Глава 12

Глава 12

Прошло чуть меньше, чем полгода. На дворе стоял декабрь. Снег шел едва ли не каждый день, не переставая. Он укрыл землю довольно плотным слоем, сделав совершенно сказочным пространство вокруг дома. Деревья и кусты, беседку и фигуры в саду оделись в белоснежные наряды, поменяли формы и так и просились быть увековеченными на миниатюре какой-нибудь открытки.

— Тебе надо пройтись, Ида, — сказала бабушка, нарушив тишину комнаты. — Ты перестала выходить из дома.

— Я хожу в школу, — ответила я, оглянувшись и улыбнувшись ей. — Хожу на физкультуру, баскетбол и танцы.

Мы оба понимали, что она имеет в виду. Я перестала гулять просто так, чтобы набрать в легкие воздух до самого головокружения. Этой осенью я не искала самые красивые и яркие листья, не разглядывала отражение неба в лужах, а с наступление зимы не ловила лицом колючие снежинки и не топтала свежий снег на дальних дорожках. Вместо этого у меня появились другие увлекательные занятия, которые исключали мое нахождение на природе.

— Я не об этом. Пять минут до школы и еще столько же после нее?

— Мне надо заниматься.

Я была жутко занята в последние месяцы и ни в коем случае не жаловалась на это, но в такие минуты, как сейчас, когда смотрела в окно чуть дольше чем пару секунд и жутко скучала по старым добрым временам.

— Ты и так делаешь это, — ответила бабушка, заняв место в своем любимом кресле. — Постоянно.

Отвернувшись от окна, я прошла к кровати, на которой лежало несколько учебников по иностранным порядкам старшинства и старшинства в Соединенном Королевстве. Естественно, на английском языке. Я не переставала совершенствовать его, потому что понимала, что все еще недостаточно хороша в нем. Даже сейчас, я и бабушка общались друг с другом на языке Соединенного Королевства.

— Осталось меньше полугода и я должна успеть все.

Бабушка подкинула мне задачку, а я согласилась на чистую аферу. Мне предстояло подготовиться к мероприятию за год и освоить то, что другие участницы бала изучали по несколько лет. Вдобавок никто не отменял школу, подготовку к выпускным и вступительным экзаменам.

— Все будет хорошо, Артемида. Поверь, все будет куда проще, чем тебе кажется сейчас.

Я открыла рот, чтобы возразить ей и сказать, что меня пугает не сам бал, о котором я знала все, а предстоящее интервью. Цель которого состояла в том, чтобы понять достойна девушка участия на престижном мероприятии королевства или нет. Я не могла подвести бабушку. Только не после всего пройденного, выученного и… Не могла и все тут. Хотя, иной раз ловила себя на малодушном желании отказаться от всего.

— Пойду прогуляюсь, — сказала я вместо того, чтобы спорить и подошла к шкафу, вытащив из него зимние вещи.

Утепленные штаны и куртка наконец пригодились мне.

— Не обязательно бродить по участку. Можно съездить в Нескучный сад, погулять по городу или же отправиться на шоппинг.

Штаны упали на кровать, закрыв собой учебники. Я подняла глаза на бабушку и выгнула бровь. Надеюсь, это получилось эффектно.

— Я выгляжу настолько замороченной?

Бабушка не любила молодежный сленг, но тут предпочла промолчать и осторожно кивнула. Но куда важнее было то, что она предлагала — выехать в город. Она не любила Москву из-за пробок, смога, грязи и абсолютных «хабалок», возомнивших себя… Словом, это другая история.

— Ты выглядишь прекрасно, но я чувствую себя виноватой за то, что ты делаешь с собой.

На минуточку я не делала ничего подобного. Этим занимались люди вокруг. Люся заботилась о полноценном и сбалансированном питании, Леонид Львович (за спиной Чехов) следил за всякого разного рода добавками, что я принимала по утрам и вечерам, бабушка учила премудростям этикета, Марина (последнее время приезжающая все реже) за гардеробом. Я же чувствовала себя обновленным компом, с которого сняли старое железо и навесили новое, как выражался одноклассник Борька Веслов.

— Ба, перестань, пожалуйста, — попросила я ее, ныряя за ширму. — Мне нравится то, что я делаю сейчас.

Это было так. Несмотря на проблемы с папой, загруженность и адаптацию в новой школе я чувствовала, что с каждым новым днем становлюсь как будто бы сильнее. Я поймала себя на этом ощущении пару дней тому назад.

— Правда?

— Тогда выполни одну мою просьбу, детка.

Я выглянула из-за перегородки.

— Ты попросила меня погулять, — сказала я, не понимая ее озабоченности. — Я одеваюсь и иду на улицу.

Бабушка постучала тростью об пол. Она выглядела расстроенной и смущенной одновременно. Пора было подозревать ее в чем-то. Но в чем именно?

— Ида, сегодня суббота, а на дворе зима и все готовятся к празднику. Вместо того, чтобы ждать выходных, гулять с друзьями и просить деньги на подарки, ты сидишь в комнате, зарывшись по голову в учебники и пособия. Занятие достойное гордости и всяческих похвал, но я хочу, чтобы у тебя было еще что-то.

Она хотела, чтобы у меня были друзья. Но желание легко было проговорить на словах и трудно осуществить на деле. Для дружбы же требовалось время чуть большее, чем несколько месяцев в новой компании. В школе и в танцевальном классе у меня появились хорошие знакомые, но у них уже были постоянные компании. Я вспоминала о Лизе, но ни она, ни я не пытались связаться друг с другом.

— Я погуляю и даже схожу в пиццерию — начал я бодро и под испытывающим взглядом продолжила — может быть загляну в ГУМ и полюбуюсь на новогодние базары.

Аделаида Георгиевна одобрительно кивает, а потом спохватывается.

— Если будешь в ГУМе, то может быть прикупишь кое-что для меня?

Я жду что бабушка вынет заготовленный список, но достает телефон и начинает набирать список там. Я согласно киваю, убираю в шкаф теплые вещи, вытягивая купленный осенью, но ни разу не выгулянный ансамбль. Усмехаюсь этой мысли — совсем недавно я и помыслить не могла о том, чтобы выбирать, а теперь я «играюсь» в конструктор образов в перерывах и у меня целая «армия» вещей для того или иного случая. Другое дело, что большая часть их висит без дела.

— Пойдешь в этом?

— Погуляю в другой раз, — говорю я, подхватывая вешалку, и убираю ее в шкаф. — Это ведь не последние выходные в этом году, правда?

— Артемида!

Я выглядываю из-за дверцы шкафа, стараясь не улыбнуться при этом. Моя бабушка самый настоящий диктатор и стремится контролировать все. При этом у нее характер и она не терпит, когда ее науку обращают против нее. Но я ведь тоже из Спасских? А значит все это есть и во мне, пусть и наполовину.

— Ты совершенно невозможна!

— Я пойду гулять, как ты просишь, но на своих условиях.

В конце концов, я улыбаюсь, сидя в машине в компании немногословного Димы. Я одета так как хочу и еду туда куда мне пожелается. Еще, на сидении лежит сумочка, в которой среди прочих вещей покоится смартфон с самым настоящим списком от бабушки…

— Куда едем, Ида? — спрашивает водитель.

Я честно думала, что она придумала его, но в нем действительно необходимые вещи «без которых не может выйти в свет нормальная женщина», то есть любимые духи, платки и кое-что из гигиенических средств. А я до последней минуты считала, что это милый домашний спектакль из тех, что периодически устраивают все жители дома. Кроме «ботоксного» Димы, как называет его, посмеиваясь, Аделаида Георгиевна.

— На Воробьевы, — сказала я, а потом опомнилась и даже подпрыгнула на месте. — Нет-нет-нет!

Всегда хотела погулять по Москве своим ходом и почему бы не сделать этого сейчас, раз представилась такая возможность?

— И все?

— Да, — отвечаю я, стаскивая с себя навязанные бабушкой сапожки. — Дальше я сама.

Дима при всей своей толстокожести подчинился. Эта была его главная и самая замечательная черта. Он делал так как ему говорили — не больше и не меньше.

— Позвони мне, если что, — сказал он, высадив меня из авто, потом заглянул в салон и вроде как приподнял бровь.

Если так можно назвать это едва заметное движение в верхней части его лица.

— А что мне делать с обувью?

— Пусть пока полежат у тебя в салоне, — сказала я, а для пущей убедительности добавила волшебное слово. — Пожалуйста.

Но верный помощник бабушки вопреки прежним мыслям отчего-то не спешил соглашаться, сесть в машину и оставить меня на попечение огромного города, а также симпатичной кофейни с премилейшим названием «Воробьи».

— Ид, лучше бы ты сапоги надела, — протянул он, чем еще больше стал похож на теленка.

— Что?

От удивления мой голос сел.

— Смотри как тут сыро. Ноги станут мокрыми в миг. Простудишься, а мне потом отвечать.

Они все заботились обо мне, а Дима… Он был себе на уме и не забывал про целостность своей толстокожей шкуры.

— Дим, а если я ногу сломаю на таких-то каблучищах?

— Тогда все вопросы будут к тебе и к тому, кто их купил для тебя.

— Ну, Дим! Перестань!

Он не дал мне пройти, заблокировав собой возможность выйти. Я прищурила глаза, подозревая его в черт знает в чем, а именно в сговоре с вредной бабулей. С нее бы сталось написать указания на мой счет.

— Надевай, а кроссы можешь взять с собой.

Я плюхнулась обратно на сидение, ужасно разозлившись на водилу. Вот что он лезет не в свое дело? Почему взял и присоединился ко всем в опеке надо мной?

— Хорошо, — прошипела я, в одно движение избавившись от кроссачей. — Надену.

— Если тебя успокоит, то говорят на каблуках ноги выглядят длиннее и стройнее, — выдал, решив добить меня, этот ценитель прекрасного. — Не злись!

— Теперь всё? — спросила я, проигнорировав его последнюю фразу. Поздно он опомнился. Я уже.

Я встала, а Дима посторонился и наконец выпустил меня наружу. Я прошла несколько шагов, борясь с детским желанием обернуться и показать Диме язык, но сделав несколько размеренных вдохов, направилась прямиком к кофейне. Лучшего способа для поднятия мигом испортившегося настроения, чем чашка какао с зефирками и коричной булочкой в придачу просто не существует.

Что за детский сад? Почему всех бабушка учит как вести себя, а своему дуболому не объяснила, что делать замечания на публике ну просто неприлично? В прохожих нет ничего страшного, но ведь рядом МГУ! Тут по определению должно быть много студентов, среди которых может затереться Костя. Два престижных заведения может и соперничают друг с другом в рейтинге и количестве именитых выпускников, но студентам запретить дружить не могут.

— Добрый день, — поздоровался хостес стоило мне оказаться внутри. — Позвольте проводить вас за столик?

Он подошел ко мне и протянул вперед руку предлагая проследовать во внутрь.

— Добрый.

То, что я приняла за кофейню оказалось рестораном, что немного озадачило меня. Я ведь не планировала ходить по подобным заведениям. Но через пару секунд я успокоилась, решив не отступать от намеченного плана — какао с зефирками, булочка и ничего лишнего.

— Вы выбрали удачное время для того, чтобы заглянуть к нам, — произнес молодой человек, отодвигая кресло.

— В самом деле?

— Обычно в это время суток у нас не протолкнуться, — улыбнулся он, забирая у меня снятую шубку. — Но только не сегодня.

— Пришло время для выбора нарядов и подарков, — ответила я не менее вежливо и дружелюбно.

Он еще осведомился у меня можно ли принести меню или же следует подождать, потому что я жду кого-то.

— Одна, — я растянула губы в легкой улыбке. — Будьте добры меню от вашего бариста.

Я перевела дух и даже порадовалась тому, что в свое время не упрямилась и несмотря на все свои «страшно», «не хочу», «стесняюсь» все же выходила в «свет» в компании Марины и Аделаиды. Они кое-чему научили меня. Марина показала, как расположить к себе с первых минут знакомства и быть милой с обслуживающим персоналом, а бабушка тому, чтобы быть невозмутимой как бы страшно тебе ни было.

Но…

Было рано доставать смартфон и делать фотографии великолепного вида из панорамного окна.

— Артемида!

Зычный голос все никак не желающего угомониться Димы заставил вздрогнуть, а его появление вызвало сиюминутное желание, если не спрятаться под стол, то встать и выбежать из ресторана прочь. А еще лучше в окно. А еще лучше овладеть какой-нибудь магией, перенестись на другой конец света или превратить Диму в жабу.

Вот что он позорит меня? Что стряслось на этот раз? Он сбегал за угол и прикупил перчатки, взамен тех, что я оставила дома?

Тем не менее я осталась на месте. Но мой взгляд по моим ощущениям должен был метать молнии. Потому что кое-кто уже оглянулся на меня. Нас.

— Ты ничего не забыла?

— Дим, я завязала шнурки, — ответила я очень милым голосом.

Таким милым что закислило в щеках.

— Карточка, — пробасил человек-гора, а потом протянул ее мне. — Ты не взяла ее.

Я посмотрела на свой смартфон следом за ним и поняла, что ему позвонила беспокоящаяся за все и вся родственница. Люблю ее. Но…

— Спасибо за заботу, — сказала я, забирая у него темный прямоугольник с серебряным логотипом. — Но у меня NFС на смартфоне и я могу расплатиться через него.

— Спасибо за заботу, — сказала я, забирая у него темный прямоугольник с серебряным логотипом. — Но у меня NFС на смартфоне и я могу расплатиться через него.

Дима кивнул, показал меня поднятый вверх палец, означавший «класс» и наконец оставил меня в покое. В недоумении. Смущении. С горящими щеками. И проклинающего все вокруг. Про себя. Исключительно про себя.

— Ну, бабуля, — протянула я, заставив себя улыбнуться и откинуться на спинку кресла.

Помедлив немного, я вытащила из сумочки смартфон, подумала немного и даже включила камеру, чтобы сделать несколько фотографий для отчетности. О заливке фоток в «инсту» я даже не помышляла — насмотрелась на девушек блогеров и поняла, что начну карьеру «блогера» только когда поступлю в институт. В присутствии бабушки я не могла позволить себе протирать собой помещение ресторана.

— Тебе не кажется, что он староват для тебя? — сказали рядом, остановившись рядом с моим столиком. — Мне определенно.

Голос мужчины заставил мое сердце ёкнуть, а вот смысл фразы задохнуться от возмущения.