Глава 33. Вера… в себя

Вера

Я сижу на банкетке перед процедурным кабинетом в клинике.

Смотрю на рослого детину, который приставлен следить за мной. Он стоит с краю, косит на меня взгляд.

Жду, чтобы пройти ДНК-тест на отцовство, тереблю в руках сумку и… Молюсь.

Потому что фактически мне осталось только это!

То, что сначала виделось мне плевым делом, на поверку оказалось каким-то ужасом.

Не пойму, что во мне не так, почему меня так сложно полюбить. Почему Айк Амарян до сих пор предпочитает мне свою клушу-жену?

Я ведь на порядок лучше ее!

Я красивее, выше, опять же, стройная, с мозгами и опытом в амурных делах. Чего мне не хватает, чтобы Айк наконец сделал правильный выбор? Слепому будет видно, что я дам сто очков вперед любой женщине. Я же как сумочка от Шанель среди дешевого дерматина, как это может быть не очевидно для Амаряна?

Но как бы я ни старалась, какие бы финты ушами ни делала, все усилия идут прахом.

Эта Мария будто заколдованная стерлядь, честное слово.

Ее впору гнать от Айка осиновым крестом! Или его от нее…

Что он в ней такого нашел, раз так цепляется за жену?

Некоторые бы сказали: у них же дети… Только вот когда дети удерживали мужика в семье? Так себе страховочка, хлипкая.

И ладно бы она выглядела как модель. Тогда я бы, может, поверила, что Амарян ее любит. Но она ведь не красавица, так, мелкая чучундра с невзрачным русым цветом волос, вот она кто. И тем не менее он каждый раз предпочитает ее. Ну как так-то?

Когда я устроилась к Амаряну на работу, была уверена, что быстро добьюсь своего.

Он ведь с первого дня поглядывал на меня с интересом.

Я подумала — в кои-то веки повезло, мужик при бабле, еще и симпатичный. А то, что с детьми, так у каждого есть недостатки.

Я, может, устала от этой собачьей жизни! Мне надоело спать с уродами за премии, изображать, что они супермачо, надеяться на какое-то там мифическое светлое завтра. Мне, между прочим, уже двадцать шесть, давно пора замуж и детей.

Хочу жить, как жена Амаряна. Ходить везде с высоко поднятой головой, расплачиваться направо и налево его картой, водить дорогую тачку и не волноваться о том, что завтра погонят с работы и нечем будет заплатить за квартиру.

Я вообще на эту работу больше возвращаться не хочу. Меня тошнит от делопроизводства, бесконечных телефонных звонков, расписаний и прочей прелести, которой наполнены секретарские будни.

Мне надоело быть прислугой, я барыней быть хочу!

Я не достойна разве? Да кто достоин, если не я?

В общем, увидела я Айка Амаряна и решила для себя — вот она моя идеальная цель. И приступила к действию.

Мужики ж они все как один кобели — чуть попой повиляешь, глазками стрельнешь, и дело в шляпе. Он уже обещает тебе гигантские премии, лезет потными руками тебе в трусы и обещает развестись с женой.

И я виляла… И я стреляла… И трусы красивые носила, готовая ко всему.

Главное — Амарян велся!

Все было в ажуре, он одаривал меня красноречивыми взглядами, даже брал в командировки.

Но… Дальше того, чтобы посмотреть на меня, дело все никак не шло.

Я перед ним и так и эдак. Айк Барсегович то, Айк Барсегович се… А он ни в какую.

Я даже использовала свой коронный номер — роняла перед ним ручку и нагибалась, чтобы он как следует разглядел выглядывающие из-под мини-юбки трусики.

Однако, все, чего я добилась тем финтом, так это того, что он попросил таких коротких юбок на работу не надевать. Нет, ну нормально, а? Перед тобой живая привлекательная женщина. Так возьми ее, сделай ей ребенка, разведись с женой и живи долго и счастливо! Логично же…

Логично-то логично, но не для Айка.

Очень скоро я поняла, что зря сделала ставку на Амаряна, ведь он верный муж до потери сознания. Максимум на что горазд — поглазеть. Это, видимо, верх распущенности, какой он себе позволял. Но на одном глазении далеко не уедешь.

Можно было бы отойти в сторону. Уволиться, поискать более восприимчивую кандидатуру, но… Но я не из тех, кто отступает. К тому же верные мужики, которые по итогу уходят к любовницам, — самые ценные мужья. Мне еще мама это говорила, а уж кто собаку съел на соблазнениях, так это она. Родительница в свое время очень лихо окучила одного американца, тот и мяукнуть не успел, как бросил жену с тремя детьми и женился на ней. Вот с кого надо брать пример!

К тому же я не такая дура, как эта Маша, ни за что не дам отбить у себя мужика.

Маша — в мозгах простокваша. Именем все сказано, в общем-то.

Я решила бить наверняка.

В Анапе прямо на банкете подсыпала Амаряну ударную дозу антигистаминного. Я видела, как он принимал его на днях, купила такое же, чтобы, если он станет делать какие-нибудь тесты, в крови ничего левого не обнаружили. Он не заметил, выпил, его ожидаемо развезло, и он пошел в номер спать. Даже телефон забыл в ресторане, идиот.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Создать компромат в виде аудиосообщения мне тоже не составило труда, ведь у меня было множество голосовых сообщений от него.

Я подкупила горничную, раздобыла карту-ключ и пошла в его номер.

Боже, сколько я старалась, чтобы привести его в чувства. Наивная, надеялась, он в неадекватном состоянии все же сможет заняться со мной сексом. Но все, чего добилась, — он кончил в трусы.

В общем, тогда мне забеременеть не удалось, хотя я и использовала полученный биоматериал.

Тут-то я и поняла — пока он в счастливом браке, ничего-то мне не обломится.

Придумала другой финт и устроила шоу на дне рождения его дочки. Отправила сообщение его жене, а потом пошла ва-банк, встав перед ним на колени и облизнула губы.

Я уже потом пожалела, что написала то сообщение его кикиморе-жене. Может, пойди он со мной до конца, тогда что-то и сладилось бы. Амарян так резво схватился за ремень, что даже я поверила, что он наконец-то перейдет черту.

Не перешел, его жена заявилась во всех смыслах не вовремя.

А потом его и вовсе от меня будто отшептали. Вообще меня как женщину перестал воспринимать, все за своей Машей бегал.

Я подумала: что может быть плохого, если совру про беременность? Маленькая невинная ложь, которая обеспечила бы нам с Айком светлое будущее.

После такого любой нормальный мужик начал бы со мной спать по семь раз в день, в офисе, в машине, дома. Ведь очевидно же, что он хотел меня и даже очень. И не предохранялся бы — это сто процентов, ведь я уже типа беременна. Залетела бы как пить дать, и никуда бы он потом от меня не делся. А то, что это случилось бы позже, да кому какая разница? Ну что бы мне Айк сделал по итогу за такое? Максимум поругал бы. Но… Но в трусы он ко мне за эти недели так ни разу и не залез, как я ни старалась.

Самое обидное, я ведь его искренне полюбила!

Он же такой хороший… В нем есть что любить. Мужик при деньгах, порядочный, с фигурой, сразу видно, будет офигенным в постели, даже не придется изображать оргазмы. И почему такой мэн должен достаться какой-то там Маше? Достаточно она им попользовалась, целых десять лет жила, в ус не дула. Пора уступить место более достойным.

И потом, мне очень понравился его дом. Я там мысленно уже поселилась, все-все переделала и стала нянчить своих детей.

Но в результате что?

В результате, даже когда я обеспечила компромат на его жену, он не лег ко мне в постель. Больше того, искренне ненавидит!

И вот теперь после всего у меня есть только один крохотный шанс, чтобы все сработало.

Кусаю изнутри щеку и жду, жду…

В коридоре показывается чета Амарян.

Меня коробит, когда вижу, как Айк нежно и с придыханием ведет свою кикимору к процедурному кабинету. Все же привел ее на ДНК-тест, мои старания не прошли даром.

Но лучше бы он ко мне в постель залез, а не вот это вот все.

Морщусь, когда они проходят мимо, при этом одаривая меня неприязненными взглядами.

Снова жду, пока выйдут…

— Я сдал ДНК. Тебе особое приглашение? — злобно цедит Амарян, когда его жена выходит из процедурной с забинтованной левой рукой.

Видно, уже сдала кровь.

— Вперед, — Амарян буравит меня сердитым взглядом.

Встаю, мысленно возношу богу еще одну молитву и исчезаю в процедурной.

Пришло время для очередного финта ушами, благо мой страж остается ждать в коридоре.

Тут же напрягаюсь, ведь Амарян не уходит, наоборот — оставляет жену в коридоре и идет за мной в процедурную. Встает у двери и наблюдает за тем, как я усаживаюсь в кресло, кладу руку на подставку для сдачи крови.

Ко мне подходит медсестра, затягивает на руке жгут, просит поработать кулаком, чтобы выделилась вена.

Сжимаю и разжимаю пальцы, ойкаю, когда игла вонзается в кожу.

Наконец Амарян выходит, закрыв за собой дверь.

Выдыхаю…

Медсестра моментально выбрасывает в мусорку набранную на треть пробирку с кровью. Снимает с меня жгут и смотрит недовольно.

— Ты понимаешь, что меня за это могут уволить! И это в лучшем случае… — говорит она.

— Све-е-ет, — тяну жалобно. — Сестричка, это в последний раз, обещаю!

— Ты ставишь на кон мою медицинскую карьеру, — продолжает она спорить.

Пф-ф-ф, было бы что ставить вообще. Пока что она жалкая медсестра.

— Не забывай, благодаря кому ты оказалась на работе в элитной клинике с твоими-то оценками, — фырчу на нее. — К тому же ты уже в деле, не забыла про прошлый раз?

Ведь это именно она сдала за меня кровь, когда Амарян потребовал анализ на уровень ХГЧ.

Двоюродная сестра машет головой в сторону двери:

— Следи!

Тут же встаю у двери, прижимаю ее спиной.

Наблюдаю за тем, как она садится в кресло, пережимает руку жгутом и берет у себя же кровь.

А все-таки мне хоть в чем-то повезло.

Девять недель назад действительно забеременели две женщины. Моя двоюродная сестра Света и Мария Амарян.

Беременность жены Айка, конечно, сложно назвать удачей, но сейчас именно ее кровь — единственное, что может меня спасти.

— Мария Амарян, — напоминаю сестре, когда та заканчивает со сбором крови.

Светлана сноровисто меняет стикеры с именами на пробирках. Теперь на моей имя Мария Амарян, а на ее — Вера Никифорова.

Идеальное преступление.

Теперь вопрос времени, когда Амаряны перегрызутся друг с другом. Они подадут на развод, и Айк прибежит ко мне. Через пару месяцев я изображу, что у меня выкидыш, и…

После всего, на что я пошла, Айк обязательно на мне женится.