Глава 17

Тем временем Макс коварно воспользовался редкими чарами из арсенала Алевре. Он совсем не хотел, чтобы кто-то из слуг или прихлебателей беспардонных и смертельно опасных подружек застукал их с Ханом за очередной откровенной авантюрой. Потом начертил на садовой дорожке сложную пентаграмму. Поставил в центр жаровню с вонючим травяным порошком.

После чего сам встал на один угол рисунка, а Кана поставил на второй. Затем медленно запел, строго соблюдая малейшие оттенки и нюансы довольно сложного заклятья «Великое Восемь».

Олора сразу учуяла отголоски могучей подводной магии. Она даже поперхнулась любимым аперитивом. Обычно чарующий голос на этот раз был больше похож на недовольное карканье чем-то сильно рассерженной вороны:

– Кто-то из наших котиков посмел попытаться вырваться из наших сетей на волю. Надо бы поискать смутьянов, пока процесс не стал необратимым.

– Одним больше – одним меньше, какая разница? – Велль лукаво улыбнулась закадычной подружке. – Мир огромен. Мужчин в нём не счесть. Так что, давай не будем лишать себя удовольствия. Накажем потом для острастки. У нас так мало развлечений, что даже из проступков собственных мужей можно соорудить премиленький аттракцион, – тёмная эльфийка махнула рукой, чтобы прислуживающий в этот день мужчина снова наполнил их с ундиной изящные бокалы из радужного хрусталя с тонкой гравировкой.

Если бы интриганки знали, что задумал Макс, они смогли бы предотвратить воспоследовавший за этим хаос и попытки исправить последствия неумелой волшбы двух колдунов-неудачников.

Макс, от греха подальше, сделал так, чтобы их гарантированно никто не побеспокоил раньше времени. Он попросту завязал все дороги в такой узел, распутать который впоследствии даже Владычице Дома Волчьей Луны оказалось не под силу.

Когда Кан, увидел, во что его превратили чары старинного приятеля по разномастным пакостям и подставам, неуверенно проблеял:

– Эээ, ты уверен, что именно такой результат должен был получиться в результате волшбы?

– Не совсем, Хан. Только главное полностью утратить интерес Велль и Олоры к нашим бренным тушкам! – бывший морской змей-оборотень имел полное право гордиться собой.

Из зеркала в саду вокруг дворца дровской Владычицы на него смотрел странного вида монстр. До половины это было привычное им обоим человеческое тело. Вместо рук – восемь щупалец с, отчего-то, овальными сияющими присосками. Нижняя часть была обычная. То есть волчья. Только почему-то лапы оканчивались лошадиными копытами. Хвост тоже явно принадлежал этому животному, как и грива на голов. Она заменила антрацитовую щётку жестких волос. Та в волчьей ипостаси украшала загривок.

– Надеюсь, Велль и Олора сразу отвернутся уродцев, которыми мы стали! – Макс весело подмигнул Макс приунывшему Кану, приятеля совсем не обрадовала произошедшая с ним метаморфоза.

– Боюсь, приятель, что и Несси не оценит нашего нового внешнего вида!

– Это – моя кошка! Не смей точить на неё зубы! Иначе! – угроза в голосе, естественно, вызвала ответную реакцию.

– Она променяла тебя на колдуна с ослиными ушами! Так что, считаю себя вправе тоже попытать счастья. Так что, в очередь, засранец! Иначе, иначе ты мне больше не друг! – Кан был чересчур вспыльчивым, за что частенько оказывался в неприятных или глупых ситуациях.

– Давай посмотрим, как мои чары сказались на этом не в меру шустром дроу. А наши трения уладим потом, – и Макс прошептал заветные слова, складывая щупальца чашей.

Внутри тут же заклубился сероватый туман. Через мгновение он превратился в зеркало.

– Несси, – Чар сразу понял, что за ними подсматривают. – Кажется, я понял, чьи плетения ты умудрилась развеять до того, как они натворили бед в нашей квартире.

– Тоже мне открытие! Максик и Канчик так и не научились проигрывать. Они не умеют следовать даже по собственным правилам. Теперь мы сделаем вид, что совершенно ничего не понимаем и не замечаем! Давай знатно подёргаем этих двух сивых меринов за хвосты и гривы, как они того заслуживают! – мой хитрый и многообещающий взгляд сразу настроил моего мужчину на игривый лад.

Я улыбнулась, прекрасно зная самый верный и очень приятный способ накрутить волчкам не в меру задранные хвосты. Чар понял меня правильно и по-хозяйски потянул за руку на с ночи разворошённую постель. Застлать её никто из нас так и не удосужился. Причём начали мы с игры, которая очень сильно нравилась нам обоим. По очереди расстегивали одну пуговицу на моей одежде. Потом на его. Это повторялось до тех пор, пока застёжки не переставали скреплять предметы нашего гардероба.

Донесшийся почти у самой границы слышимости беззвучный вопль мог принадлежать только Максюш. Он пролился целебным бальзамом на наши измученные противостоянием души. Когда мы избавились от сейчас сильно мешающих нам общаться домашних тряпок, я прошептала простенькое заклятье. Ему в своё время меня обучила в свое время Велль, чтобы избавиться от навязчивого внимания «братцев-акробатцев». Мне было чуждо выставлять свою личную жизнь напоказ. Чар, попросту, в силу воспитания поддержал мой выбор.

Как поняла, для него мой статус соответствовал дровской Владычице. Как он иногда шутил, что я – Правительница Дома Кошачьей Лапки. Поэтому всякие там «недоделанные химеры» могут развлекаться с кем угодно. Про меня им давно уже следует позабыть. Как в таких случаях любила говорить моя бабушка: «Поезд ушёл, платочком на прощание помахал».

Мы с ним были похожи даже в том, что любовные игры следует начинать с упоительной прелюдии. Это была та простая житейская мудрость, которая так и осталась тайной за семью печатями не только для Кана, но и для Макса. Мой бывший приятель так и не смог понять, что залог счастливых и долгих отношений прост. Всего, лишь каждый отдает ровно столько, сколько получает от партнёра. Больше или меньше приводит к краху и взаимным упрёкам. Хотя, в таких тонких материях, как парный танец по жизни, во всех сбоях и неудачах всегда виноваты оба.

Я легонько потянула своего дроу за руку. Удобно уложила на постели. В моей голове созрел коварный план. Решила раздразнить любимого тёмного эльфа так, чтобы желание снова зашкаливало, как в ту памятную новогоднюю ночь. Удивилась, что безмерно благодарна Каре.

Заклятая подружка не только избавила меня от Максюши, но и подарила нам шанс на счастье. Все, кого что-то не устраивает, может сразу утопиться в ближайшем болоте. Я была готова бороться за собственное счастье любыми доступными для меня методами. Учитывая, что моими наставницами были, в своё время, не только Велль и Алевре, мало этим предателям не покажется.

Совсем не просто так многие оборотни мечтали именно о неко. Такой, как я. Даже в человеческой ипостаси, мои узкие ноготки очень напоминали когти. Поэтому были идеальны для того, чтобы использовать то, что они никогда не ломаются и всегда достаточно остры. Идеальный инструмент для того, чтобы провернуть одну совсем простую штуку. От неё у любого встреченного мной мужчины гарантированно в момент сносило голову.

Естественно, если тому удавалось подобраться достаточно близко к моей строптивой и часто слишком вредной тушке с парочкой аккуратных острых ушек на голове. Так же ещё и с хвостом. Он был верным спутником с самого рождения. Главной сложностью всегда оказывалось только один пикантный момент. В порыве плохо контролируемой страсти можно было ненароком сильно оцарапать возлюбленного.

Я легонечко скользила по коже на спине и бедрах своего тёмного эльфа. С упоением рисовала по чуть шершавой поверхности волшебные узоры и писала пылкие признания в любви.

Естественно, долго подобного издевательства мужчина вытерпеть не смог. Чар опрокинул меня на смятые ночью простыни и осипшим от желания голосом прошипел:

– Несси, я – не безропотная дровская мышка! Не стоит играть со мной в такие опасные игры.

– А то примерно накажешь? – промурлыкала я в ответ.

Прекрасно понимала, что снова играю с огнём. Дроу – это тебе не Максик и Кан. Он умеет добиваться своего незаметно и с максимально высокими результатами.

– Зачем же так мрачно? – мужчина насмешливо посмотрел на меня и многозначительно дёрнул острым кончиком уха. – Всего лишь, приму зеркальные ответные меры! – и губы, легонько пробежались по моей коже на шее.

Эй! А вот это уже совсем подленько и грубо. Колдун прекрасно знал, как отреагирует моё тело на едва ощутимые прикосновения.

Я не стала ничего говорить. С головой нырнула в умопомрачительные ощущения. Они словно были созданы для того, чтобы отключать сейчас совершенно ненужные мозги с их вечным влезанием в любое событие в моей жизни с не всегда идущей на пользу обоим самокритикой. С губ сорвался едва слышный всхлип. Через мгновение закономерно ощутила, как к губам присоединились чуткие пальцы. Что было дальше, вспоминала словно через пелену тумана. Обняла Чара за плечи. Уткнулась носом ему в плечо. После чего уплыла в сон. Успела ещё раз мысленно поблагодарить Кару за такой чудесный подарок.