Глава 8

Илья принял мою волю, но не успокоился. Что было ожидаемо. Ведь в этом мы были похожи друг с другом — нам было интересно поведение людей.

— Илья, ты сам подарил мне билеты с открытой датой, а теперь ты недоволен тем, какой выбор я сделала?

Скворцов продолжал не то спорить, не то упорствовать, не то сомневаться во мне. Я не понимала его и была близка к тому, чтобы обидеться на него за это.

— Просто скажи почему ты вдруг изменила свое решение? — спросил он, остановившись перед дверкой примерочной. — Есть какая-то особенная причина?

Кажется, что я потерялась в его последнем вопросе, хотя, причина все же была. Вот только он имел в виду что-то другое. Верно?

— Твоя взяла, Илья, я скажу тебе причину, — произнесла я, не сумев сдержать улыбку. — Я хочу соблазнить тебя и в платье у меня больше шансов, чем в шубе.

Я удивила его и кажется, рассмешила. Последнее не радовало. Только ленивый не в курсе того, что все важные вещи преподносят через шутку. А значит он смеялся всерьез.

— Теперь ответ устраивает тебя? — поинтересовалась я, а потом толкнула его в грудь. — Теперь иди!..

— Ты что обиделась?

Он попытался поймать меня снова, но у него ничего не получилось.

Мне очень хотелось увидеть Илью в чем-то еще кроме джинсов. Последние безумно шли ему. Но джинсы, как и вся прочая спортивная одежда были запрещены на территории Восточного экспресса. Поэтому нужно было подобрать что-то другое — близкое по духу, бюджетное и то, что можно было носить после поездки. Я подумала о сафари стиле, точнее его облегченной версии.

— А если не получится? — поинтересовался он, всем видом демонстрируя, что сдерживает, чтобы не улыбнуться. — Что будет тогда?

Что-то перевернулось во мне на эти слова и реакцию, тихо заныв и напомнив, чего именно мне не хватало в наших отношениях. Сейчас я говорила не о сексе, а о хорошем флирте.

— Если это обещание, то скажи прямо, — ответила я, отступая. — Я куплю спортивный тренажер от Satisfyer и заведу отношения с ним.

Илья не понял меня, что с одной стороны огорчило, сведя на нет возмутительную и пошлую игру слов, а с другой стороны радовало. Я бы покраснела еще больше, а дальше было уже просто некуда.

— Ид? — позвал Илья, отвлекши от блуждания по пустому пространству примерочной. — Можно тебя на минуточку?

Меня можно было на час, а еще лучше два. Я успела заскучать пока ждала, когда он переоденется и поняла почему сильная половина человечества не любит ходить с женщинами по магазинам. Скука смертная гулять по залам, где нет ничего, что могло бы заинтересовать тебя лично.

— Да, — проговорила я, приблизившись к дверке в стиле салуна на Диком Западе. — Мало что-то или наоборот велико?

Потом я и пикнуть не успела, как оказалась в кабинке, прижатая к одной из ее стенок телом Скворцова.

— Илья! — воскликнула я, оправившись от первого шока и уперевшись в его плечи ладошками. — Ты что творишь⁈

Мне не нужно было, чтобы он описал движения. То, что он прижимал меня к себе и одновременно гладил, соскальзывая пальцами под юбку платья, я знала и без него. Меня волновала причина переменившегося поведения, а еще почему вдруг поменялся его взгляд, с заплясавшими в нем огнями.

— Я тут погуглил тренажеры от Satisfyer — произнес Илья, нырнув под ткань белья и разместив ладони на моих ягодицах. — Конфета, ты не перепутала ничего?

Я очень активно замотала головой из стороны в сторону. Вопрос и рассмешил меня, и смутил, а его руки вопреки всему заставили забыть о смущении.

— Может быть фирму? — спросил он, слегка-слегка коснувшись моих губ своими. — Или путаешь тренажер со словом массажер?

Этот Илья был похож на себя прежнего — наглого, уверенного в себе и очень харизматичного.

— Нет, — ответила я, смеясь. — Я собираюсь заниматься спортом, потому что здоровье — это важно!

— Значит, я для тебя здоровье? — спросил парень, подхватив меня под бедра и частично разместив на себе. — Это тебе нужно от меня?

Не знаю на что надеялся Илья, спрашивая это.

Но вышло не смешно, если это было первоцелью.

Второй раз за это недолгое время, как мы называемся парой, я подумала о том, что нам не нужно было быть ей. Подумала, сама не заметив, как перестала улыбаться ему и оказалась на полу.

— Ты спросил, что будет, если у меня не получится соблазнить тебя? — сказала я, вновь оттолкнув его руки. — Я отвечу тебе сейчас.

Я посмотрела на Скворцова.

— Ид, это была шутка.

Странно, что он не смеялся своей хохме.

— Я обижусь и быть может задам свой вопрос: что я для тебя?

По уму, в описываемой ситуации не стоило начинать разговор. Надо было собирать вещи и уходить. Потому что, если человек не хочет тебя, значит ему нужно что-то другое.

— Увидимся на кассе, — сказала я напоследок, прежде чем отправиться в озвученном направлении.

Я считала, что напоследок, но Илья догнал меня и вернул обратно меньше через пять секунд.

— А давай ты не будешь убегать? — сказал Илья, толкнув дверь в кабину и поставив меня на ноги.

Мы вновь оказались в примерочной. Скворцов навис над мной, а потом и вовсе оттек, потому что я зарядила ему пощечину, взбешенная его жестом.

— Не смей таскать меня! — прошипела я, даже не подумав объяснить ему какая муха меня укусила, чтобы выкидывать такое. — Ясно тебе⁈

— Мне ясно! — рявкнул Скворцов, дернувшись в сторону и заблокировав выход. — А теперь я хочу, чтобы кое-что стало ясно тебе, маленькая избалованная девочка!

Мне, мягко сказать не понравился тон, что он взял и как назвал меня. Кажется, что по внутренностям скользнула льдинка в ответ на это. Но я сдержалась, никак не отреагировав на это. Просто скрестила руки на груди.

— Никакого рукоприкладства!

От удивления мои брови поползли наверх. Вроде бы он первый начал это. Но я кивнула, никак не прокомментировав его слова. Я злилась на себя за свою несдержанность.

— Может ты объяснишь мне, что тебе так не терпится запрыгнуть ко мне в койку?

Ощущение скользнувшего холода повторилось, но в куда больших масштабах — по мне словно айсберг проехался.

— А что не так с тобой, Скворцов, раз ты не хочешь этого? — ответила я, отодвинув его от себя. — Отойди, пожалуйста.

Удивительно, как просто общаться с людьми, когда на душе холодно, как в далекой Антарктиде. Они слушают и ведут себя так как надо именно тебе. Вот и Илья отступил, поддавшись.

— Все просто, Илья, мне хочется т*** тебя, родить тройню и кинуть тебя на алименты, — проговорила я, одарив его взглядом напоследок. — Других причин почему я хочу тебя у меня просто нет.

Я прошла через зал, попрощалась с продавцами, не ответив ничего на вопросительные взгляды, шагнула в наполненный холл и устремилась к выходу. Я старалась держаться и не думать о том, что произошло, чтобы не грызть себя за собственное поведение, не расстраиваться сказанному и уж тем более не думать об однажды озвученном мнении ба.

— Дура! — пробормотала я себе под нос, опустив взгляд на ремешок сумки.

— Карамзина!

Мне надо было ускориться, заслышав этот возглас, но я не стала делать этого. Иначе, все стало бы отдавать мелодрамой, и я не хотела выглядеть смешно в своих глазах.

Почему романтичному образу с локонами, женственным платьем и шпильками я не предпочла какой-нибудь casual? А еще лучше grunge?

Тогда бы я бежала, скандалила и больше бы ноги моей не было в том бутике. Не будет. Я не смогу избавиться от ассоциаций, что именно в этом пассаже меня назвали блядью.

— Подожди!

Хватило одного взгляда, чтобы пальцы Ильи исчезли с моего предплечья.

— Прости! Я не хотел обидеть тебя.

Я обошла его, не став выслушивать его хотелки-не хотелки. У меня уже был подобный опыт, и он очень плохо закончился, чтобы повторять его снова.

— Не остановишься?

— Нет.

Я шла вперед. Скворцов не отставал, шел впереди меня, а точнее пятился и продолжал говорить.

— Я не хотел тебя обидеть.

— Проехали.

— Ид, я серьезно.

— У тебя все получилось, — бросила я с вновь давшей о себе злостью. — Смирись с этим и живи дальше.

Он вновь сделал это — схватил меня, заставив остановиться.

— Убери. От меня. Руки.

Илья не подчинился.

— Извини меня за то, что наговорил, — вновь начал он, опустив руки сначала на локти, потом на кисти, а затем и вовсе сжав мои пальцы в своих. — Я не знаю, как это получилось ведь ты просто удивила меня.

Я приподняла брови, тем самым требуя продолжения.

— Я про игрушку от Satisfyer, — пояснил он, неровно улыбнувшись при этом. — Ожидал услышать что-то подобное от кого угодно, но только не от тебя.

До этого момента мне нравилось, когда на лице Скворцова появлялась эта противоречивая и одновременно притягательная улыбка. Она виделась мне дерзкой и смущенной одновременно.

— Это проблемы твоего восприятия, Илья, — проговорила я, посмотрев ему в глаза. — Как ты видишь меня и как все есть на самом деле.

Я сделала движение, чтобы скинуть его руки со своих плеч.

— Я так и сказал.

— Ты даже сейчас выставляешь меня дрянью, — я, посмотрев на него. — Ты не понимаешь этого?

— По-моему сейчас мы говорим о твоем восприятии.

Я не понимала его, как и того, как получилось так, что я совсем не знаю этого человека. Его как будто подменили и ладно бы в худшую сторону, как это было с Костей! Не думала, что связка «приличный и воспитанный юноша» может быть ругательством!

— Пошел в жопу, Скворцов, — бросила я и, прежде чем отвернуться добавила. — Так тебе понятно?

Он обнял меня. Я не сопротивлялась, но не потому, что ужасно хотела этого. Тут было другое. Я ждала, когда все закончится. Так должно было произойти по законам Вселенной.

— Ты права — я сам придумал себе геморрой на голову, — проговорил он, не теряя времени даром. — Сначала я думал, что не пара тебе, а потом стал искать причину почему ты со мной.

Я вздохнула, стараясь не вслушиваться, а еще лучше — не думать над его словами. Пусть говорит. Потом он отпустит меня, и я уйду, оставив его в дружной компании его тараканов.

— Для по*** конечно же, — произнесла я, отметив про себя этот момент. — А ты, чтобы жениться на мне, правда?

Я говорила, совершенно не парясь, как не литературно, не культурно звучат мои слова. Правильно сказал неизвестный философ: некоторые люди понимают сказанное только тогда, когда говоришь с ними на одном языке.

— Да, — выдохнул он, потеревшись о мою щеку своей. — Как только стал думать об этом, то все пошло наперекосяк.

Осознание, что я оказалась права в своих подозрениях не принесло мне радости.

— Ну так расслабься, — посоветовала я, всматриваясь в текстуру нитей на его новой рубашке. — Ты прощен, но я не собираюсь выходить за такого идиота, как ты.

Похоже, что все они были или клиническими, или меркантильными, или ленивыми, или жадными кретинами.

— Я думала, что ты клевый — умный, веселый, внимательный, милый и добрый, — продолжила я, наконец освободившись из его объятий. — Но я ошиблась, потому что мне повезло — Боженька уберег и никогда не сталкивала меня с дураками.