ГЛАВА 90

В Женеве они были около девяти часов утра – но нужно было ещё пройти таможню и получить багаж. Едва самолёт сел, Яна растолкала Ярика – тот долго моргал, пытаясь, видимо, сообразить, куда попал, а увидев Яну, так и не улыбнулся, от чего у той по новой заскребло сердце. – Вставать пора, – буркнула она. – Да. Спасибо. Яне показалось, что Яр потянулся к ней всем телом, намереваясь то ли обнять, то ли поцеловать, но движение оборвалось и превратилось в обычное потягивание с зевком. Яне стало грустно, но она всё-таки улыбнулась, наблюдая, как вытягивается сильное тело в длинную струну. Они выпустили остальных пассажиров и сами последними пошли на выход. Уже у трапа стюардесса остановила их и, внимательно глядя Яне в глаза, спросила что-то по-немецки. Яна непонимающе покачала головой. Тогда она повторила уже по-английски: – Are you fine? Would you like to call the police? Яна смотрела на неё секунду в недоумении, потом представила, какую картину, должно быть, являл собой небритый Яр, грузивший на борт полуживое тело, и расхохоталась в полный голос. Смех неожиданно перешёл в кашель, так что Яна едва не задохнулась от боли в груди, и руки Яра тут же подхватили её, поддерживая. Сам Яр вопросительно посмотрел на Яну. – Thank you, all is well! – Яна справилась, наконец, с кашлем и одарила стюардессу ослепительной улыбкой, а потом обернулась и нагло чмокнула Яра в уголок губ. Яр зарделся. Стюардесса отвела взгляд, щёки её тоже порозовели. – I'm sorry, I didn't want to disturb you, – пробормотала она и совсем стушевалась. Яна поблагодарила её ещё раз и потянула Яра вниз по трапу следом за собой. – Ты что творишь? – прошипел Яр ей в ухо, едва ему удалось Яну нагнать. – Расслабься, детка, это Европа! – Яна на секунду обернулась, посмотрела на него и расплылась в улыбке, от которой Яра тут же повело. Он сам не заметил, как уголки его губ приподнялись в ответ. – Всё равно, – через секунду Яр уже справился с собой и снова был мрачен как всегда, – следи за собой. У Яны болезненно потянуло в груди, но улыбаться она не перестала. Только перехватила руку Яра и потащила его к зданию аэропорта. Едва они оказались в зале ожидания, Яр принялся оглядываться по сторонам, будто выискивая кого-то, и, то ли обнаружив, то ли нет, велел Яне получить багаж, а сам куда-то исчез. Такое поведение Яне нравилось ещё меньше, чем всё предыдущее, но она молча заняла позицию у шлейфа с чемоданами и стала ждать. Яр вернулся раньше, чем показался их рюкзак – сосредоточенный и серьёзный, и эта его насторожённость неприятно дисгармонировала с радостью Яны, которая с первой минуты в Женеве была уверена, что всё плохое закончилось, и теперь у них всё может быть только хорошо. – Сейчас снимем номер в отеле – мне советуют Мандарин Ориентал – сможешь таксисту объяснить? Яна недоумённо кивнула, а Яр продолжил. – И мне надо будет уйти, а ты в номере пока отдохни. Только не убегай никуда. «Куда?» – хотела было спросить Яна, но закашлялась, и второй вопрос: «Кто советует?» – уже окончательно потонул в приступе кашля. – Так, – Яр опустил руку ей на лопатки, будто прощупывая что-то. – Меняем план. Сейчас отвезём тебя в больницу. Пока будешь обследоваться, я съезжу по делам. Яна хотела было запротестовать, но не успела, потому что на шлейфе показались их сумки – смотревшиеся неожиданно поношенными среди аккуратненьких дорогих чемоданов на колёсиках. Яр стащил их со шлейфа двумя быстрыми движениями, закинул рюкзак на плечо и, оставив Яне сумку, пошёл к выходу. – У меня страховки нет, – напомнила Яна, пока они стояли в очереди в регистратуру. – Разберёмся, – отрезал Яр. Он дождался, пока Яна возьмёт в руки бланки, отобрал у неё счёт и отнёс на кассу. И только удостоверившись, что Яна перешла в руки врачей, отправился туда, куда должен был – в банк. Брать сюда Яну он не хотел – Журавлёв вполне мог установить слежку, зная, куда именно Яр оформлял переводы и где его ячейки с неприкосновенным запасом. Всё, впрочем, прошло без происшествий – по крайней мере, на первый взгляд. Он спокойно извлёк деньги, распрощался с русскоговорящим представителем и уже через пару часов снова был в больнице. Яна прятала глаза. – Что? – спросил Яр. – Всё хорошо. Яр молча отобрал у неё заключение врача и только крякнул недовольно, поняв, что ничего не может разобрать. Не обращая внимания на порядком отставшую Яну, вернулся к регистратуре и, без очереди подобравшись к сотруднице, громогласно поинтересовался: – Екскус ми, ху спик раша? Яна покраснела и прикрыла лицо рукой. Сотрудница некоторое время непонимающе смотрела на него, а потом залепетала что-то на смеси немецкого и английского. – Ладно, у меня бронхит! – сдалась Яна и, отобрав у него бумаги, принялась извиняться перед сестрой. Потом, когда та успокоилась немного, продолжила уже на русском: – Надо за осмотр заплатить. У меня денег нет. И на что мы собираемся отель… Яна снова закашлялась, и Яру оставалось только поддержать её, легонько погладить по спине, выжидая, когда приступ пройдёт. – Яна, надо не за осмотр заплатить, а лечить тебя, – сказал Яр тихо, отодвигаясь от очереди, уставившейся на них. – И что мне, в больницу на две недели? – Яна замотала головой. – Я за тебя боюсь. Яна широко распахнула глаза и внимательно посмотрела на него. – Да всё хорошо будет, – растерянно сказала она. – Давай с делами закончим и потом уже лечиться будем. – Я всё сделал, – Яр с сомнением посмотрел на неё. – Если не будешь ложиться, то надо брать билеты и лететь… куда? Яна серьёзно кивнула. Вопрос она поняла. Хотя радость от нового места ещё наполняла её, неизвестность, ожидающая впереди, тоже давала о себе знать. – Я бы сначала отдохнул, – честно сказал Яр. – Вряд ли нас быстро найдут по новым паспортам. И надо… подумать. Яна кивнула ещё раз. Потом улыбнулась краешком губ и хитро посмотрела на Яра. – Как насчёт горячих источников? – Чего? – Ну, раз мы уже прилетели, Яр! – Хорошо, – Яр долго спорить не стал. – Иди бери такси. Только сначала в аптеку. Аптеки тут есть? К вечеру Яна уже лежала на массажном столе перед крытым бассейном Les Bains de Voley и жмурилась от прикосновений к почти потерявшей чувствительность спине. Яр сидел в шезлонге и потягивал пиво из высокого стакана – Яна пыталась всучить ему какой-то особенно вкусный местный коктейль, но смысла его Яру так и не удалось понять. Руки массажиста скользили по гладкой спине, почти не загоревшей за лето, и отзывались болезненными уколами у Яра в районе груди – было приятно смотреть, что Яна расслаблена и довольна, но абсолютно неприятно понимать, что её касается кто-то ещё. Массажист время от времени начинал что-то бормотать на непонятном Яру языке. Яна отвечала немногословно, но мягко, бархатистым голосом, от которого по телу пробегала дрожь. В какой-то момент массажист повернул голову Яны в другую сторону, и сквозь приспущенные веки она поймала взгляд Яра – горячий, как угли, и злой. Яна почувствовала, как от одного этого взгляда напрягается внизу живота. Массажист как раз спустился руками к самому основанию спины, почти коснулся мягкими пальцами основания ягодиц, и это вдруг показалось таким странным и диким – ощущать эти мягкие прикосновения под бешеным взглядом Яра – что всё удовольствие мгновенно сошло на нет. – Спасибо, – сказала Яна по-английски, снова поворачиваясь к массажисту, и слабо улыбнулась. – Пока больше не нужно. Массажист ослепительно улыбнулся в ответ и отошёл в сторону, позволяя ей встать. Яна успела завернуться в полотенце и сделать всего пару шагов, прежде чем рука внезапно оказавшегося рядом Яра сдавила её плечо, и почти что силой тот потащил её в направлении номера. Едва дверь захлопнулась, Яр швырнул её спиной к стене и прошипел в самое лицо: – Понравилось, как он тебя трогал? Яна сверкнула глазами. Она чувствовала, как волны жара пробегают по всему телу, особенно чувствительно отзываясь между бёдер. – А может, это тебе нравится смотреть? – Что? – рука Яра ударила о стену рядом с её головой. – Брось, Яр, ты тащишься от того, когда меня трахают у тебя на глазах!.. Она едва успела уклониться в сторону, когда другая рука врезалась в стену там, где только что было её лицо. Яр поймал её за плечо и рывком развернул, заставляя уткнуться в стену лбом. Рванул полотенце вниз, так что ткань затрещалау, следом сдёрнул трусики и с силой протиснул руку спереди между бёдер. Яр чувствовал, что волна ярости накрывает его с головой. И в то же время это гибкое тело так правильно, так надёжно ложилось в ладонь, что рука сама задвигалась взад и вперёд. Яна тяжело дышала и подавалась навстречу его пальцам. Яр свободной рукой взялся расстёгивать собственные джинсы, высвободил невыносимо чувствительный в эти секунды член и уткнулся ими между мягких полушарий. Яна застонала, не зная, податься ей вперёд или назад, и тут же задохнулась кашлем, таким сильными, что если бы Яр не поймал её подмышки, попросту сползла бы на пол. Яр обхватил её обеими руками поперёк туловища и прижал к себе. – Яна? – тихо спросил он, заметив, что кашель начинает затихать. – Всё… – Яна снова закашлялась, – хорошо. – В кровать, – твёрдо скомандовал Яр и подтолкнул её в нужном направлении. Яна плюхнулась поверх покрывала и приглашающее развела колени, но Яр грубо выдернул из-под неё два слоя одеял и быстрым движением закутал в них по самое горло. – Эй! – возмутилась Яна и попыталась сесть, но Яр, воспользовавшись случаем, только уложил её поглубже на кровать. – Ты куда?! Яр молча скрылся за перегородкой, отделявшей обеденную часть комнаты от спальни, и зазвенел посудой. Через пару минут он вернулся со стаканом шипящего лекарства в руках и сунул его Яне под нос. – Да я не кашляю уже! Можно продолжать! – Пей! – Яр уселся рядом и обнял её, так чтобы Яна могла облокотиться о него. – А потом мы… – Посмотрим. Пей. Яна недовольно прикоснулась губами к стакану и сделала первый глоток. Всё тело горело, но она была уверена, что температура тут не при чём. Вода была слишком горячей, и Яна стала пить маленькими глотками, стараясь не обжечь язык. Стакан был уже наполовину пуст, когда она почувствовала мягкие прикосновения к своим волосам. – Яна, если что-то случится с тобой – я не переживу. По телу пробежала новая волна дрожи. Яна зажмурилась и приникла к Яру ещё плотней. – Пей, – напомнил Яр и снова погладил её по волосам. – Со мной правда всё хорошо, – сказала Яна, когда стакан наконец опустел. – Кашляю немного, и всё. Яр проигнорировал её слова. – Тебе бы поспать, – сказал он вместо ответа. – Да и мне тоже. Сутки на ногах. Яна вздохнула. Спать не хотелось совсем. Но развести Яра на что-то большее, похоже, было невозможно. – Сделай мне массаж, – безо всякой надежды попросила она. Яр улыбнулся и запечатлел лёгкий поцелуй у неё за ухом. – Давай. – Ты умеешь? – Яна обернулась и удивлённо вскинула бровь. – Нет, но надо учиться. Лучше я, чем кто-то другой. Яр всё-таки не выдержал. Он долго – неумело, но старательно – скользил руками по спине Яны, и руки его без конца сползали к ягодицам, норовя особенно тщательно помассировать их. Яна не сопротивлялась. Ей было приятно, когда Яр массировал её и там. А потом как-то сами собой руки сменились губами, и короткий влажный поцелуй на правой половинке откликнулся мгновенной реакцией во всём теле. – Я-ар! – пожаловалась Яна и выставила бёдра, напрашиваясь ещё на один поцелуй. Ещё несколько поцелуев коснулись гладкой кожи, а потом Яр исчез на несколько секунд, и Яна почувствовала, что между бёдер ей упирается скользкая головка. Она качнула бёдрами назад, насаживаясь на неё, и оба охнули от неожиданности – было больно и приятно в то же время. И с первой же секунды хотелось ещё. Яр накрыл её собой и вошёл глубоко, так что перехватывало дух, и всё равно хотелось ещё глубже, ещё сильнее. Яна подалась назад, прижимаясь бёдрами к его паху, но Яр придержал их одной рукой – другой он опирался о постель. Носом освободил шею Яны от волос и принялся покрывать поцелуями, медленно покачивая бёдрами в такт. Яне хотелось сильней. Сердце стучало бешено, обгоняя движения бёдер, а она хотела, чтобы эти два ритма вошли в резонанс, но приходилось терпеть. Она поймала руку Яра, лежавшую слева от неё, своей рукой, притянула к губам и поцеловала. Они переплелись, соприкасаясь, кажется, со всех сторон. Яр продолжал двигаться неторопливо, доводя Яну до исступления, но, кажется, никуда не торопясь. Яна попыталась вывернуться, чтобы оседлать его и взять собственный ритм, но тело Яра было слишком тяжёлым и оставалось терпеть. – Быстрей, – попросила она наконец, стискивая руку Яра изо всех сил. – Не хочу, – отрезал Яр и поцеловал её в очередной раз, теперь у самого изгиба плеча. – Успеем ещё. Яна сдалась и расслабилась, теперь уже полностью отдаваясь на волю неторопливых движений, и оргазм получился таким же неторопливым и протяжным. Эхом он отозвался в теле Яра, и тот тоже кончил. Тяжело дыша, Яр опустился на неё, и какое-то время оба лежали неподвижно. Утром Яна заказала билеты по телефону. Лететь решили не через Хитроу, а через Лутон, чтобы уменьшить возможность слежки – Яру всё ещё казалось, что в крупном аэропорту их могут ждать. – А что потом? – спросила Яна, потягивая кофе в холле отеля. – А потом будет потом. Яр замолк, размышляя, стоит ли говорить про деньги. Так приятно и спокойно было знать, что Яна с ним даже когда этих денег нет. И в то же время так хотелось обеспечить ей всё, что он мог. – Всё же подумай про журнал, – сказал он после долгой паузы, – финансовые вопросы я возьму на себя. Яна с подозрением посмотрела на него, но ничего не сказала. – А что сейчас? – спросила она. До вылета оставалось ещё пятнадцать часов. – Ты пуховик швейцарский хотела? – М… неактуально, – протянула Яна с ещё большим подозрением. – Хотя от джинсов нормальных я бы не отказалась. Потом не выдержала и спросила в лоб: – Яр, у тебя есть бабло? – А что? Яна поджала губы и посмотрела на него серьёзно. – Ничего, – сказала она наконец. – Просто я хотела бы иметь своё. Я не хочу на твои деньги жить. – Это не проблема, – против воли Яра, слова прозвучали несколько натянуто. Яна подняла брови и поставила чашку на стол. – Это убивает весь смысл. – Какой смысл? – Спортивный интерес. Добиться чего-нибудь. Остаётся только трахаться и по клубам отжигать. А мне хотелось бы… чего-то ещё. Яр накрыл лежащую на столе руку Яны своей ладонью и осторожно провёл по ней пальцами, будто изучая. – А мне бы не хотелось делать ничего, – признался вдруг он. – Не хочу больше ни бизнеса, ни пальбы, ничего. Только тишины, тебя и, может быть, ещё собак. Я скучаю по ним. Яна слабо улыбнулась. – И мы возвращаемся к вопросу – что же потом? – Не знаю, – Яр пожал плечами и сжал её ладонь. – Я знаю, чего хочу. Решай, чего хочешь ты, и мы придумаем, как это осуществить.