Глава 25

Проснулись мы с Радолиной рано утром, быстро позавтракали и отправилась сдаваться в местный сельсовет, то есть легализоваться.

Остановившись прямо перед большими открытыми воротами, мы прошли по дорожке к зданию и поднялись по ступенькам на высокое просторное крыльцо.

Местный воластулад практически ничем не отличался от своего собрата, виденного мною в Заринске. Это было такое же пятиэтажное здание с расположением соответствующих органов и служб на каждом этаже. Ну, разве что сделано оно было из более светлого камня и немного изящнее внешне, в сравнении с заринским.

Войдя в кабинет к местному уладелу, к которому меня сразу же проводили, не спрашивая назначено ли мне, и кто я такая, я испытала своего рода дежа-вю. Всё в кабинете было почти так же — идентично, как и в Заринске. Правда, сидевший за столом дедушка-одуванчик сильно отличался от своего заринского собрата.

На вид ему было хорошо за семьдесят. Слегка полноватый, с круглым лицом, маленькими живыми серыми глазками под пышными светлыми бровями, с небольшим немного вздернутым слегка красным носом, обычных размером ртом с узкими губами и аккуратным округлым подбородком. Одет он был, видимо, тоже почти так же, как и виденные мною уладелы, разве что рубашка отличалась пышным жабо.

Увидев такого дедульку-милашку, я даже немного улыбнулась, сравнив его с «сизым носом» в исполнении Катина-Ярцева из 'Приключений буратино. Он тоже был такой же лысый с пышными седыми волосами по бокам.

— Да неужели сама новая князья Хрустальная к нам наконец-то пожаловала, — начал он, не здороваясь, вставая со своего места и направляясь ко мне.

Я от удивления от такого обращения даже и не заметила, как оказалась сидящей на диванчике напротив улыбающегося дедульки, а Радолина уже сидела в дальнем кресле не далеко от входа.

— Значит ли ваше появление здесь то, что и сам князь Хрустальный наконец-то вернулся в свой замок?

Вот те раз. Я, значит, уже здесь — дома, а муженёк, где-то ещё гуляет и, скорее всего, не знает о своей женитьбе и внезапно наступившей несвободе, если, конечно, у них такое существует. Пора бы ему уже прекратить свои гульки и вернуться на базу. А то, что же это получается? Главнокомандующая уже прибыла, а подчинённые где-то шляются? Не порядок!

— О! Вижу, что князь так и не приехал? Странно, он должен был вернуться как раз до закрытия перевала. Очень странно. Князь у нас своё слово всегда держит. Да, вам, наверное, это и так известно.

— К сожалению, мне пока ничего не известно. Вот я и надеюсь на вас. Раз уж вы княжеский уладел, то введите меня, пожалуйста, в курс всех дел и поясните некоторые непонятные моменты.

— Однако! — он как-то странно посмотрел на меня, видимо, о чём-то думая. — Давайтека мне ваш брачный договор.

Я передала ему все имеющиеся у меня бумаги. Он взял их и вернулся на своё место за стол. На какое-то время в кабинете наступила тишина. Дедулька внимательно и, что удивительно, без очков читал привезённые мною документы.

— Значит по поручению было подписание. Интересно, когда же князь успел. Хотя, это даже и хорошо. А то он совсем всё забросил, но теперь-то, думаю, всё наладится. Главное, чтобы у вас сладилось. Да и с такой-то красотой… Не такая как его Ильдина, но тоже хороша.

Вот-те раз. А я и не знала, что у князя, оказывается, уже есть своя дама сердца. Так зачем же тогда тут я?

Видимо, от удивления, я произнесла это вслух, поэтому местный уладел, которого, кстати, звали его Светомир Северьяныч Морозный рассказал мне со всеми подробностями не очень весёлую, хотя, скорее, очень грустную историю князя.

По словам местного уладела княжья семья Хрустальных живёт тут из покон веков и всё княжество занимается в основном производством соли, добычей хрусталей, да рыболовством. А главный город известен на всё Срединное княжество своими яблоками, которые снимают только после первых морозов, потому что тогда они и приобретают свой особый и неповторимый вкус.

Так вот, примерно пять лет тому назад князю пришлось стать правителем княжества хрустального, после гибели его родителей на перевале. Ему тогда ещё только исполнилось двадцать лет, даже не полный возраст. Примерно через год он женился и как раз три года тому назад умерла его молодая жена во время родов, а он так и не успел вернуться вовремя домой из поездки на большую землю. Приехав и узнав о смерти жены князь «отстранился от всего мира» и почти не появлялся «на народе». Волю князя передавал в воластулад его давний друг и по совместительству какой-то дальний родственник вняжин Авриян Пиатравич Приманков.

А в этом году он, наконец-то, решил выйти в свет и ещё до сбора урожая князь уехал на большую землю, а должен был вернуться до закрытия перевала.

— Так-то теперь вы за князя, коли приехали. Я-то о вашем приезде уже как третий день вестовика получил. Когда долю поднимать будете до больших холодов или после? — спросил в конце своего не очень весёлого повествования уладел.

— А как девочку зовут? — задала я самый важный для меня вопрос на данный момент.

А какой смысл сейчас говорить о каком-то вестовике и доле, если я всё равно ничего не знаю ни об одном, ни о другом. А ребёнок уже есть, я не просто его знаю, а даже почти привыкла. Такая милашка и без имени! Не звать же мне её Найдёной?

— Так вы уже и с малой князьей сознались? — удивился он. — А я думал, что она с князем уехала. Так Милаликой её князь назвал. А с кем же она в замке была?

— А вы что, всё это время ни разу не были в замке? — решила я уточнить.

— Так… князь не звал, а сам я не стал. Не по чину.

Абаалдеть! Ну и местная власть у них тут в княжестве! Князь не понятно где, маленькая князья не понятно с кем, а ему не почину! У них тут что, правая рука не в курсе, где находится левая?

— Как интересно вы тут уладелствуете. А вы не могли бы мне рассказать, как выглядит князь? Вы его, когда в последний раз видели и видели ли вообще?

— Как это я его вообще не видел⁈ Я тут ещё при его отце уладелствовал! — возмутился дедуля, покраснев как варёный рак. — Князь тут княжит на своей земле, и я ему не указ! Я отчёт веду перед самим Всеслав Силычем и перед князем, а не он передо мной.

— А как же вы перед Всеслав Силычем отчёт ведёте, если перевал закрыт?

— Так… как и всегда. Так же, как и князь — с вестовиком. Только он и может пройти сквозь перевал в любую погоду.

Это что, магия какая-то? Что-то я не замечала ничего подобного.

— Покажите мне его, вашего вестовика, — почти приказала я, потому что эти загадочные слова и названия уже раздражают.

— А что его показывать? Такой же, как и у князя, только чуть поменьше.

Он почему-то не хотел мне показывать это чудо местной техники, но, натолкнувшись на мой безапелляционный взгляд, всё же поднялся со своего места и, показав рукой следовать за ним, направился к небольшой неприметной двери, находившейся в глубине кабинета рядом с маленьким окошком. Открыв её и выйдя на приличных размеров открытый балкон, я, поёжившись от холода, увидела большую… Нет, скорее огромную хищную птицу.

Так как в орнитологии я была не особо сильна, как, впрочем, и в птицеводстве, то точно сказать, что это была за птица я не могла. Наверное, грифон или кондор или ещё какая местная разновидность, только очень большая. Я таких больших птиц ещё никогда не видела. Она или он был всего лишь немного ниже дедка.

— И как он… — я не знала, как спросить про передачу вестей или новостей этим летающим почтальоном. А вдруг он ещё и говорящий…

— Так вон, — он указал на небольшой шкафчик с различного вида тубусами и овальными коробами. — Что надо передать, тогда ту упряжь и одеваем. А вы что ещё не видели княжьего? Он из замка не вылетал.