Глава 5

Утро воскресенья началось для меня очень поздно. Признаться, давно я так сладко не спала. Удобная кровать с жестким матрасом, плотные темные шторы на окнах и тишина позволили мне с комфортом отдохнуть до обеда. Организм явно отвык от долгого сна, и спросонья немного кружилась голова, но контрастный душ поспособствовал бодрости.

На кухне нашлось кофе в пакетиках и огромная кружка. Я даже сомневалась, стоит ли ее брать, но вчера Руслан высмеял мое стремление спать на диване, а не на хозяйской кровати. По его заверениям, все свое он вывез еще до свадьбы, а то, что осталось, было ненужным интерьером. Они с Олей не сдавали квартиру только из принципа. Не хотели потом разбираться с проблемами, которые могут доставить чужие люди. А я почти своя, может, и не родня по крови, но близкий им по духу трудоголик.

Вчерашний вечер был волшебным. Тетя Катя только покачала головой и посоветовала купить шокер от таких соседей. Бойкая женщина в годах не верила, что сынок и невестка останутся в стороне, когда проблемы ударят по карману. Надеяться на полицию только из принципа «мне все должны», она не привыкла. Пережившая несколько смен власти, дефолт и разгул бандитизма, тетя Катя могла поучить жизни нас, молодых и несмышленых. Женщина, вообще, советовала порыться в прошлом моей соседки. Такими вредными и злыми не становятся за пару лет, на это должен быть «загиб мозга».

Еще на свадьбе я заметила родственницу Руслана. Все еще красивая, ухоженная, с очень добрым взглядом, она чем-то напоминала мне мою бабушку, с ее ласковыми советами и понимающими кивками головы. Вот уж кто знал о моем и Сашкином взрослении все. Про первые сигареты, про дискотеки, про редкие поцелуи с мальчиками… За чашкой чая на ее кухне, бабушка слушала все, что мы готовы были ей рассказать, и только потом высказывала свою точку зрения. Ее любимый способ сбивать с толку оппонента, был простым вопросом: «я вас не обидела?», произнесенным вкрадчивым голосом, с внимательным взглядом в глаза. Сколько раз я видела эффект от ее обычной дружелюбной магии, и сосчитать сложно. Но спорщики, склочники, и хамоватые водители общественного транспорта всегда отвечали, что нет. Кто-то прятал после глаза, а кто и вовсе начинал относиться к ней с почтением. Продавщицы из ближайшего магазина всегда оставляли для нее хлеб и свежее молоко, дворник одаривал цветами с клумбы. Редко к кому я видела столько доброжелательности. Наверное, мы с Сашей подсознательно тянулись к ее манере держаться и вести себя. Но сейчас она далеко, а я по ней соскучилась. Жаль, что отпуск будет не раньше весны.

Откинувшись на спинку добротного стула, я взяла горячую кружку в обе ладони. Есть еще не хотелось, но в магазин сходить нужно. Руслан дал контакты помогающей по хозяйству девушки, и если я хочу после вторника получить домашнюю еду, то должна закупиться сегодня.

Временный дом находился в получасе ходьбы от работы, а если на транспорте, добраться выходило еще быстрее. Наверное, это плюс всех маленьких городов. В Казани я до учебы добиралась почти два часа на различном транспорте, еще и с пересадками, и это если без пробок.

Вздрогнув от заигравшего мобильного, я пару раз глубоко вдохнула. Подхватив трубку, ответила.

— Привет счастливице с нормированными выходными, — звонившая мне Сашка явно была на кого-то обижена.

— Привет и тебе, о работник скальпеля. Что, твоя очередная жертва красоты смогла убежать?

Встав, я прошла к балконной двери, и потянув за ручку, отворила дверь. Впустила в кухню свежий воздух и вышла под солнечные лучи.

-Очень смешно. Да будет тебе известно, что от меня еще никто не смог уйти обделенным на пару усовершенствований.

— Ну, я точно избежала подобной участи, — ответила я, рассматривая пейзаж.

Во дворе играли дети, прогуливалась девушка с немецкой овчаркой. Обычный выходной день.

— Тебе ничего менять я не позволю. Ты и так хорошенькая. А большие сиськи или жирные губы —  пережитки моды. Они проходят быстро, а следить и ухаживать за новой попой, еще нужно уметь.

— Поверю твоему авторитетному мнению. Но если серьезно, то чего ты такая расстроенная?

Печальные нотки в голосе не скрывали бойкость фраз и уверенность в словах.

— Только получила снимки пятнадцатилетней девочки, которую нерадивая мамаша в детстве обварила кипятком. Лицо целое, а тело… повреждения были на 50% кожного покрова. Сейчас это, конечно, сгладилось в местах, где был шанс. Но остальное… Придется пересаживать много кожи. Операция не дешевая, само собой. За одну и даже три льготных я исправить много не смогу. Там минимум двенадцать нужно, и это при хорошем раскладе. Если сделать максимальную скидку, прогнать по всем программам благотворительным, то еще шесть бесплатных. Еще три будут стоить семье от 60 до 100 тысяч. Не сразу, а в течение пары лет. Но мамашка не хочет платить. Даже стала твердить, мол, кому какое дело, что там, под одеждой. Вот как говорить с такими? У самой педикюр, маникюр, реснички опахалом и салонный загар, а дочке — ходи страшной и в закрытой одежде.

— Дай угадаю, девочка от первого брака?

— Хуже. От первой любви, бросившей ее с ребенком. Но ведь это ее ребенок! Неважно, кто был вторым участником, мать-то она!

— Сашенька, твари есть везде. Эгоистичные, жадные, они видят, только когда тратят на них. А до других им нет дела.

Мне хотелось обнять Сашу сейчас. Она никогда не могла смотреть на боль в душах людей. А как пластический хирург, она повидала много подобных несчастных.

— Я действительно хочу помочь девочке, но если ничего не делать, то она покончит с собой! Уже и так было две попытки. Юлька к нам попала по рекомендации школьного психолога и социальной защиты.

— Так и помоги ей. Сделай все, что ты можешь бесплатно, выжидай по максимуму срок приживания, глядишь, девочка станет совершеннолетней, пойдет работать, сама накопит нужные деньги. Если она не совсем отчаялась, если увидит, что ты —  ее шанс стать снова красивой для самой себя, то будет стараться. И еще. Ты же можешь выстроить операции так, что сперва заменишь кожу на руках, груди и ногах? Купаться можно и в закрытом купальнике.

— Руки там целые, как и большая часть ног. Ожоги на туловище и бедрах. Я думаю, что смогу последовать твоему совету. Может, еще и придумаю, кого из стажеров на ее случай поставить. Им практика, а ей результат.

— Вот и нашли приемлемый вариант, а дальше уже по обстоятельствам, —  кивнув головой, я вернулась с балкона в кухню.

— Спасибо тебе. Не знаю, что на меня нашло. Как глаза кто отвел. Не видела решений.

— А может, ты мало отдыхаешь? Вот сколько ты сегодня спала?

— Ты меня не обижай, я меньше десяти часов не сплю. Не хватало мне еще дрожащие руки заиметь от недосыпа.

— А где именно ты спала? Могу поставить всю свою зарплату на кон, что в кабинете на диване!

— Так это для тебя мой диван так, мелочь, а я на нем умещаюсь отлично!

— Дело не в росте, а в том, что ты не отдыхаешь. Не спишь в комфортных условиях, не покидаешь свою клинику.

— А сама? Давно ли ты высыпалась с твоей соседкой? Может, в следующий раз я ее грохну сразу перед отъездом? Кто меня найдет потом? Ты себе алиби сделаешь — на работе будешь, под камерами.

— Может, и не придется так радикально действовать. Новый участковый оказался очень деятельным. Он все дело поворачивает так, что и не я основной заявитель. А так, просто еще одна жертва ее произвола. Теперь я живу в квартире знакомых, пока в моем доме соседи собачатся под камерами у моей двери. На круглосуточной записи мелькает Тихомирова и люди из управляющей компании.

— Ого! А ну, рассказывай подробнее. У меня до плановой операции еще три часа.

— И я должна тебе их сгладить? Все три?

Попивая кофе, я хотела шутить и поддевать подругу.

— Нет. Тебе, смертная, Мое Величество отводит на жалобы не более тридцати минут, а дальше буду контролировать подготовку, —  в конце своей пафосной речи Сашка фыркнула.

— Что-то серьезное?

— Нет. Еще одна социальная операция. Парень, прошедший горячую точку. Шрамы на лице. Близко к глазу. Потребуется много сил и позитивный настрой.

— Ну, раз настрой, то слушай. Капитан Глеб Порохов…

Попивая холодный кофе, я рассказала все подробно моей подружке, потом выслушала ее восторги мужеством моего неожиданного защитника. Знакома со склочной соседкой она была лично. Даже фигурировала в одном из заявлений, как несовершеннолетняя проститутка. При появлении Филипова с заявлением, Сашка чуть не упала от смеха со стула. Предъявив в тот день паспорт, она долго распинала нерадивого участкового, что только и может пожимать плечами. Было даже смешно, когда высокий, почти под  два метра мужик, спасался бегством от моей низкой подруги. Тогда он даже накричал на Тихомирову, что ожидала результатов своего доноса под дверью. Впрочем, лучше Филипов работать не стал, а Саша уехала в тот раз недовольная.  Она не любила проигрывать.

Уже после трех часов дня, я вышла в магазин, который располагался в соседнем дворе. В первый раз за долгое время, я выходила из дома с улыбкой.

* * *

Неспешно толкая перед собой тележку, я вдумчиво выбирала продукты. Фрукты, овощи, нежирное мясо, крупы, молочка, и в качестве праздничного окончания дня без нервотрепки — сухофрукты и орехи. Тортики, печенья и конфеты уже не манили меня, как в детстве. Хотя и в юном возрасте мне их жестко ограничивали. От мамы я получила кучу аллергий на разные заменители, консерванты и сахар. От пяти конфет на моих щеках появлялся диатез, с зудом и красными пятнами. Сперва это огорчало, но потом, с течением школьных лет, когда мои одноклассницы набирали вес от булок и сладкого, я оценила плюсы своей диеты. Сашка поддерживала меня, а потом ей и самой понравилось быть стройной  малышкой, на которую заглядываются мальчики.  В моем меню были три вида пряников и не более пяти видов печенья, а также хорошие конфеты, которые обычно стоили очень дорого из-за качественных исходных продуктов. А вот магазинные колбасы и сосиски не прошли ценз моего организма. Ела их, только если продукт был домашнего изготовления. Тот же Родион иногда коптил для меня вкусняшки, и их я смаковала.

В кармане брюк заиграл телефон. Отойдя в сторону, я ответила:

— Добрый день, Глеб.

— Светлана, Вы вчера так и не сообщили мне свой новый адрес, — судя по голосу, еще один не выспавшийся трудоголик не мог отдыхать в воскресенье.

— Да, простите. Вчера мои знакомые не отпустили меня в квартиру с пустым холодильником. Ужин окончился поздно. Но могу сообщить адрес сейчас.

— Тогда давайте поступим так. Мне нужна еще пара подписей от вас. Могу подъехать сейчас или завтра на работу к вам попробую зайти, —  отвечавший мне голос был пустым, безрадостным.

Жалостливой я была крайне редко. Только в тех случаях, если чувствовала ответственность перед человеком или благодарность за его действия.

— А давайте я приготовлю ужин, вы поедите, подпишем бумаги, и вы поедете спать.

— С чего такая забота? — теперь Глеб явно улыбался.

— Вы сегодня второй работающий трудоголик. И если первого я не могу ни покормить, ни заставить спать, то может, хоть за Вас получу пару плюсов в карму.

— Даже так? А первый кто?

— Вот приедете, расскажу. А пока скидываю адрес сообщением.

Отключившись, я скоренько набрала текст и поспешила на кассу. На приготовление даже самого быстрого блюда нужно время. Набор продуктов для куриного плова у меня будет, еще лепешки с сыром на кефире сделать успею, салат из свежих овощей и чай с травами.

Заскочила на кухню, как можно скорее замешала тесто, натерла морковь, порезала лук и куриную грудку…  Способ скоростной готовки мы с Сашкой отработали еще во время проживания на съемной квартире. Дел-то — готовить, не отвлекаясь, не тратя время на размышление. Пока основа для плова тушилась, натерла сыр, раскатала сразу три лепешки,  сразу положила первую на сковородку. Пока рис промывался теплой водой, я закинула продукты в шкаф и холодильник, оставив набор для салата. Нарезала овощи, заправила соком лимона, перцем и солью. Ссыпала в две пиалы сухофрукты с орехами.

По итогу за полчаса у меня было пять хлебных пышек, салат из помидор, огурцов и цветного перца. Плову до готовности оставалось еще минут двадцать. Чай стоял в пузатом заварочном чайнике. Демонстративно накрывать не стала. Это не свидание, скорее, ужин в знак благодарности. И нет смысла по-особенному одеваться для Порохова. Капри и майка, все в синих тонах. Волосы собраны в косу, как и всегда в мой свободный день. Я не хотела обманывать и обманываться. Да, внешне Глеб понравился мне, но справедливости ради, и Руслан был с ним на одном уровне. Да, он помогал мне, но это были его обязанности. Открыто он не выказывал знаков внимания. Время раннее, светит солнце.  До вечера я выпровожу гостя, сославшись на усталость.

Открыв дверь после звонка, я впустила гостя. Порохов, и правда, выглядел так себе. Он явно успел принять душ и сменить вещи, но усталость на лице так просто не спрячешь. Синяки под глазами, кожа, словно отражавшая все часы бодрствования ее владельца — это знакомая всем работающим картина, но для женщин есть куча маскирующей косметики, а у мужчин, увы, в ходу не было и одной сотой доли подобной «магии».

— Добрый день, еще раз. И спасибо за предложение. Работы навалилось слишком много, как бы не пришлось поселиться в кабинете на ближайшую неделю. И Ваше предложение, Светлана, это хороший повод свалить отдохнуть, — разувшись там, где я показала, он протянул мне пакет.

— Это хорошо. Всю работу переделать никогда не выходит. Я это точно знаю.

Внутри оказались коробка мятного шоколада и пачка хорошего кофе. Каким-то образом он попал точно в мои вкусы и допустимые ингредиенты. Именно такие конфеты я могла есть.

— Была попытка? — покачиваясь с пятки на носок, Глеб казался неуверенным, но лишь слегка.

— Я не реже раза в два месяца езжу с проверками по филиалам, и тогда, в моих венах плещется кофе. Можно растянуть действие на три недели, но когда на тебя смотрят, как на врага народа, приехавшего только ради уничтожения репутации всех работников скопом… В таких случаях, я предпочитаю покончить с делами, как можно быстрее, и отбыть сразу после оглашения результатов и прилетающих от представителя головного офиса списка наград.

Пройдя на кухню, я выключила газ под главным блюдом и укутала его сверху плотным кухонным полотенцем. Из шкафа достала тарелки, вилки, поставила на стол салат и пышки. Глеб внимательно осматривал кухню, сведя брови к переносице.

— Но тут у Вас есть преимущество, можно уехать от того завала, что оставил Филипов… Мне же еще и новые заявления сыплются.

Кивнув своим мыслям, он сел на стул, оставив свободное место у плиты для меня.

— Вот вы сейчас говорите, а я так и слышу Сашку. Она сама взваливает на себя все и разом. Не делегирует своим коллегам часть работы. А потом спит на диване в своем кабинете.

— Это и есть тот самый первый трудоголик? — спросил он, самостоятельно накладывая салат по тарелкам, пока я резала пышки. — Кстати, можно так сильно не утруждаться, я ем и обычный хлеб, но мне приятно будет попробовать. Спасибо.

— Обычный хлеб не ем я. Увы, но никакая диета в детстве не помогла перебороть аллергические реакции на часть консервантов. Как результат, приходится внимательно читать этикетки, и готовить что-то домашнее даже на перекус. Хлебопечки у Руслана нет, да и не быстрое это дело.

Пожав плечами, я перенесла плов с плиты на специальную подставку на столе. В нашей семье себе накладывали столько, сколько хотели сами, а не гоняли за добавкой маму.

— Накрываю, как приучена, накладывайте без стеснения.

— За это спасибо. Так что там ваша подруга? Слишком ответственна и недоверчива?

— Да. Моя подруга такая еще с раннего детства. Сейчас она — один из самых востребованных пластических хирургов в Казани, но так и не научилась распределять дела на подчиненных.

Есть с Глебом было на редкость комфортно, он не смотрел пристально в глаза, лишь изредка кидал взгляд на меня. Мы не спеша ели, не сразу отвечая на вопросы друг другу.

— А Вы сами? Не живете на работе здесь? Не на выезде, а в вашем филиале?

— А вот и нет! Я нашла пару умных девочек, и они помогают мне во всем. Готовлю себе смену, если переведут меня или отправят поднимать другой магазин, —  закончив с салатом, я перешла на горячее.

— А как же игра на бирже? Это не быстрое дело.

— И тут есть хороший знакомый, который в критический момент позвонит и поможет. Он и торгует больше моего, —  пожав плечами, я принесла чай.

Я любила запивать еду, и не думала менять привычки ради создания другого образа.

— Ладно, поверю на слово.  А ваш друг, владелец этой квартиры, случайно, не банкир? Насколько я знаю, мебель из дерева, это не дешевая покупка.

— Нет. Руслан сам эту мебель делает с друзьями. И кстати, они не завышают цену. Сама заказывала у них кое-что.

Пышки исчезали прямо на глазах. От своей лепешки я отрезала треть, а остальные четыре пышки уже были употреблены голодным Пороховым.

— А я вижу, что Вы любите делать все на заказ: мебель, витражи.

Откинувшись на спинку стула, я отодвинула тарелку. Наедаться до полного насыщения я не привыкла, но по количеству на тарелке могла точно сказать, хватит ли мне порции.

— Ну, так что я могу сделать, если у них такая необычная семья. Жена рисует, он создает мебель.

— Однако, неординарные люди Вас окружают. Даже интересно послушать, как подруга решилась поступить на пластического хирурга. Не каждый сможет выдержать работу с обеспеченными людьми с претензиями.

Отвернувшись к окну, я смотрела на небо, вспоминая, как именно моя маленькая подруга шла к своей цели.

— Сашка сильная. Она всегда мечтала помогать людям. Пошла против семьи, ушла из дома еще до окончания школы. Работала с шестнадцати лет. Моя семья помогла ей открыть массажный кабинет. Мой отец сам стал ее пациентом, за ним подтянулись его друзья. Так за год она и заработала на оплату обучения, без кабальных кредитов. А к окончанию учебы у нее была своя клиника и несколько кабинетов. Сейчас Саша не бежит за количеством клиник, а только развивает свою.

Интерес к Сашке явно был не праздный, но упрощать ему задачу я не хотела. Обещать что-либо, не посоветовавшись с подругой, я не буду. Но если он захочет, сможет сам все узнать у нее при приезде сюда. Познакомить их всегда можно, но эту тему Порохов не продолжил. Он как-то скомкано перевел разговор на Тихомирову. По его реакции, сама профессия пластического хирурга уже что-то значила для него или для его окружения. Расправившись с двумя порциями плова и выпив чай, Глеб попрощался. Только уже лежа в кровати, я вспомнила, что никаких бумаг на подпись он не принес.