла так еще несколько минут, раздумывая над тем, что мне сказал Андрей.

Если бы я не встретила Николаса в Париже, то наверняка все было бы так. Я не говорю уже про всю остальные обстоятельства, которые привели к тому, что я имею сейчас.

Не реши я, что зима — это время для предложений руки и сердца, то не оказалась там, где была сейчас. Правда я бы не узнала, что за человек Илья, но безопасность сына перевешивала эту жизненную ошибку.

— Я согласна — сказала я, нажав на кнопку открытия двери.

Шум тамбура смешался с гулом вагона и Николас смог слышать меня.

— Но только я хочу знать все условия двухнедельного пребывания с тобой.

— Хочешь обсудить это сейчас? — спросил Николас, не спеша выпускать меня наружу. — Здесь?

Да уж! Грязный вагон совсем не подходил для спокойного обсуждения подобных вопросов. Но мне было все равно. Я хотела получить информацию сейчас, обдумать ее и выдвинуть встречные условия, чтобы этот подонок не решил, что об меня можно вытереть ноги еще раз!

— Почему нет?

Он дернул плечом, не спеша отвечать мне. Его взгляд исследовал мое лицо, как будто пытался понять что-то. А как по мне тут нечего было понимать теперь. Он предложил мерзкую сделку на глазах у всех, и я согласилась на нее.

— Не хочу делать наши отношения достоянием общественности.

Вселенная почему-то была против меня, потому что в доказательство его слов наши попутчики по вагону попросили закрыть двери не то для того, чтобы мы не отвлекаться на гул, не то для того, чтобы лучше слышать наш разговор.

— Тебе можно угрожать мне при всех, — сказала я, отступив назад в тамбур вместо того, чтобы подчиниться ему, — а мне нельзя спросить, чего ты хочешь от меня?

Николас мог уйти, оставив разозленную меня одну, но вместо этого он пошел за мной, чем не мало обрадовал.

Не знаю, чтобы я сделала, глядя на то, как он удаляется от меня.

Это было бы унизительно идти за ним следом. А пришлось бы! Потому что другого выхода на данный момент не существовало.

— Я хочу попробовать…

— Что⁈ Восстановить семью⁈

Я прошлась по узкому пространству, вернувшись к нему.

— Этого никогда не было, а даже если бы и было, ты серьезно считаешь, что все получится после твоих угроз?

Он не сразу ответил мне. Я уже начала терять терпение, приблизившись к тому, чтобы наорать на него и выплеснуть все, что кипело во мне последние два дня, но толком не давало знать о себе

— А если бы их не было? — поинтересовался он в своей излюбленной спокойной манере.

Последнее лишь подогрело мою ярость и… меня понесло! На долю секунды, вместо того чтобы выдохнуть и промолчать, я завалила его вопросами.

— Ты предлагаешь мне забыть эти три года? Сделать вид, что их просто не было? Не помнить о том, что я была с ребенком на руках? Не думать о том, что пока я ждала, что ты объявишься, ты в это время жил так как тебе хочется⁈

Я закрыла рот, клацнув зубами. Заставила себя сделать это, чтобы только не унижаться перед ним и не рассказывать ему какой же дурой я была! Это было понятно и так!

— Ты хочешь, чтобы я поверила тебе, — процедила я, не удержавшись от последнего, — чтобы ты, в какой-то момент решив, что это все не то, вышвырнул меня из своей жизни⁈

— Ты ошибаешься, — сказал он, потянувшись к моему лицу. — Я не жил так как хочется мне.

За что поплатился — я ударила его по руке, постаравшись отшвырнуть ее. Мне кажется, что у меня получилось, потому что самой стало больно, как если бы я ударила по дереву!

— Наверное, это было очень сложно взять и дать знать о себе! Неимоверно трудно не стирать информацию о себе, не прятаться по всему миру и не водить за нос детективов!

Я не могла остановиться. Надо признать это.

— Ты нанимала детектива?

А так никто не делает? Откуда столько удивления⁈

— Да! — рявкнула я, придя в неистовство от прозвучавшего в его голосе изумления. — Надеялась снять тебя с какой-нибудь бабы!

Он обнял меня, чем совершенно ошарашил и сделал это так крепко, что я ощутила себя совершенно беспомощной, как будто меня придавило каменной плитой. Только и могла, что дергать руками, да стараться оторваться от него.

— Ид, я не собираюсь вышвыривать тебя из своей жизни! Ты слышишь меня⁈

Я не слушала его, цепляясь в его плечи и спину, чтобы отодвинуться от него.

— Я хочу, чтобы ты была в ней! — продолжал говорить он, обжигая дыханием уши, лицо и шею. — Ты, сын и еще куча детей!

Я задохнулась от этого заявления, но не впала в ступор, а ударила его по ноге каблуком и это позволило мне отпрянуть от него на мгновение и, не обращая внимание на его рык дернуть за стоп-кран, тянуть за него, когда он продолжил обнимать и говорить, не обращая внимание на мое сопротивление.

— Я разозлился! Сказал тебе про ребенка со зла!

Николас зашипел, когда я оттянула его волосы, но не поддался.

— Я считал, что пройдет! Думал, что насмотрюсь на тебя с этим юнцом и меня отпустит, но не вышло!

Он продолжал стискивать меня даже тогда, когда поезд дернуло и он затормозил, отшвырнув нас и бросив на пол!

— Я не могу смотреть на тебя, когда ты с другим! Ты всегда в моих мыслях с самого первого дня нашей встречи!

Теперь завыла я, не в силах терпеть эту ложь. Это все было ею! Он говорил то, что я хотела услышать, как только понял, что мне было не все равно все это время! Повторял то, что уже однажды говорил мне и это помогло купить меня!

— Не смотри! — выкрикнула я, отпихивая его от себя. — Не думай!

— Невыносимо представлять, что ты будешь с кем-то еще!

— Не делай этого! — шипела я ему в лицо, стараясь выползти из-под него. — У тебя отлично получается!

Внезапно все прекратилось. Николас наконец отлип от меня, но не по своей воле, а потому что ему помогли сделать это! Проводник и еще какие-то люди в форме сдернули его с меня, поставив на ноги и даже удержали на месте несмотря ан его попытки высвободиться.

— С вами все в порядке⁈

Даже не верилось, что все прекратилось. За то отлично осознавалось, как все выглядело со стороны и как смотрелась я, лежа на полу.

— Да! — выдохнула я, сев на месте. — Этот козел напал на меня!