Глава 46

Богдан

Твою ж!

Все это до омерзительного абсурдно!

Я едва сдерживал себя, чтобы не накинуться на отца. Ведь видел, подозревал, что что-то не так, почему сразу не сказать? И если бы не малышка, уткнувшаяся мне сейчас в грудь, я бы… Да ничего я бы не сделал! Здесь. Столько людей вокруг. Они и так на нас уже косятся.

Должно быть, мы забавно смотримся со стороны. Две парочки. Такие похожие.

Блядь!

— Может, теперь вы расскажете, когда успели? — спросил отец. — Она всего ничего работает в нашем ресторане.

— У нас с Марией Александровной все началось раньше. Мы познакомились в Италии, — ответил я и усмехнулся. — Закаты, еда, вино…

Тут я почувствовал, как малышка в моих объятиях вся напряглась и даже всхлипнула. Я бессознательно погладил ее по спине.

Отец нахмурил брови, посмотрел на мать Маруси. Та пожала плечами.

— Так это она стала причиной твоей задержки?

— Отчасти, — кивнул я, решив умолчать обо всем остальном.

— Надо же, как бывает… — покачал головой отец.

— Лучше скажите, что мы теперь будем делать? — сурово спросил я. — Надежда, как я понял, запамятовала, от кого родила дочь. Память мы вряд ли вернем. Тогда надо установить твое возможное отцовство с помощью теста ДНК. И как можно скорее. Вот не хочется мне быть извращенцем, — зачем-то добавил я. Маруся подняла на меня мокрые глаза, и тут же ее реснички сомкнулись на веках, а тело буквально упало мне на колени.

Недолго думая, я взял ее на руки и встал. Маруся была в полуобморочном состоянии. Вот как ее проняло-то! Бедная моя малышка. Марусина мама с выражением беспокойства на лице тоже встала и попыталась подойти к дочери.

— Нет уж, мама, — я резко отшагнул, — лучшее, что вы сейчас можете сделать для дочери, — это тест. Что там нужно? Слюна? Волос с корнем? Вон лежит ее вилка, а волосы вы найдете на расческе. В сумочке, — я кивнул на стул, где действительно лежала дамская сумочка, принадлежащая Марусе. — В общем, разбирайтесь. И чем скорее, тем лучше. А Марусю я пока от вас изолирую. Достаточно ей впечатлений, — и я поспешил к выходу.

Дверь ресторана передо мной распахнул хостес. Он же стремглав выбежал за мной и помог открыть машину. Я аккуратно посадил Марусю на заднее сиденье и устроился за рулем. Резко стартанул с парковки, наблюдая в зеркало за тем, как отец с Надеждой выбежали вслед за нами.

Куда увезти малышку, я знал. Есть у меня купленный недавно домик в десяти километрах от Москвы. О нем никто еще не знает.

Я плелся по центру Москвы и злился. На скоростное ограничение и на всю эту долбанную ситуацию!

Малышка — моя сестра? Да пиздец это полный! Я, блядь, Ланнистер? только мы с Марусей близнецы не друг друга, а своих родителей?

Да не может быть… Маша — вылитая мать, а от папаши в ней ничего нет. Разве что… страсть к кулинарии и Италии? Такое может передаваться, твою мать, генетически?!

Блядь! Вот ирония судьбы. Встретиться там, а потом еще и здесь.

Или это не ирония? И все было подставлено…. Марусей и ее мамой? Может, они все это спланировали, чтобы потом качать из нас деньги? Ведь явно живут ниже среднего.

Я покосился на Марусю. Она вся сжалась и сидела с закрытыми глазами. Ее грудь плавно вздымалась от вздохов…

Ну нет! Ну не может человек так притворяться! Улыбку, злость, радость и страх сыграть можно, тут и актером быть не обязательно. Но вот стеснительный румянец не сыграешь! За это, пусть и недолгое время, но я узнал ее. Не такая она. Маруся настоящая. И сейчас по-настоящему переживает.

Вскоре выехал на МКАД и вот тут уже погнал по максимуму.

Гнал во весь опор и старался ни о чем не думать. Но навязчивые мысли упорно лезли в голову.

Сколько там делается этот тест? Пять-семь дней? Ничего, бизнес как-нибудь обойдется все это время без меня. А ресторан "Innocente" без второго администратора. Представляю, как Анька снова мне в трубку рявкнет: «Увольняюсь!»

— Куда мы едем? — услышал я тихий голосок сзади. Посмотрел на малышку в зеркало заднего вида. Она сидела потерянная, немного растрепанная и смотрела своими грустными глазками на мое отражение в зеркале.

— В одно укромное местечко, — ласково ответил я.

— Зачем? — она обняла себя за плечи и посмотрела в окно.

— Побыть вдвоем.

Маруся дернулась.

— К чему все это, Богдан Ростиславович?

— Отдохнем. Природа, баня, — весело ответил я. Но Марусе это не понравилось, и тогда я добавил: — Дождемся там результатов.

Малышка всхлипнула. Положила голову на подголовник и прикрыла глаза.

— Я не хочу об этом даже думать, — тихо сказала она. Но я услышал.

— И не думай.

— Рядом с тобой это невозможно.

— Напоминаю о грехе? — усмехнулся я. Зря. Маруся резко открыла глаза и сделала нечто неожиданное — ударила своим кулачком меня в плечо. Не больно, совсем. Но я старательно изобразил обратное. Ведь понимал, что сморозил глупость. Не та эта ситуация чтобы шутить.

— Знаешь, кто ты? — повысив голос, спросила она. — Ты… Ты… Ты… — дальше ее запала не хватило, и малышка, ударив меня еще раз, вжалась в спинку сиденья.

— Гад. Мразь. Подонок. Сволочь, — предложил я. — Нужное подчеркнуть.

— Все и сразу, — пробубнила она.

— Может, и так, — кивнул я. — Однако даже такой я тебе все равно нравлюсь.

— С чего это ты взял? — возмутилась она капризно.

— С того, Марусь. Ты только не переживай, что я узнал твою тайну. Я тебе в отместку открою свою… — Я выждал паузу и признался: — Ты. Мне. Тоже. Нравишься.

Марусиных губ коснулась легкая улыбка, а потом малышка нахмурилась и отвернулась к окну.

— Когда нравится человек, так, как ты, себя не ведут, — выдала она. А я от досады стукнул по рулю. Твою ж! Ведь признался же, искренне. Причем признался в том, что чувствую. Что изо всех сил старался игнорировать все это время. Глушить. Прятать. Скрывать от самого себя… да я даже приуменьшил свои чувства. А она…

Она права, черт тебя дери! Я действительно вел себя отвратительно. С ней.

— Прости меня, — вдруг вырвалось у меня.

Блядь! Что за фигня? Я извинился? Сто лет ни перед кем не извинялся.

Маруся ничего не ответила.

И дальше мы ехали молча. Удерживая руль одной рукой, второй — начал писать смс отцу:

«Напрягись хорошенько и постарайся ускорить процедуру. Денег доплати. Придумай что-нибудь, в общем».

Ответ пришел почти сразу:

«Уже подсуетился. За два дня сделают».

Отлично. Может, Анька и не уволится. Я снова набрал сообщение:

«Организуй Марии больничный».

Отец ничего не ответил, но я знал, что он все сделает.

— Разворачивайся, я не могу уехать, — снова подала голос Маруся. — Маму надо завтра проводить, работа.

— Ты на больничном, а о маме, — усмехнулся я, — думаю, есть кому позаботиться. И уверен, что мой, — я специально выделил, — отец доставит ее до квартиры, еще и спать уложит, а завтра отвезет даже домой.

— Гадость какая… — протянула тихо Маруся, чем развеселила меня.

— Почему гадость? Секс — это приятно. Хотя представлять твою мать с постели с моим отцом все же не стоит.

— Смешно тебе?

— Если честно, то не очень, но терзать себя мыслями все же не стоит.