Глава 52

Приехав домой, мы сразу пошли в зал, я села на диван, а Глеб расположился, напротив, в кресле. Сердце заныло, предчувствуя, что разговор мне не понравится.

— Люда, — начал он, — сейчас я выскажу свою позицию, но для начала начнем с водной. Вернее, с романов на которых ты воспитывалась.

— Будешь попрекать ими? Вот как знала, что не стоит тебе их давать! — начала я заводиться.

— Твои выводы неверны. Я хочу показать, где заканчивается фантазия, и где начинается реальность. — Он достал смартфон, и что-то принялся в нем искать.

— Да хотя бы на этом примере: главная героиня живет в маленькой квартире, куча комплексов, одевается неряшливо, не ухаживает за собой, зато… — он поднимает палец кверху, — девственница, высоко моральными принципами. На этом и заканчиваются ее достижения.

— Ты сейчас кинул камень в мой огород? — он приподнял одну бровь, и пристально посмотрел на меня.

— А ты видишь сходство? — молчу. — Так вот, случайно они встречаются, с богатым мужиком.

— Опять намек?

— Не сказал бы… Так вот, влюбился он в нее без памяти, правда, я так и не понял за что.

— Любят не за что-то…

— Тут бы я с тобой поспорил. Не нужно путать страсть, которая быстро гаснет, и не воспламеняется вновь с любовью. Мужчины если влюбляется, то не в красивую обложку, а во все сразу: внешность, ум женщины, человеческие качества, запах ее кожи и т. д. Химия не в счет, это относится к страсти. Так вот о романе, вот тут начинается полная хрень. Она вся такая неприступная, пытается отбрыкаться от своего счастья, он же всеми силами пытается добиться ее. Наконец получает, желаемого, можно выдохнуть. НО, самое фантастическое, она его учит жизни, и превращает в тряпку. Вот скажи Люда, чему может научить человек, который в жизни ничего даже для себя не мог сделать? Помимо витания в грезах, она даже ходила как замухрышка! Отсутствие денег, это не порок, а вот ходить девушке как бомж, это отвратительно. Другой вопрос, как может мужчина имеющий стержень, стать размазней и потакать дурным капризам жены? Если собрать суть всех романов, то вам страсть, как хочется из мужика размазню или раба сделать. За счет этого и самоутвердится, это абстрактное видение. Насчет того, что ходите быть любимыми, финансовую стабильность и уважение, тут вполне нормальное желание. Так вот к чему я веду. Вот ты в своих мечтах всегда грезила о тиране. Он у тебя есть, и тут начинается интересное. To он ни таким тоном говорит, то он так посмотрел, и о боже! Он похабное слово сказал. А теперь подумай, может ты мечтала о трепетном ботанике?

— Да не нужен мне ботаник!

— Может романтик? — молчу. — Понятно. Но, и такой, как я тебе не нужен. Стоило нам пожениться, так тут началось. Тут же решила меня переделать. Ты хоть сама понимаешь, что это неприемлемо?

— Ты тоже хочешь меня изменить.

— Ничего подобного. Будь какой и была, только не лезь в мои дела. У нас из-за этого в основном скандалы. Если бы это касалось, только моей безопасности, то пес с ним, я уже давно смирился смыслю, что меня могу пристрелить. Но ты подставляешь и других людей.

— Да как я подставляю!

— Люда, я всегда с тобой был честен, не строил из себя принца. Я рассказал тебе о себе даже больше чем положено, чтобы ты понимала за кого выходишь замуж. Разве я говорил, что мягкий и пушистый? Разве я говорил, что работаю в магазине цветов? Люд, ты жена боевого офицера, который помимо всего этого, занимается и расследованиями, причем прижать я собираюсь не мелких сошек, а уничтожить всю верхушку разом.

Меня вновь замутило, от осознания опасности. Когда он говорил ранее, я все-таки до конца не понимала, а вот сейчас стало постепенно доходить.

— Ты хоть понимаешь, что за тайником могли люди Тимура следить, или кто-то еще. Прикопали бы вас в лесочке, и все.

— Мы просто хотели помочь.

— Это моя забота…

— Как ты не поймешь, мы хотели как лучше!

— Ладно, объясню по-другому. Представь, что вместо тебя трехлетняя девочка, начнет варить борщ? Сто процентов может покалечить себя, да и рецепта толком не знает. Так вот ваше расследование выглядит так же. Более того, вы можете навредить нам. Вот вы решили нас Кириллом прослушать, а тебе не приходило в голову, что мы могли говорить о другом деле? Представь, что вы с подругами принялись обсуждать услышанное где-то в людном месте, и ненужные люди услышали. Этим самым, вы можете поставить под удар моих ребят.

— Да не стали бы мы обсуждать! Если ты хочешь услышать, что я была не права, то я признаю свою ошибку.

— Рад, что понимаешь.

— Но и ты, не мягкий и пушистый. Ты меня постоянно унижаешь! — Решила и я ему высказать свои претензии.

— О, давай поговорим, кто кого унижает. Для тебя норма, послать меня нахрен, при всех заявить, что противно на меня смотреть. Собраться с подругами, и начать коллективно думать, как мне напакостить. Это нормально? Более того, зная, что как я реагирую на других мужчин, ты принялась с ними танцевать. Представь, если бы я такое выкинул?

Это бы мне точно не понравилось. Как ни крути, но практически во всем он прав. И все же…

— Но, ты меня даже не приглашал сегодня!

— Я тебе говорил, что не люблю свои чувства демонстрировать посторонним. И плясать, я тоже не люблю. Но, я бы сделал это для тебя. Только, ты всем видом показывала, что твой муж последний человек в зале с кем ты готова танцевать. Да и слушать оскорбления от тебя я не хотел, надоело. В отличие от тебя Люда, я осознаю, что был не прав, и делаю выводы. И если я тебя чем-то и обежал, то это было не осознанно, так как мне никогда раньше не приходилось думать о чувствах других женщин. Они мне нахрен не нужны были, чтобы этим заморачиваться! А ты, осознанно, старалась уколоть меня, да побольнее. Не это ли верх цинизма?

Опять прав. Но, есть и другое, что мне не нравится.

— Твоя манера разговаривать в приказном тоне, просто бесит.

— Правильное слово ты подобрала «манера», это мой стиль разговора. И вот, дожив до тридцати шести лет, я должен дома, постоянно думать, чтобы случайно не то слово не сказать, интонацию контролировать. Это я тебе скажу, тоже напрягает.

— А что скажешь насчет угроз?

— Скажи, я хоть раз тебя наказывал? Да, могу сказать подобное, но чтобы в чувства тебя привести. Ты же когда загоришься какой-то идей, все гаси свечи! А так, у тебя на подсознательном уровне, будет мигать красная лампочка, напоминая, что могут быть последствия.

— Ты мне сегодня больно сделал и посмотрел, как на грязь! — решила припомнить утренний инцидент.

— Извини, я немного не рассчитал силы, тут я не прав, и подобного не повторится. Я был в ярости, просил же не лезть. И я не смотрел я на тебя как на грязь, это моя реакция на себя, когда понял, что сделал больно. А как мне не разозлится? Мне на работе постоянно приходится быть в напряжении, приходишь домой, нет, чтобы отдохнуть и расслабиться, идешь и думаешь, что на этот раз выкинула моя жена! Твои поступки я воспринимаю, как удар в спину, и с каждым разом теряю веру в тебя.

— А что тебе думать, ты обычно прослушиваешь!

— Ах это. Вначале это был способ, быстрее узнать тебя, даже охотой. Но, я не горжусь этим поступком. Но, дальше ты вынудила меня это делать, своей шпионской деятельностью. Это уже затрагивало не мои личные интересы и твою безопасность, но и других людей. Ты стала моей слабостью, а не надежным тылом. Я больше не могу тебе доверять, возможно со временем, но не сейчас. Для тебя это игра, для меня судьбы и жизни других людей. Тем более, я тебя предупреждал, что есть вещи, которые я простить не смогу. Была бы другая женщина на твоем месте, то наши отношения закончились уже давно, и не было задушевных разговоров.

Как же больно это слышать! Не могу описать весь спектр чувств, что лавиной хлынули на меня: обида, горечь, стыд, боль и предчувствия катастрофы.

— Может, и со мной разговоры не нужно! — Обида взяла верх.

— Понятно, конструктивного диалога не получается. Значит, поступим так. Я дам тебе время принять решение, сейчас ты на эмоциях и здраво рассуждать у тебя не получается.

— Какое решение? Превратится в бессовестную тень?

— Этого я не хочу.

— Тогда о каком решении я должна подумать?

— Я ухожу от тебя Люда.

Эти слова были, сравни грому средь ясного неба. Сердце замерло и острая боль пронзило его, дышать стало нечем. Мне чудом удалась изобразить спокойствия, а вот душа кричала, корчась от боли и обиды.

— Но, я оставляю выбор за тобой. У тебя будет время принять решение: хочешь ты быть со мной или нет. Больше я принуждать тебя не буду, и уговаривать тоже, не вижу смысла, да и надоело заниматься бесполезным сотрясанием воздуха. Сейчас я озвучу несколько вариантов развития нашего будущего, но выбирать тебе.

Первый: Ты меня не принимаешь таким, как есть и хочешь жить самостоятельно. Держать не буду. Так как это означает только одно: именно я тебе был не нужен. А делать из себя вымышленную тобой когда-то фантазию, не позволю. Лучше расстаться, чем продолжать этот фарс. Эта квартира твоя, я ее перед прошлой командировкой переоформил на тебя, как и пакет акций. Так что жильем и финансово ты обеспечена. Насчет отца я все решу. Можешь оставаться работать меня, но не в моем кабинете, сама понимаешь, это уже будет не приемлемым. Или же, я помогу тебе найти другую хорошую организацию. Если нет желания работать, то у тебя денег достаточно, чтобы жить и ни в чем не нуждаться. Сделаешь этот выбор при следующей встрече, я отдам тебе все документы. И на этом наши отношения закончатся, без какого-либо шанса на примирения. Живи, как знаешь, докучать своим присутствием не стану. Да и не хочу пытаться строить отношения с человеком, который может меня подставить в любой момент.

— Да не нужно мне ничего от тебя!

— Не обсуждается, и не перебивай. — Холодно остановил он меня.

— Второй вариант: если выясниться что ты в положении, а хотела выбрать первый вариант. Тут два решения проблемы. Выход «А»: мы попытаемся как-то существовать рядом, но это будет своего рода видимость брака, но я постараюсь подстроиться под обстоятельства. Тебя не прошу, так выбор первого варианта, говорит о том, что тебя я нахрен не нужен. Но, это в том случае, если сама захочешь быть со мной, вероятней всего, из-за статуса замужней женщины. Но в этом случае, я не верю в счастливое будущее. Выход «Б»: Ты рожаешь, но не можешь меня видеть. Придется договариваться, либо ты отказываешься от ребенка, — только я хотела возмутиться, но он остановил меня жестом руки, — в чем я сомневаюсь, значит, наши права равные. Захочешь выйти за кого-то замуж, препятствовать не буду, но не позволю разлучать меня с ребенком. Можно быть спокойна: бегать за тобой не буду, и уговаривать быть со мной то же. Так как считаю, бесперспективно пытаться строить отношения с человеком, который этого не желает, и его «я» превыше всего.

— Судя по твоим предложениям, твое «я» тоже зашкаливает… — изображая иронию, пыталась сделать вид, что мне все равно.

— Опять перебиваешь. — покачал он головой. — Итак, третий вариант: Первое и незыблемое правило: ты больше никогда не суешь нос в мою работу, это табу. Остальное скорее пожелания. Ты, начинаешь говорить, что тебя беспокоит, а не устраивать засолочный терроризм. Хочешь засолками заниматься, так делай это в удовольствие, а не в пику мне. Завязывай меня переделывать, я сам подстроюсь под тебя, если увижу в этом необходимость. Только не молчи и не дуйся, если обидел. Больше мне ничего от тебя не нужно. — Он встает с кресла: — Если есть свои добавления и пожелания к третьему варианту, готов выслушать, но после того как вернусь из командировки. Сейчас я ухожу, а ты подумай о моих словах. На работу я буду заскакивать в обед, сделай так, чтобы мы не пересекались. Мне звони, только в крайнем случае, по мелочам обращайся к Яну… — Он развернулся и направился к выходу.

— A зачем мне думать, если ты меня видеть и слышать не хочешь! — Крикнула ему в спину, не сумев справится с обидой. Глеб повернулся ко мне.

— Это делается в твоих интересах. Ты вспомнишь, как жить без меня. Наша встреча или разговоры, могут склонить чашу весов, в ту или иную сторону. Я в этом не заинтересован, тебе нужно самой определиться, что конкретно ты хочешь, без давления с моей стороны. Ты мечтала о тиране, но когда встретила его в реальной жизни, поняла, что не твое. Так же, я предупреждал, какой я на самом деле, ты решила, что тебя это вполне устраивает, стоило нам пожениться, оказалось, что нет. Я не говорю, что не готов меняться, и осознаю, что залог счастливого брака, это упорный труд, причем обоих супругов.

— А как же я никогда сдаюсь?

— Встреча с моей матерью, напомнила, что насильно мил не будешь. Я даю тебе свободу, так как не хочу ненавидеть. А если мы и дальше будем двигаться в том же направлении, это обязательно случится. Я не в коей мерее, не думаю, что кинешься, как моя мать во все тяжкие, я говорю, а эмоциональной составляющей. Поверь, лучше сейчас все прекратить, чем повторить их судьбу. Лучше ты найдешь того, кто будет соответствовать твоим реальным ожиданиям, а не подобие героя в романах. Ведь реальная жизнь, это сложная штука, тут недостаточно страницу перевернуть, или главу перескочить, чтобы уйти от негативных эмоций. Нет Люда, эти эмоции нужно еще и на собственной шкуре испытать. Могу дать совет, вспомни, что я говорил о себе. И тогда взвешенно принимай решение, я приму любое. И да, чуть не забыл. Не вздумай проговориться Лизе, что мы женаты и у нас проблемы. Она в положении, ей наши переживания ни к чему. Прошу, не геройствуй, во всем слушайся моего помощника: твоя мачеха наняла киллера. — Я вздрогнула. — Не переживай, его пасут, да и не ты первая его цель.

— Глеб, ты действительно можешь спокойно меня отпустить, если я выберу первый вариант? — спросила не потому, что хотела уйти от него. Мне было важно знать его чувства ко мне. Ведь даже сейчас не сказал, что любил, или любил.

— Отпущу. — Он пристально посмотрел мне в глаза. — А, насчет, спокойно ли… — усмехнулся, — в случае выбора первого, это уже тебя не будет касаться. Главное, ты получишь свободу, на этом все. — Развернулся и направился к выходу. Звук его удаляющихся шагов, отдавался болью в сердце, хлопок закрывшейся двери, ударил по оголенным нервам, и я оказалась вакууме, заполненным болью и отчаяньем. Да, выбор за мной. Но…