Глава IX. Маша

К решению как можно скорее пойти к Штерну я пришла сама. Мне приснился сон. В нем я сидела рядом с озером и страдала.

Мои родители уделяли мне не очень-то много времени, а если уж говорить точно — вообще не уделяли. В моем детстве рядом были бабушка, которую я плохо помнила, потому что умерла она рано, и дядя. Но потребности в родителях это не заменяло. И, проснувшись утром, я решила, что обязана сделать все, чтобы у моих детей были и мать, и отец! Даже если папы у малышей были разными.

Агата Эдуардовна как раз не дала мне никаких заданий, и я сочла это знаком. Сама вселенная говорила мне о том, что если и ехать к Штерну, то именно сегодня.

В его офисе было сумбурно. Секретарша сразу предложила мне кофе, воду, чай, сок и даже виски, хотя я ясно дала понять, что ничего не хочу, еще на первом пункте меню. Но когда меня проводили к Давиду, я пожалела, что пить мне нельзя.

— Я рожаю! — объявила я, входя в кабинет Штерна. Рожаю через несколько месяцев, но разве это важно? Я уже хотела прояснить этот момент, но рот мой сам по себе захлопнулся, когда в поле зрения попал Алексей. Он же Лелик. Он же тот, на кого я свалилась с дерева.

— Прямо сейчас? — насмешливо уточнил Давид, опираясь бедром на стол. Руки снова сложил на груди, отгораживаясь от меня и всего мира. — Тогда тебе к Симе и моей секретарше, там умеют принимать роды.

Он кивнул на дверь, и в этот момент я твердо и окончательно решила: не сойду с этого места, пока этот самодовольный хлыщ и его друг не узнают правду!

— Не сейчас. Через восемь месяцев и неделю. Вам это ни о чем не говорит? — поинтересовалась я.

— Говорит, что залетела ты недели три назад.

Давид все же переглянулся с Алексеем. Я примерно понимала, что означал этот взгляд. Не желает ли эта дамочка повесить на нас своего ребенка? Именно так я его и поняла.

— Да. И не знаю, от кого из вас. — Я прошла вглубь кабинета и остановилась посередине. — Врач говорит, что могу быть беременна от обоих.

Воцарилась такая тишина, что можно было услышать, как за окном пролетела муха, но длилось это недолго. Молчание закончилось и кабинет взорвался мужским смехом. Хохотали оба, понятное дело, над кем.

— Подо… подожди! — сложившись пополам, произнес Давид через минуту. — Ты хочешь сказать, что… что…

— Она хочет сказать, что мы с тобой… — Алексей тоже ржал так, что не мог выдавить и слова. — Что она беременна, и виноваты в этом мы с тобой!

Конечно, я отдавала себе отчет в том, что эта новость будет воспринята с недоверием, но сейчас стало очень обидно за моих малышей. Ничего, мама сможет защитить их ото всего!

— Я не знаю, кто из вас виноват и не знаю, виноваты ли вы оба, но то, что я беременна близнецами и случилось это после мальчишника, уверена точно, — твердо сказала я, когда смех начал затихать.

— А что ты вообще делала на этом мальчишнике? — поинтересовался Давид, обойдя стол и сев за него. Ноги он положил на столешницу, вальяжно рассевшись и говоря этим, кто здесь хозяин.

— Следила за тем, чтобы он прошел хорошо, — выпалила я первое, что пришло в голову.

— О! Для нас с тобой он прошел очень хорошо, — процедил Давид и обратился к Алексею: — Да, Лех?

— Более чем.

— Я не об этом.

— Я знаю, о чем ты. И знаю, зачем ты там была. Сопоставить одно с другим не так уж и сложно.

— Это уже неважно. Важно то, чем все закончилось.

— Ты подобрала правильное слово. Закончилось. И я не вижу смысла обсуждать это и дальше.

— Но я беременна! У нас с вами, — я обвела взглядом обоих мужчин — будут дети.

— Сделай аборт. Если на него нужны деньги, то это не проблема.

— Никакого аборта я делать не буду! К тому же, мне нельзя. У меня… в общем патология.

Давид и Алексей снова переглянулись. Понять бы, что происходит в их головах. Была ли я готова к такой реакции? И да, и нет. Рассчитывать на то, что Штерн обрадуется детям, передумает жениться на Агате и сделает мне предложение, было глупым. Да и замуж я не собиралась, но и растить детей в одиночку не хотела тоже.

— Избавь нас от этих подробностей, — поморщился Давид. — Если аборт сделать нельзя, то это не наша проблема.

— Подожди, Дав, — вступил в разговор Алексей, когда я подбирала слова для ответа. — Давай не будем торопиться. — Он посмотрел на меня. — Почему ты решила, что дети наши?

— Потому что у меня до вас…

— … не было мужика? — Давид снова рассмеялся. — Уж девственницу от развратницы я отличать умею.

— Нет! Я давно ни с кем не спала.

— Еще бы! В таких-то трусах!

Густо покраснев, я отступила на шаг. Мало того, что мне не верили, так еще и открыто высмеивали. На глаза навернулись слезы, но я гордо вскинула подбородок.

— Больше мне прибавить нечего. Все, что хотела — я вам сказала. До свидания.

— Прощай, — отозвался Давид и сделал вид, что увлечен чтением документов.

Что ж… на этом, пожалуй, все. Выйдя из кабинета Штерна, я почти бегом устремилась к выходу. Подумать только! Второй раз скрываюсь, как будто совершила преступление! А ведь была виновата в случившемся на треть. Ладно, не беда. Выкрутимся, как сказал бы дядя Саша.

Точно. Обязательно выкрутимся!