Глава 51

Проснулась рано, но мужа уже не было рядом. Ну и ладно. Быстро ополоснулась и принялась наводить марафет. Сегодня свадьба Лизы, нужно быть красивой, но быть не лучше невесты. Посему я сделал неброский макияж, полосы уложила вонами, и на этом все. Только надела платье, вернулся Глеб, немного потискав меня, направился принимать душ, и переодеваться. Вышел в коридор такой красивый, смотрит на меня пристально с полуулыбкой на губах.

— Что? — нервно спросила, чувствуя себя, как не в своей тарелке от его взгляда.

— Пока ничего, а вернемся домой, займемся вплотную продолжением рода… — от его предложения, низ живота обдало жаром.

— Да ну тебя! — махнула я рукой. Муж только усмехнулся и удалился в свой кабинет, и вовремя. Так как мне позвонила Соня, я предусмотрительно зашла в ванную комнату и включила воду. Кто знает, зачем она звонит.

— Да. — Шепотом произношу.

— Привет, Людок. Говорить можешь?

— Могу.

— Я подслушала Кирилла. Так вот, завтра в семь вечера Глеб встречается с моим у нас.

— И?

— Люд, не тупи. Кир, позволил мне съездить домой за вещами, пока они будут встречаться. Тебя это не настораживает? — Меня настораживает другое, если мой муж узнает о пропаже, даже и не знаю, какая у него реакция будет. Черт! Ох и не нравится мне наша шпионская миссия. — Люд, ты чего замолчала?

— Сонь, я тебя поняла, жду завтра в гости. — Закрывая кран, тяжко вздохнув, дала согласие на самоубийство. Выхожу из укрытия, и только кинула смартфон в клатч. Вышел Глеб, злой как тысяча чертей.

— Прослушку, живо вернула! — пророкотал он, я вздрогнула.

— Ты чего разорался? — попыталась изобразить спокойствие.

— Не усугубляй свое и так незавидное положение.

Я резко развернулась и направился в спальню к шкафу, там в коробке из-под обуви, я спрятала его цацку. Меня трясло от злости. Опять принялся угрожать!

— На, — процедила сквозь зубы, и сунула ему в руку пропажу. Только собралась уйти, его вопрос заставил остановиться.

— Соне позвони, пусть жучок возьмет с собой. — Я резко повернулась к нему.

— С чего ты решил, что жучок у нее?

— Я не решил, а знаю.

— Опять подслушиваешь! — взвилась я.

— Твоя тактика, сейчас бесперспективна. А за свою самодеятельность, готовься держать ответ. Так и быть, оставим разборки до вечера. Но, ты пожалеешь о своей выходке!

— Да пошел ты! — заорала на него. Глеб молниеносно оказался возле меня, и больно схватил рукой за скулы.

— Следи за своими репликами, милая… — угрожающе тихо, произнес он, пронизывая меня полным ярости взглядом. — Даже тебе не позволю подобное. А теперь марш в машину, и попробуй только выкинуть фортель на свадьбе друга. — Он резко убрал руку, при этом выражение на его лице было, словно он испачкался в грязи, прикоснувшись ко мне.

Чудом сдержала слезы. Я понимаю, что виновата, и сожалею. Но, его поведение убило на корню чувство вины. Теперь я зла на него, и не прощу эту выходку с угрозой. Приехали на свадьбу, муж словно ничего не случилось, приобнял меня за талию.

— Руку убери… — зашипела на него, как змея.

— Скажи, ты такая смелая или д… — вот тут он замолчал.

— Ну?

— Иди, подруга тебе жучком моим в сумочке машет. — Он сильнее сжал ладонь на моей талии, и слегка наклонившись ко мне, чуть слышно произнес. — Не делай глупости Беркутова. — Отпустил.

Его «Беркутова» сравни клейма на лбу, чтобы окружающие видели, кому я принадлежу. Мало того, что тиран, так еще и собственник жуткий!

— Люд, ты как? — не скрывая волнения, спрашивает подруга, бросая злые взгляды в сторону своего красавчика.

— Зла, обижена и жажду мести. — Так обрисовала свои чувства.

— Сильно орал? — возвращая мне злополучный жучок, поинтересовалась последствиями кашей авантюры.

— Он меня подавляет и унижает постоянно! Как же меня бесить эта ситуация!

— Ну так разводись или подчиняйся. — Я чуть не задохнулась от возмущения, и строго посмотрела на подругу.

— Оба варианта, меня не устраивают, я люблю мужа. Пусть он и тиран, но мой. И я не слабая девочка, чтобы бежать от сложностей, или превратиться в тихую тень!

— Ну… тогда нужно разработать стратегию… — начала она.

— Все, завязали со стратегиями, иначе в моей семье будут постоянные скандалы! Теперь я буду действовать по обстоятельствам, и со шпионской деятельностью, я тоже завязала. Его гнев понять можно, никому не приятно, что роятся в твоих вещах и воруют, мне самой от себя противно.

— Такого тирана, сложно перевоспитать.

— А кто сказал, что я это делать собралась? У меня другая цель, хочу научиться понимать его, и чтобы он понимал меня. Тем более, муж никогда не скрывал своего скверного характера, наоборот, показал все его грани. Так что, это мой осознанный выбор.

— С таким, как твой ужиться сложно, но и ты не сахар. Ваша пара, это скорое партнерский союз, и только когда придете к этому, скандалы прекратятся.

— Сонь, мы никогда не сможем к этому прийти! О каком партнерском союзе тут можно говорить? Мой муж главный в семье добытчик! Глеб привык все держать под своим контролем — не вытравишь, это у него на генном уровне заложено. Единственное где я командир, так это дом.

— Уже неплохо. Значит, твой муж может уступать.

— Может. Но и давит уж больно сильно. А его привычка унижать, бесит.

— Ну так прямо ему скажи, что тебе претит такое общение. Нечего злобой и засолками изводить себя, проблемы решаются только в том случае, если о них не молчать. Но не накалять ситуацию, а лучше сделать вид, что все хорошо.

— Сонь, я все понимаю. Но сейчас у меня только одно желание: стукнуть мужа по носу. Поверь, это он заслужил. Промолчу в этот раз, подобное может повториться. И пусть я неправа, но и он перегнул палку. Достал своими замашками тирана!

— Будешь мстить?

— Посмотрим.

Мы бы еще поговорили, но подошли наши мужчины. Глеб окинул меня насмешливым взглядом, и вновь его рука оказалась на талии.

— Планы мести вынашиваешь? — с полуулыбкой интересуется. Ты смотри ему весело! Стоп. А откуда он знает, что есть вероятность мести? Черт, опять прослушивает! Но как?

— Даже и так, что ты сделаешь, ударишь? — его глаза вспыхнули гневом.

— А вот оскорблять меня не нужно… — процедил он, убивая взглядом.

— Почему бы и нет? — пожала я плечами. — Тебе же можно меня унижать, оскорблять и делать больно. Осталось только избить, для полного комплекта.

— Люда, не неси ересь, я никогда женщин не бил, и не собираюсь этого менять. Да, сорвался, так ты вывела меня из себя! Сколько можно тебе говорить: не лезь в мужские игры, и не суй нос, куда не следует. Я уже не знаю, как до тебя донести эту информацию.

— Так ты уже нашел способ — наказание. — Муж пристально посмотрел мне в глаза, и недовольно поджал губы. Отлично, снаряд достиг цели.

— Дома все обсудим. А сейчас, давай порадуемся за молодых, они не засуживают видеть наши кислые мины.

Он прав. Посему я прекратила выяснение отношений. Переключилась на Аверина и Лизу. Подруга была счастлива, казалось, от нее исходит свет. Наверное, это беременность так на нее повлияла. А как они смотрели друг на друга… Сразу видно — влюблены. Да, он у нее тоже тиран, но ее все устраивает. А вот меня нет, я хочу уважение к себе. Аверин, постарался на славу, чтобы подарить своей жене незабываемый праздник. Когда мы были на регистрации брака, я чуть не расплакалась, от счастья за них. Глеб незаметно для окружающих, нежно погладил меня по спине успокаивая. Я только шмыгнула носом, и взяла себя в руки. Когда прибыли в ресторан, моя жажда мести не угасла, более того, она разгорелась с новости силой, из-за замашек собственника мужа. Он буквально не отпускал меня от себя ни на шаг.

— Глеб, завязывай ревновать! — попыталась отодрать его руку от себя, стоило нам зайти в банкетный зал.

— А я тебя и не ревную. — Отпускает. — Можешь идти к подругам, и попросить их сцедить немного яда в долг, чувствую, что до возвращения домой, ты свой весь израсходуешь.

Вот гад! Окинула его полным гнева взглядом, и не сказав ни слова, отправилась к девочкам. После разговора с ними стало понятно, наши мужики совсем обнаглели!

— Ну, и что делать будем? — поочередно смотря на нас, спросила Юля.

— Не знаю как вы, а я со своим за одни стол не сяду, боюсь не смогу сдержаться.

— А что, хорошая идея, пусть посидят одни, и подумают над своим поведением. Мой вообще бросается из крайности в крайность, на днях замучил своей ревностью, а сейчас делает вид, что тогда было временное помутнение. — Соня-то расстроила, что ее не ревнует Кир. Дела…

Когда пришло время рассаживаться, муж вновь подошел ко мне.

— Потом с подругами нам косточки обглодаете, а сейчас изобрази счастье, Лиза на тебя смотрит, не порти ей праздник. Да и волноваться, в ее положение опасно. — Пришлось улыбаться, но я разозлилась, наверное, поэтому и сказала, не то что думала. Хотела, чтобы и он почувствовал, как можно больно сделать словами.

— Может я тоже в положение, и ничего, ты мне угрожаешь. Знаешь, вот сегодня я пожалела, что вышла за тебя замуж, не созрел ты для брака…

— Что-то мне подсказывает, что мой снаряд попал в цель, иначе как объяснить, твои постоянные заскоки?

Я аж воздухом подавилась, и резко остановилась.

— Кх… Повтори.

— Хорошо, не заскоки, а переменчивое настроение. Если ты в положении, я готов терпеть и подстраиваться. Но, кроме шпионской деятельности. А если нет, тебе стоит подумать над своим поведением.

— Чудненько! Я еще и виновата. А насчет беременности, я пошутила. И вообще, я начну предохраняться, не созрел ты еще для детей.

— Поддерживаю. Мне некогда за двумя детьми бегать. — Не остался он в долгу. У меня от злости даже потемнело в глазах.

— Может, разведемся?! — меня понесло от обиды.

— Исключено, лучше я подожду, когда ты повзрослеешь.

Да— блин! Сколько можно оскорблять-то!

Только мы подошли к столу, Глеб потянул за собой. Выдернула руку. Он в недоумение уставился на меня.

— С чего вдруг я должна с тобой сидеть?!

— С того, что ты моя женщина! — процедил мой сквозь зубы, пытаясь внешне не показать окружающим, насколько он зол. Калагов, удивленно посмотрела на друга, а вот Кир, полупил взор, пытаясь спрятать улыбку. Решила его добить. Пусть почувствует на своей шкуре, каково это, когда тебя оскорбляют!

— Что-то не припомню такого события в своей жизни, — мой дернулся как удара, но тут же взял себя в руки. Только полыхающий злостью взгляд говорил, что мой удар достиг цели, но я добавляю: — тем более меня от твоей физиономии воротит. — Меня и правда, стало подташнивать, это на нервах.

— Слушайте, давайте не будем устраивать сцен! Мальчики пусть садятся по ту сторону стола, а мы по эту. Тогда никаких вопросов не возникнет. — Как всегда, Соня взяла ситуацию в руки, а то мы стали привлекать к нашему столу внимание гостей.

Тут Юля взбунтовалась, за что была награждена взглядом «придушу». Но, подруга не спасовала, а села рядом с Соней. Колагов был зол, но он мужественно молчал. Да и мы, не заводили разговоры, ведь не костерить же их прямо в глаза. Сидим напротив друг друга, ведем перестрелку взглядами. И тут, мой с Киром как-то подозрительно хитро на нас посмотрели? Я напряглась. Первый шарахнул «остроумием» мой:

— Люда, не стоит делать такой скорбный вид, будто ты подругу не замуж выдаешь, а в последний путь провожаешь.

Вот гад!

— А при чем тут Лиза? — приняла его подачу, — Я расстроена по другому поводу.

— Пусть сволочь, голову поломает, по какому поводу я еще расстроена.

— Поделишься? — ехидно поинтересовался он, и поднес ко рту вилку с салатом.

Я в шоке! Я ему только что, прямым текстом говорила: обидел, оскорбил, сделал больно. А он… Ну все, сейчас ты подавишься!

— Зачем мне говорить дважды? — шмыгнула носом, и с упреком посмотрела на мужа. Тот замер.

— Не понял?

Да куда тебе понять… Хотела промолчать, но стерва неожиданно очнулась от долгой спячки. Что-то она давно не давала признаки к жизни? Видимо, когда я собралась выйти замуж, та сразу поняла, что это конец, и впала в кому.

— А что тут не понять? — цинично стрельнула в него глазками, и делаю паузу, пусть попереживает, ему полезно. Глеб решил, что это надолго, и только донес вилку с едой до рта, я выдала: — Ты же у нас только ту информацию воспринимаешь, которую воровато добыл, а именно — подслушал.

Мой от такого наезда поперхнулся, а Сонин ревнивец тут же кинулся спасать друга, дал ему стакан водой. Откашлявшись, муж хмуро на меня посмотрел и перешел в контрнаступление:

— Прослушивал, прослушиваю и буду прослушивать до тех пор, пока ты, вертихвостка, будешь нарываться на неприятности!

Я? Вертихвостка? Это уже слишком!

— Ты самая большая моя неприятность! — взвилась.

— Позже поговорим, — тут же осадил меня.

— Люда, может, не стоит после командировки перебираться к нему? To, что Тимур тебя доставать будет — это еще под вопросом, а вот что ты потеряешь кучу нервных клеток, живя с этим — факт. — Подруга тонко намекнула моему мужу, что если тот и дальше будет двигаться в этом направлении, то я могу и свинтить. И тут до меня дошло. Она сказала «командировке»! Посмотрела на мужа, он невозмутимым видом кушает.

— Солнышко, мне кажется, ты не ту специальность выбрала. Тебе бы на лесопилке пилой работать.

Тут же влез Кир, наверное, чтобы я не обратила на оговорку внимание. Поздно, я все слышала. Или она имела, введу мою? Для всех я еду в командировку по работе, а не в родной город на эксгумацию тела отца. Черт! Я все время гнала мысли об этом, сейчас вспомнила, и меня начало мутить. Хотя о чем я! Все я помнила.

— Ну, раз я такая пила, что ты мне прохода не даешь? Или ты любитель остренького? — Разошлась подруга.

— Нет, я любитель сладенького, — отвечает белобрысая ехидина, плотоядно посмотрев на подругу.

— Да? — взвилась она. — Тогда, выходит, ты ко мне пристал совсем из-за другого: мама сказала — сынок сделал.

Зачет! Кир в ярости.

Только он собрался ответить подруге, как Лизин муж подал знак, и они, извинившись, куда-то удалились.

Я даже растерялась!

— Что-то я не поняла… — Соню постигла та же участь, — А куда табун отмороженных холостяков погарцевал? — пожала плечами, так как сама теряюсь в догадках. — Сейчас узнаю. — Подскочив Соня, прямой наводкой рванула к Лизе, и пошептавшись с ней, вернулась в приподнятом настроении. Девочки, они нас вертихвостками называют?

— Да, — в унисон, ответили мы с Юлей.

— А раз так, почему бы их не проучить? Впредь будут знать, как бросаться голословными обвинениями.

— Э… — зависла Юля, видимо, прикидывая последствия после выходки. Не прошло и минуты, как она гордо приподняла подбородок, выдала: — Я в деле!

«Ну-блин!» — взвыла я, но согласие дала. Так как вспомнила, что он меня «вертихвосткой» назвал.

Не успели девочки и я вместе с ними выйти на тропу самоубийства, как неожиданно погас свет. Все вокруг замолчали, и заиграла мелодия песни, исполнителя Joe Dassin «Если б не было тебя», разрушая мрак, тонкий луч света пронзил темноту, и постепенно увеличиваясь, остановился на Аверине. Жених, смотря влюбленными глазами на Лизу, запел:

Если б не было тебя,

Скажи, зачем тогда мне жить?

Все, я всхлипнула и полезла за платочком в клатч. Вот как знала, что понадобиться! Вот это я понимаю любовь, не то что у Глеба: стоять — бояться. Не знала, что Аверин так красиво поет, у него талант… Только я восхитилась женихом, заиграл саксофон, присмотрела Кирилл. Ничего себе! Стала искать своего взглядом, нашла, играет на ударной установке. В принципе ничего удивительного, мой может ассоциироваться только с этим инструментом. Бить барабаны удел дикарей. Хотя ничего так смотрится, вот девушка за столиком недалеко от оркестра моему глазки строит.

«Пойти, что ли, ей салатом прическу украсить? Нечего на чужого мужа рот разевать!» — разозлилась, и тут же придушила в зародыше кровожадную мысль, еще не хватало сцены ревности закатывать. Я ревную? Увы, да!

Песня закончилась, мужчины покинули зал. Я уже решила, не нарываться. Но, Соня схватив меня за руку, повела в сторону, где уже Юля танцует, но одна.

— Сонь, может не стоит? — попыталась ее остановить.

— Я, вообще-то, с тобой поговорить хочу, вот и отвела в сторону. Юля-то не в курсе, что вы женаты. Так вот, ответь подруга, зачем ты своего до греха доводишь?

— А ты своего?

— Ты, жена, а я вот под вопросом, жирным таким… Так вот, еще раз спрашиваю, что случилось? Я слышала, как вы с ним ругались, и ты упоминала о разводе! Я же пошутила тогда. — Прикрыла глаза, собираясь с силами.

— Сама понимаю, что веду себя не совсем адекватно, это все на нервной почве. Муж мне слово, а я уже воспринимаю как нападки на меня, даже если это не так. Понимаешь, я не в командировку еду, а с мужем давать согласие на эксгумацию отца. Глеб считает, что его убили. — Соня охнула, и тут же приобняла меня. — Вот я и дерганная такая. Держишь в себе весь негатив, а потом бац, и снесло платину. И ты уже не спокойный и уверенный в себе человек, а психически ненормальная женщина.

— Милая, — отстранилась она, — я понимаю, как тебя сейчас тяжело, но это жизнь, и она часто бывает несправедлива. Просто прошу, не нужно рушить настоящее из- за прошлого.

— Глеб любит тебя. Да у него сложный характер. Но, женщина любого зверя может превратить в ласкового котенка, душевной теплотой и любовью. Попробуй, не провоцировать его, а просто поговорить. Расскажи свои страхи, тревоги, что тебя ранит. Вы непросто случайные знакомые, теперь вы семья, понимаешь? У вас сейчас все горести и радости на двоих. Поверь мне, твой муж готов в любую минуту плечо подставить, только попроси. А насчет грубости, я знаю в общих чертах, чем он еще занимается. Так вот, человек, который видит постоянно смерть, не может быть душкой, это из области фантастики. Но у вас есть выход, создайте тандем: ты его тихая гавань, что лечит душу, а он твоя сила и уверенность в завтрашнем дне.

— Ты права. Хватит истерить, пора жизнь налаживать. Тем более, Глеб умеет слушать, и пытается подстроиться. Мы собственно и ругаемся, из-за моих выходок, в остальном у нас все хорошо.

— Ну, тогда пойдем, Юлю от самоубийства спасать… — хохотнула Соня, и только мы развернулись к подруге, как:

— Девочки, спасите нашу честь… — я с подругой резко повернулась на голос. Перед нами стоят два симпатичных парня. — Мы… замялся он, — короче, если с вами не потанцуем, то проиграем.

— Это что, новый подкат? — Тут же наехала на них Соня.

— Нет. — Протягивает он мне листочек, бросила взгляд, это фант. — Тамада развлекается, — несмело пояснил парень.

— Ничего криминального тут нет, но хотим сразу предупредить, у нас очень ревнивые мужчины..

— Будем танцевать прилично. — Улыбнулся парень, подав мне руку. — Я тоже ревнивый, но терплю, вои моя жена танцует, с довольно-таки красивым соперником.

— Я не выдержала и рассмеялась, уж больно его мимика была комична.

Танец закончился, и мы вернулись к столу, наши мужчины уже вернулись. Мой смотрела на меня с осуждением, но ничего не сказал по поводу моего танца. Понятно, дома будут разборки. Всю свадьбу делала вид, что все хорошо, но в душе поселилось дурное предчувствие. Он вел со мной себя сдержанно, словно мы посторонние люди.

***

Ничего Люде не сказал, не хотел опять собачиться, надоело. Через минут десять вновь вышел на улицу, нужно было глотнуть свежего воздуха, и успокоится.

— Глеб, да не обращай ты внимание, она просто хочет пробудить в тебе инстинкт охотника. — Услышал я веселый голос Артура.

— Забудь. — Махнул я рукой, не хочу обсуждать свои семейные проблемы, даже с друзьями.

— Я-то забуду, а вот ты нет. Так что, не трать время, хватай ее за шкирку, и дома запри. — Не унимался он. — Нет, лучше женись, но через шесть месяцев.

— Так он у нас уже женился. — Откуда ни возьми, взялся Кир, и слил нас Людой.

— Да ладно! — ошарашенно посмотрела на меня Артур. Затем нахмурившись, выдал: — Тогда, вначале отшлепай ее, а потом закрой дома.

— Артур, я не бью женщин, даже в воспитательных целях. А как со своей женой поступить, я сам разберусь. Лучше иди к своей любимой, она может заскучать, или наши ее плохому научат.

— Ваши могут, не женщины, а гарпии!

— Аверин, я твою жену не обзываю, попрошу и мою не трогать.

— Действительно, Артур, фильтруй базар, когда о наших дамах говоришь. Моя Соня солнышко, пусть от нее можно иногда получить тепловой удар, но никак не гарпия.

— Понял. — Хохотнул он, и тут же спохватился. — Мужики, у меня просьба, пусть Лиза не знает до родов, насчет свадьбы Глеба и Люды.

— Чего?! — в унисон, воскликнули мы с Киром.

— А что такого? Ты сам все втихушку провернул, так какая разница, сколько времени это будет тайной?

— Да зашибись! Я, это делал по двум причинам: безопасность, и не хотел всеобщее внимание перетягивать на нашу с Людой пару. Ты женился, а с первым скоро разберемся. Так какого я должен все от всех в секрете держать? — Друг забавно сморщился.

— Дело в том, что сегодня я с ней поспорил, на вас.

Охренеть!

— А поподробнее? — недовольно смотря на друга, попросил разъяснения Кир.

— Дословно я ей сказал так: мой друг и твоя подруга — пара, а у нас плюс ребенок.

— Совсем умом повредился?! — взревел Кир, возможно, он тоже хотел закатить шикарную свадьбу.

— Артур, как ты мог спорить на такое с беременной женщиной? — я был в шоке от его выходки.

— Так кто ж знал, что вы шустрые такие. Теперь понимаю, сглупил. Но, сами понимаете: пари, это что карточный долг — святое. Поэтому и прошу, держите свои отношения в секрете, как ее подготовлю, дам знать. Считайте, это вашим мне свадебным подарком.

— Знаешь ты кто? Эгоист! — все не унимался Кир.

— Да не эгоист я, просто перестраховываюсь. Я где-то читал…

— Все, не продолжай! — оборвал я его. Так как он нам уже весь мозг вынес, рассказывая о беременных, начитается всякой хрени, а потом изводит себя и нас. Мы пока репетировали, он весь процесс беременности и родов в деталях описывал, даже картинки показывал. Причем каждый раз одно и то же, но из разных источников.

— У меня слов нет, чтобы описать твою выходку. — Махнул рукой Кир, явно соглашаясь. — Ладно, сделаем, как ты просишь. Теперь иди Марата «обрадуй», пусть и он тоже выпадет в осадок от твоей выходки.

— Согласен, просьба весьма специфическая. Но, вы меня понять должны, отказаться от пари я не могу. Но, в то же время если что-то случится с Лизой, я этого не вынесу. Она моя семья, понимаете? Кроме нее, у меня нет никого из родных.

— Сохраним мы твою тайну, и своих женщин попросим молчать. И все-таки я надеюсь, что после ее родов, ты не будешь принуждать жену рожать под давлением. Неправильно как-то это…

Вернулся в зал, и чуть не выругался: Люда опять с кем-то! Это была последняя капля терпения, когда увидел ее танцующей уже с другим мужчиной, и смеющейся, словно все замечательно. Сейчас она напоминала мне мою мать, также мотала нервы моему отцу своими капризами. Представляю ее реакцию, если бы я с другой бабой при ней выплясывал. А ей можно, ничего тут криминального нет. Может, действительно я ошибся и поторопился с браком? Для нее норма послать меня нахер, и сказать, что от одного моего вида ее воротит. Если она хочет жить, как и прежде, не буду неволить, насильно мил не будешь. Ничего переживу, лучшей сейчас все прекратить, чем позволить и дальше делать нас обоих несчастными. Ладно, сделаю последнюю попытку, поговорю, если и дальше будет взбрыкивать, то гори оно все синим пламенем! Ноги об себя вытирать некому не позволю, даже ей.

***

Распрощались с молодыми, и поехали домой. Глеб напряженно о чем-то думал мне это совсем не понравилось.

— Глеб… — робко начала я.

— Люда, вот скажи, чего ты добиваешься? — его голос звучал спокойно, но побелевшие костяшки на руках, говорили, что муж всеми силами сдерживает свой гнев.

— Ты меня за вечер ни разу не пригласил, вот я и принялась чувствовать в конкурсах.

— Рад, что развлеклась. — Сухо отвечает.

— Глеб, эта всего лишь фант…

— Да черт с этим фантом! — ударил он рукой по рулю.

— Ничего подобного, ты злишься, иначе зачем ломать руль.

— Не переживай, я сдерживаю силу…

— Ревнуешь? — он тяжко вздохнул, и с нисхождением посмотрел на меня.

— Нет, не ревную. Но, я спрашивал не о плясках и конкурсах. А почему ты с маниакальной настойчивостью, пытаешься похерить наш брак?

Я? Разрушить брак? Нет, это уже ни в какие ворота не лезет!

— У себя спроси. Я что одна…

— Все ясно, можешь не продолжать. Домой приедем, поговорим.