Глава 23

Стоило мне только появиться на кухне с ребёнком на руках, как всё и все пришли в движение.

Что делать, куда бежать, за что хвататься? Что лучше, сначала кормить или мыть, или наоборот?

Посовещавшись нашим небольшим женским советом, решили сначала немного покормить ребёнка жиденькой кашей на воде, потому что молока тут не было, напоить тёплым ягодным напитком с мёдом, а потом уже, как детка немного отдохнёт, то можно будет его постараться отмыть.

Всё то время пока мы занимались кормлением ребёнка, он как вцепился в меня, когда я его вытаскивала из клетки, так ни в какую и не хотел отцепляться. Я было попробовала, да только он как маленькая обезьянка цеплялся опять и опять. Решила оставить так как есть и держать его на руках, тем более что веса в нем было как с курёнка после ощипа.

На всякий случай попросила Радолину найти в моих вещах длинное полотенце, в действительности кусок полотна, которое я использовала как слинг, чтобы было удобно придерживать ребёнка. Пока суть да дело, дитятко заснул прямо на мне и когда я попыталась положить его в кровать, он так и не дал его от меня отцепить. Кое как его приладили мне на спину с помощью этого же полотна, по примеру африканских женщин, и я смогла относительно свободно заниматься текущими делами, коих было «от рассвета и до заката».

Пока мы занимались ребёнком, я попросила Савелия, после того как он и остальные приехавшие со мной в замок мужчины позавтракали, отнести завтрак и безмолвному узнику. Попытка кормления оказалась неудачной, потому что он просто не открывал рот. Сжал челюсти и всё. Пришлось мне самой подниматься в комнату и попытаться сделать то, что не удалось Савелию. Мои попытки тоже оказались неудачными. И я уже было решила бросить это бесполезное дело, как решила просто нажать на подбородок и потянуть за бороду. Или мне просто повезло, или у него уже не осталось сил сопротивляться, но таким Макаром мне всё же удалось его немного покормить жидкой кашей и даже дать сделать несколько глотков ягодного напитка с мёдом. Затем я отдала его в заботливые руки Савелия, чтобы он его отмыл, отбрил и спать уложил.

Пока одни занимались узником я занималась подсчётом оставшихся денег и составляла список необходимых на пару дней продуктов, за которыми решила отправить Сладьяну с с парочкой охранников.

— Варвара Дмитривна, так как же я в княжьей карете-то в город поеду? — упиралась Сладьяна.

— Всё так же, как и сюда — на лошадках. Или ты решила охрану в неё впрячь? А может всё же сама потащишь?

— Нет, я не про то! Я про это. Про карету княжью, что не по чину.

— Кому не по чину? Тебе? Ну, уж извини — царской нету.

Она смотрела на меня, удивлённо хлопая глазами, и всё же уточнила:

— Тсарской? А это какой?

— Никакой! Никакой нету. И телеги тоже нету. Так что съездишь на той, которая имеется в наличии, закупишь всё что нужно и на что хватит денег и вернёшься в замок. Если кто будет спрашивать откуда ты, говори, что оттуда и кивком головы указывай в любую сторону, но только не в ту, где находится замок.

— А зачем это? — ещё более удивлённо спросила она.

— А за тем, чтобы пока не знали о том, что в замок приехала князья. Да ещё и послушай, и посмотри, чем в городе люд живёт, о чём говорят. Ну, не мне тебя учить, как местные новости раздобыть. А вот как мы тут немного обустроимся и побеседуем по душам с прохлаждающейся в кладовке парочкой, тогда я сама и поеду в воластулад, чтобы засвидетельствовать моё прибытие. А там уже и работников в замок заодно наймём, а пока уж как-нибудь сами своими силами должны справиться.

Отправив Сладьяну в город за продуктами, а оставшихся мужчин на проверку третьего этажа, подвалов и всех кладовок, до которых мы так и не добрались сегодня утром, мы с Радолиной и Сладой приготовили местный санузел для помывочных и постирочных работ.

После того, как ребёнок проснулся, мы, перестелив кровать в привезённое нами постельное бельё, дали ему немного попить теплого напитка и занялись отмыванием. Все водные процедуры заняли намного больше времени, чем я думала, потому что, как оказалось, ребёнок, а это была девочка, боится воды. Когда мы с компаньонкой, вымокшие до нитки, наконец-то закончили водно-отмывочные процедуры и одели девочку в одежду, которой поделилась Слада, и переоделись в сухое сами, были такими уставшими, что просто рухнули на кровать. Девочка, отмытая, остриженная очень коротко, с обработанными мёдом и перевязанными небольшими ранками на ручках и ножке, к которой была привязана верёвка, одетая, пусть и в неподходящую ей по размеру, но в чистую одежду, почти сразу же заснула.

Так-то я никакой живности на ней не заметила, но всё же решила и пока девочка спит пойти и помыть свои длинные волосы, которые всё равно были ещё влажными. Радолина сделала то же самое, чтобы не рисковать.

Интересно, как же её зовут и кто она? Надо всё же пообщаться с парочкой в заточении. Надеюсь, их там охолонуло и вопить, и кидаться уже никто не будет.

Пусть греются другим способом и лучше друг о друга, а не об маленькую и хрупкую меня.

Оставив малышку спать под присмотром Слады, мы с Радолиной спустились на первый этаж и, попросив одного из охранников сопроводить нас в кладовку, приступили к допросу.

Вопросы задавала я, меня слушали, но, видимо, не слышали, поэтому узнать кто они сами, кем был мужчина в комнате и девочка, нам так и не удалось. Осталось надеяться на Сладьяну, которая как раз вернулась из города. Может хоть у неё будет какая инфа.

Войдя в кухню, мы увидели, как Сладьяна командует охранниками, заносящими и расставляющими по указанным ею местам различные короба, горшочки, мешки и мешочки.

— Сладьяна, ты там что ограбила местный супер… эммм рынок, то бишь продуктовые лавки? — усмехнулась я, потому что не думала, что она столько всего закупит на такую, на мой взгляд, скромную сумму.

— Почему ограбила? Я ж не грабить поехала, а закупаться. Вот и скупила всё, что надо, — немного обиженно произнесла она, возвращая мне сдачу.

Однако! Умеет моя «шива» купить много чего на почти совсем ничего.

— Как ты так умудрилась? Столько всего купила, да ещё и деньги остались.

— Так я ж сразу, что просили, за него не платила, а сначала половинила.

— Ах, вот как! В смысле половинила? И как же?

— Да просто, как обычно. Мне цену называют, а я её сразу в половину срезаю, а потом или сбавляю, или набавляю. Все знают, что стоящую цену сразу никто не называет. А платит много тот, кто идиот, торг не ведёт и ничего не сбавляет. Я ж не с ранья́там была, вот мне и сбывали оставшийся товар. А кто ж за него будет спрашиваемую плату давать.

Молодец, Сладьяна! Так-то она простая, а торговалась как купчиха какая, да не просто какая, а опытная и продумна́я. Надо, кстати, запомнить её метод всё полови́нить.

Этот день закончился вкусным сытным ужином, обсуждением привезённых Сладьяной новостей и сплетен и крепким спокойным сном, который все заслужили. Все, кроме пленных надсмотрщиков, которые всё же тоже получили свою корочку хлеба и кружку воды.