3

Глава третья, в которой разговор с родителями, «война» за платья и первая встреча...

Юзова откинула одеяло, протяжно застонав. Предстоял непростой разговор с родителями, к которому необходимо подготовиться, а в голове мысли бьют набатом, вызывая острое желание закрыть глаза и провалиться в темноту. Или ещё куда-нибудь, но подальше... Даже ад сейчас показался бы раем. Без преувеличения.

Со вчерашнего дня - мысли, словно злобные ведьмы, устроили Вальпургиеву ночь и отплясывают свой безумных хоровод на пепелище ещё недавней веры, что всё получится, порождая тем самым бурлящий океан чувств.

Сейчас, где ещё совсем недавно было пусто, где-то в районе груди, - плавают злобные твари. Страхи. Они жалят подобно медузам, вызывая судороги и мелкую внутреннюю дрожь. Лихорадку. Сомнения поднялись из глубин этого «океана» и теперь рыскают в поисках,... чем бы закусить повкуснее. Уверенность почти доели, остались крохи надежды и слабой веры.

Кирилл ничего не знал, о реальной причине, побудившей Юзову на столь отчаянный и безрассудный шаг. А должен был. Зачем она только согласилась на уговоры Сергея Викторовича? Ему она ведь выложила всё как есть. Теперь мучайся, гадай, согласится Кирилл или нет на усыновление ребёнка. В России. Пока они в браке, так называемом. Получится ли у них?

Кравцов старший заверил. Документом размахивал, будто флагом, победным. А по сути, просто бумажкой. А Юзова поверила. Повелась. Ухватилась за надежду, отчаявшись. А должна была, дура, думать. Взвесить, оценить риски, как выразился Сергей Викторович...

Со злостью откинула одеяло, намереваясь положить конец царящей в голове вакханалии. Ну или по крайней мере, утихомирить на время. Умная ведь баба, а подаётся панике, подобно первоклашке. Всего-то стоит открыть интернет и прочесть про усыновление детей людьми с двойным гражданством. Что ожидает их впереди, а уж Кирилла она убедит. Вместе с Сергеем Викторовичем, конечно.

Уже через полчаса Юзова спокойно мешала кофе, словно не было этой «истерики», панической атаки, будто не она желала выброситься в окно.

У них могут возникнуть небольшие затруднения на этапе усыновления, если Кирилл подаст документы, как гражданин РФ, даже при наличии прописки и недвижимости в России, но ему не откажут, если пойдёт по процедуре иностранного усыновления, но это совсем другой пакет документов и не в районный суд, а в областной. Но разве это важно? Главное - такая возможность есть.

*Блим-блим*

Юзова уже ненавидела этот звук, а ведь с момента подписания договора прошли всего сутки. Разблокировала телефон и приподняла брови.

Пришло письмо с рекомендациями по фасону и цвету платьев. Более того, этот самодур, даже фотографии приложил.

Юзова скрипнула зубами и с шумом выдохнула, усмехнувшись.

- Ну, сволочь же, а! - выругалась в сердцах и ещё раз взглянула на фото.

Кирилл вероятно решил вылепить из неё вторую Адлер. Иначе как объяснить его выбор цвета: красный и чёрный, а фасон... Ну тут и так всё понятно: платья футляры, юбки и блузки, чуть ли не точная копия тех, что носит его бывшая «благоверная».

- Извини, дорогой: не в этой жизни, - открыла «диалог» и настрочила:

- «Мне нужно знать историю нашего знакомства, чтобы представить её родителям. Версия о «любви с первого взгляда» - не прокатит».

- «Придумайте что-нибудь. Я вверю в ваши интеллектуальные способности», - пришёл незамедлительный ответ, будто Кравцов вообще телефона из рук не выпускает.

- Злобный тролль никогда не дремлет, да? - риторически поинтересовалась она, заломив бровь и ответила:

- «Вы, как руководитель огромного холдинга, должны знать, что раскидываться такими выражениями очень опасно. Я могу придумать всё, что угодно. Моя фантазия не знает границ. Не зря же мы договор составили...»

- «Я инспектировал головной офис в Москве, вы - помощница моего отца, понравились мне как сотрудник. Заинтересовался. Стал пытаться переманить к себе, а там...»

- «... как в лучших мелодрамах...», - не удержавшись, закончила Юзова и поморщилась.

- «Не любите мелодрамы?», - показалось, что это намёк на что-то. Мол, вы же женщина, одинокая, тридцатилетняя, неудовлетворённая. Вы должны любить мелодрамы.

- «А у вас самого скулы от этой версии не сводит? Не слишком ли... «розово»? Уверена, ваша бывшая жена не поверит...»

- «А вам важно, чтобы поверила?»

- «Мне кажется,... вам важно...», - отправила и замерла. Ответа не было долго. Юзова даже заволновалась, не умер ли её начальник-самодур от инфаркта, но когда приняла решение начать собираться, пришло сообщение:

«Я подумаю... Но для ваших родителей - сойдёт и такая версия. Удачи».

- Блин, спасибо, - усмехнулась она и убрала телефон. Удача пригодится. Хотя не поможет.

Каждая встреча с родителями напоминала что-то среднее между собеседованием в исследовательский секретный центр НАСА и допросом в НКВД. Вот честно! Юзова даже подозревала, что в квартире на Новом Арбате уставлено скрытое видеонаблюдение, чтобы потом хозяева могли подробно изучит допрос своих гостей.

«Ага, сглотнул... Врёт! Однозначно, врёт».

«Моргнул два раза... Нервничает, так и запишем...»

«А этот почесал левую руку. Точно хочет присвоить себе наше фамильное серебро. Больше на праздники не приглашаем...».

Это только кажется, что смешно. На самом деле, всё очень и очень грустно.

Юзова росла в атмосфере тоталитаризма, где любое неповиновение или «отход» от системы, установленного порядка, считалось государственной изменой. Радовало, что на огнестрельное окружение всегда требовалось разрешение, а на убийство - лицензия, которую могли себе позволить немногие «организации». Есть вероятность, что её давно бы расстреляли...

Нет, не всё так плохо. Это, конечно, преувеличение, но любое неповиновение строго возбранялось, наказывалось. Личное мнение - не приветствовалось. О свободе слова и демократии, родители никогда не слышали.

Поэтому, прилично одевшись, а это абсолютно безвкусное совдеповское платье и такие же туфли лодочки, приобретённые специально для таких случаев, Юзова отправилась в ювелирный магазин. Прийти к родителям без помолвочного кольца и заявить, что выходишь замуж, это всё равно, что подписать себе смертный приговор и привести его в исполнение.

«И ты согласилась? - сказала бы Юлия Павловна. - После всего, что мы для тебя сделали? Какое воспитание дали... Ты согласилась выйти за мужчину, который даже не подарил кольца?

- Он бомж? - спросил бы Алексей Георгиевич, глядя строго из-под толстых стёкол очков...»

А потом была бы трёхчасовая лекция на тему: «Какой Слава был замечательный мужчина. А ты свела его с ума своим никчёмным сарказмом, неумением держать язык за зубами. Удивительно, что ушёл, а не сбежал. Куда-нибудь в Мексику...» - и Юзова всегда молчала в такие моменты, не желая говорить, что сарказм - это у них семейное...

Но как бы она не готовилась, сидя в такси, как бы не проговаривала вступительную речь, разговор вышел тяжёлым.

Мать приветствовала холодно, отец слегка удивлённо, Юзова ощущала неловкость. Вроде в доме родных и близких, а не знает, куда сумку поставить, куда лучше пойти: на кухню или в гостиную. Сначала вымыть руки, а потом рассказывать или сразу, чтобы потом не услышать упрёк: «И ты молчала?».

- Привет, - улыбнулась она, делая всё по-своему. Сняла туфли и поставила их рядом с мамиными, а не на гостевую полку. Шарф бросила на комод, а пальто повесила на крючок, а не на вешалку. Это вообще преступление, но Юзова лишь улыбалась. - У меня для вас новость.

- Твоя «новость» сверкает у тебя на пальце, - сухо отозвался Алексей Георгиевич. - Хоть бы постыдилась.

Вдох... считаем до десяти, улыбаемся.

- Анечка, ну как же... - деланно запричитала Юлия Павловна. - А спросить родительское благословление? Согласие дала, а жениха не представила...

- Не представила, - не стала отрицать Юзова и всё же прошла на кухню: пить хотелось страшно. - По техническим причинам.

- Он инвалид? - раздался беспристрастный голос отца за спиной.

Что они там про её никчёмный сарказм говорили?

- Жив, здоров, полон сил и энергии, - невозмутимо отчеканила она, натянуто улыбаясь. - Но живёт в Лондоне. Имеет двойное гражданство, здесь бывает редко. Он был очень занят, пришлось срочно возвращаться: дела. Просил передать свои искренние извинения и вот: личное приглашение на помолвку, - протянула бело-розовый конверт, купленный и подписанный в пути, он всё равно особой роли не сыграет, родители найдут к чему прицепиться.

- Здесь не указана дата, - растерянно протянула Юлия Павловна. - А почему же ты не познакомила нас раньше?

- Боялась, - соврала Аня, уговаривая себя не сглотнуть, не моргнуть, не вздохнуть лишний раз.

- Познакомить боялась, а выйти замуж без нашего одобрения, не боялась, - хмыкнул Алексей Георгиевич и сел за стол.

- Слушайте, - сдалась Юзова, тяжело вздохнув. - Я выхожу замуж и переезжаю в Лондон. Очень надеюсь увидеть вас там на своей помолвке и свадьбе и сохранить наши дружные и тёплые отношения.

- Не благодарная, - буднично заметил отец и раскрыл газету. Оставалось только поражённо моргать, пока Юлия Павловна как ни в чём не бывало разливала чай.

- Не надо, - тихо отрезала Юзова. - Я всю жизнь выполняю ваши требования. Я глупая. Наивная. Дура, но не неблагодарная. Я могла давно выйти замуж и родить, но ваша опека, ваш контроль... Неумное желание распоряжаться каждой минутой моей жизни...

- Не рассчитывай, что перепишем на тебя квартиру, - безразлично прервал Алексей Георгиевич, оторвавшись от увлекательно чтения. - Может, только внуку...

- Как скажите, - сделав усилие, улыбнулась она, громко поставив стакан на стол. - На свадьбу прилетите?

- Подумаем, - ровно отозвался он, вернувшись в мир «жёлтой» прессы.

- Отлично! - Юзова решительно направилась в коридор. - Тогда не смею вас больше задерживать. Мне ещё надо вещи собрать и платье выбрать. Удачи, не болейте, пишите, - оделась стремительно быстро: преодолев себя, чмокнула маму в щёку, обещала звонить, не пропадать и покинула отчий дом.

На улице лишь выдохнула, как-то обречённо, запрокинув голову в небо. Уже голубое, весеннее, но ещё холодное, недружелюбное.

«Отставить нюни!» - строго приказала себе и отправилась в торговый центр, намереваясь выиграть маленькую войну за платья, за свободу выбора, у своего фиктивного мужа тирана и самодура. И план, как это сделать, уже созрел.

Перед операцией под кодовым названием: «как достать тирана?», Юзова заглянула в кафе просто, чтобы угостить свой измученный нервным напряжением организм большой порцией латте с мороженым.

Организм был счастлив и признателен за доброту и заботу. Блаженно выдохнув, Аня смотрела в панорамное окно, на спешащих людей с угрюмыми лицами, на стоящие на светофоре машины...

Родители всегда были такими. Ну вот - такими. Чопорными. Сухими. Интеллигентами. Они оба скупы на эмоции, на ласку: страдают редкой формой консерватизма и ханжества. Сказывается «старая закалка» ещё советских времён и, конечно, воспитание. Дедушка был ещё тем сухарём, но как ни крути, родители дали ей всё. Всё и ничего одновременно.

Юзова никогда не нуждалась в одежде, они не голодали. Она не была обременена подработками и всё свободное время уделяла учёбе, а когда пошла работать, мать активно помогала, часто готовила для неё с запасом на неделю. Но при этом всегда что-то требовали. Повиновения. Смирения. Поклонения.

Помнится на третьем курсе, Юзова крепко и основательно влюбилась. Глаза горели, руки тряслись, чуть ли пена от эйфории изо рта не шла. Да и парень,... ответственный попался. Не раздолбай. На два года старше, диплом защищал. Сделал Ани предложение. Точнее родителям сначала...

Всё как полагается: цветы матери, коньяк отцу, в ножки поклонился, представился, а те...

«Ты что, залетела? - сухо поинтересовался Алексей Георгиевич. - Нет? А зачем тогда он пришёл и «руки» твоей клянчит? Рано ещё. Забудь...»

Юзова тогда попыталась свести всё к шутке, отмахивалась, пыталась бодриться, но время шло и, видимо, потенциальный жених устал ждать, и канул в лету.

Теперь в лету канула её жизнь. Ни семьи, ни детей, муж и тот... «фиктивный».

Кстати о «птичках»...

Юзова глянула на часы и воодушевлённо оторвала попу с лавки и направилась в торговый центр прямо через дорогу. Там на этажах «завалялось» пара приличных бутиков известных брендов, которые изготавливают шмотки всё в том же Китае.

Вообще было плевать какие тряпки хватать. Юзова набирала, что под руку подворачивалось, включая сумки, пояса, ремни, браслеты, туфли... Нет, не покупала, шла в примерочную и... делала селфи.

О, это было даже забавно! Она примеряла абсолютно безвкусные и не подходящие под описания Кирилла платья, делала фото и отправляла большому начальнику-самодуру. Пусть развлекается.

Примерно с такими комментариями:

«Этот красный цвет достаточно красный? Или... я не совсем понимаю. Вот этот, кажется, более красный...»

«Ой, а длина? Длина нормальная? Я вот не знаю, вырез должен быть глубоким? А рукава? Или без рукавов?»

«Не знаю, какой пояс лучше? Первый вариант или второй? Или лучше без пояса?»

«Вот эти туфли, кажется, подходят к этому платью? Мы же на нём остановились? А каблук не высокий? Или лучше на танкетке?»

- «Я на совещании!» - пришёл короткий ответ, заставив Юзову коварно улыбнуться. Сжала телефон, сидя на пуфике и потянулась за комплектами белья. Нет, примерять их она не собиралась, много чести! Хотя подозревала, что начальник видел и не такие женские прелести, и вообще, чего он там не видел, но точно не такие, как у неё. Поэтому сфоткалась с каждым комплектом в руке, почти как на паспорт.

- «Чёрный кружевной или гладкий? А вот есть ещё с пуш-ап, и бретельками-невидимками. А трусики танго? Или стринги?..»

- «Вы издеваетесь?»

Это я ещё про сумки и бижутерию не спрашивала, мстительно подумала она, но надеясь, что не понадобится.

- «Нет! Что вы?! Узнаю ваше компетентное мнение. Вы прислали мне такие... рекомендации. Я и подумала, что вы в нарядах понимаете лучше меня. А вдруг ошибусь? Один комплект стоит половину моей зарплаты, не хотелось бы потом сожалеть... Плачу, конечно, не я, но какой ущерб по бюджету компании. Какие непозволительные траты...», - Юзова едва сдерживала смех, а консультанты уже подозрительно косились.

- «Вы же не отстанете, да?» - даже через сухое смс читалась робкая надежда.

- «Не-а», - улыбаясь, отправила она ответ.

- «Выберете, что хотите. На свой вкус», - и отвалите от меня, ради Бога, так и читалось в контексте.

- Йес! - победно воскликнула она и, с чувством выполненного долга, вышла из примерочной. Интуиция подсказывала, что «супруг» ещё отмстить, точно отыграется за свой маленький проигрыш, но об этом она побеспокоится завтра, а пока... Было там пара симпатичных платьев...

***

В аэропорту Хитроу, Юзову никто не встречал. Не удивительно. Она девочка самостоятельная. Зачем вообще встречать личных помощниц?.. даже если они ни разу не были в Лондоне. Можно ведь скинуть необходимые адреса, прикрепив комментарии, и пожелать не расслабляться: большой начальник появится через несколько дней.

Где носят полоумные черти Кравцова младшего, Аня даже не предполагала, но он испарился сразу, как вернулся из Мадрида, где, судя по всему, отдыхал в компании сестры, потому что практически её не доставал своими «умными» поручениями. Только один раз попросил заказать vip-столик в одном из дорогих ресторанов.

К слову, в Мадриде находится самый крупный отель из сети Анабель, можно сказать, любовника Кравцова. Уж он в нём или ней, как правильно обозвать «любовницу» мужского рода? В общем, души он в Анабель не чает. Холит, лелеет и частенько навещает. Может, потому что там сестра с племянником, а может потому, что один из отелей госпожи Адлер тоже там. Об этом Юзова думала с любопытством и всё гадала, что бывших супругов связывает?

Выложив круглую сумму за кэб, она в очередной раз помянула добрым словом своего начальника. Мог бы и машину прислать, наверняка, у компании есть пара служебных, ничего бы не случилось.

Вежливый и улыбчивый англичанин провёз её по мосту над Темзой, мимо знаменитого «Лондонского глаза» и желание убивать медленно отпало. И если в центре властвовали здания венецианской эпохи, больше мрачные и готические, то в Кенсингтоне перемежалась старина с современной, элегантной архитектурой.

Юзова, конечно, глазела в окно, было на что, и даже усталость, после перелёта, отошла на второй план.

- В Кенсингтоне находятся три всемирно известных музея: музей Виктории и Альберта, Музей естественной истории и Музей науки, - доверительно рассказывал таксист на безупречном английском, выполняя роль гида. Что приятно - бесплатно. - А это круглое здание: Королевский Альберт-холл - идеальное обрамление для любого концерта.

Что удивительно, почти сразу начинались торговые улицы с дорогими бутиками, как выразился водитель: «превосходное место для шопинга и нет таких толп, как Вест-Энде».

Вообще Кенсингтон поражал разнообразием, не только архитектуры, но и смешением вкусов. Рядом со старомодным кафе мог, вполне, гармонично расположиться эксклюзивный ночной клуб, а через дорогу антикварная лавка.

А вот улицы респектабельных домов, выглядели как-то уныло. Красивые белокаменные пентхаусы, обочины заставлены дорогими авто, а Юзова себе представляла почему-то отдельный особняк, как минимум, со своим гигантским двором, где Кравцов, качаясь в гамаке, отправляет ей «умные» поручения.

Расплатившись с водителем, который любезно помог достать чемодан на колёсиках, Юзова ещё раз сверилась с адресом и двинулась к кованым воротам. Нажала кнопку домофона, напряжённо ожидая ответа. Кирилла дома нет, однозначно, но как он заверил, волноваться не о чем. Тогда, почему она так волнуется?

- Представьтесь, пожалуйста, - прозвучал вежливый, чуть хрипловатый женский голос.

- Меня зовут, Анна Юзова, - она запнулась, думая, как лучше себя «подать», как помощницу или невесту? Что-то они этот вопрос не обсудили. - Господин Кравцов должен был предупредить о моём прилёте.

- О! Вы, наверное, Энн! - радостно отозвался голос. - Из Раша, да? Невеста Кирилла...

Ну, значит невеста.

- Да, всё верно, - улыбаясь, заверила она и толкнула калитку, сразу после щелчка.

Приветливой женщиной оказалась приходящая домработница, миссис Беатрис Джонс, которой и поручили это ответственное дело: встречать невесту из России. Хорошо женщина была достаточно умна и тактична, как, впрочем, и все англичане, чтобы не спрашивать, а почему жених сам не напряг свой ленивый зад.

- Походите, проходите, - хлопотала она. - Ваша комната, мисс Энн, на втором этаже. Когда вам угодно подать обед?

Юзова на секунду впала в ступор. Во-первых, нужно сначала понять, где она оказалась. Во-вторых, желательно принять душ и привести себя в порядок. Разложить вещи и, судя по всему, экскурсию по дому ей устраивать не собираются. Ладно, на первых порах можно повести себя, как порядочная гостья. И Рим не сразу строился...

- Я пообедаю через час, миссис Джонс. Мне разрешено спускаться в столовую? Или хозяин оставил другие распоряжения на этот счёт?

А вот тут выдержка домработницы подвела. Она заметно смутилась, а пухлые щёки залил румянец.

- В его отсутствие можно в столовой, но предпочтительнее, у себя в комнате, - ответила пунцовая миссис Джонс. Бедняжка. - Хозяин оставил для вас список... правила поведения в доме, если вы вдруг забыли, и некоторые поручения.

- О, поручения?! - Юзова наигранно всплеснула руками. - Я очень люблю поручения! Несите скорее сюда, зачем же заставлять их ждать, верно?

Домработница удивлённо моргнула, украдкой вытерла взмокшие ладони о белый передник, и скрылась где-то... где-то, видимо в гостиной. Юзова успела разглядеть только просторный холл, который мало похож на прихожую, и куда ставить обувь, тоже не ясно.

Наверное, бедная миссис Джонс решила, что Аня немного не в себе, зато краснеть быстро перестала.

Ей показали, где гардероб, оказалось его не так просто найти, мало того, что встроенный, так ещё и белые двери, без ручек, сливаются со стеной. А потом проводили по винтовой лестнице наверх. Как и было указанно ранее, комната располагалась сразу напротив ванной.

- Спасибо, миссис Джонс, - вежливо улыбнулась Юзова, берясь за ручку двери. - Воспользуюсь отсутствием хозяина и пообедаю в столовой. Спущусь через час, - сделала она это скорее из вредности, потому что могла прекрасно поесть и у себя, но хотелось украдкой осмотреть дом. Любопытно же.

Юзова бросила список на комод, даже не взглянув на него, отпустила чемодан и прошлась по своей новенькой «тюрьме», где ей предстоит провести ближайший год. Может, меньше, кто его знает.

Ну... в комнате царил полный минимализм. На счёт интерьера хозяин даже не заморачивался: белые стены, на которых тут и там расположились чёрные полки. Ковёр полностью застилал светлый пол, комод, диван, встроенный зеркальный шкаф, да компьютерный стол у широкого, полукруглого окна. Пространства много, но толку мало. Обстановка навевала ассоциации почему-то с больницей. Зато можно удобно устроиться на полу: он, судя по всему мягкий и тёплый.

Юзова быстро справилась с вещами и так же быстро приняла душ. Разложила диван, побросала бельё и вытянулась во весь рост. Наверное, следует написать «супругу», что она благополучно добралась, хотя вряд ли он волнуется. Может, уже забыл о её существовании.

«Вот поэтому, стоит о себе напомнить», - коварно подумала она и достала телефон.

А вдруг мистер Зануда на очередном совещании? Или в постели с длинноногой блондинкой, или коротконогой, но не менее привлекательной?

Отлично! Тем лучше!

- «Я на месте», - хотелось добавить: «горизонт чист. Иная форма жизни не обнаружена. Как слышно?.. приём...», но вряд ли начальник оценит подобную театральную деятельность.

- «Вы ознакомились с инструкцией? Всё понятно?»

- «Всё понятно», - настрочила она, косясь на нетронутую «инструкцию».

- «Тогда можете приступать к своим обязанностям».

- К обязанностям? - недоумённо переспросила Юзова и подскочила. Наверное, всё же следовало сначала прочесть «любовное послание», а потом уже писать начальнику.

Быстро пробежав по ровным строчкам (ну надо же! Написал на русском. Какое великодушие!), Аня выцепила главное:

«- Съездить в офис, адрес я вам оставил, и зайти в отдел кадров. Не забудьте документы».

Дальше шёл целый список чего ещё надо сделать, чуть ли не вчера. Найти договора с клининговой компанией, связаться с ними и попросить сделать пересчёт за обслуживание отеля в прошлом месяце. Назначить встречу директоров, подыскать подходящего коуча для проведения тренинга с маркетологами. И ещё много чего такого же дико увлекательного.

Юзова спустилась в столовую, на ходу продолжая читать инструкцию.

Помимо того, что в доме ничего трогать нельзя и покидать свою комнату, крайне не рекомендуется, были и другие забавные пункты:

«Не ходить на задний двор», - опа-чки!.. оказывается, двор всё-таки есть. Надо непременно это проверить.

«Не играть с лабрадорами и не впускать их в дом», - ва!.. ещё и собаки есть! Какая прелесть! Наверное, они дико хорошенькие! Надо купить вкусняшки и обязательно навестить, но только для того, чтобы убедиться: лабрадоры есть и не впускать их в дом. И никто не станет с ними играть, гладить, и тискать. Как можно? Они ведь такие миленькие.

«Следить за порядком в своей комнате и не разбрасывать вещи», - ну, этого она и так делать не собиралась.

«Кроме сегодняшнего дня, дня вашего приезда, питанием обеспечивайте себя сами. Можете пользоваться кухней, но не забывайте включать вытяжку, убирать за собой и загружать посуду в «машину»».

- Так точно, сэр! - шуточно покривлялась Юзова и устроилась за широким, прозрачным столом. Отсюда открывался вид на задний двор, что было очень кстати. А вот и заветная дверь, ведущая в это зелёное царство...

Обед был довольно прост, но блюда сбалансированы, видимо, меню тщательно составляется, а хозяин ведёт здоровый образ жизни. Здоровый и скучный.

Юзова решила не откладывать важные дела, переоделась в строгое платье кофейного цвета, накинула плащ и отправилась в офис.

Разобраться что к чему - не составило особого труда. Ну да, побродила немного по лабиринтам бизнес-центра, ну да, замучалась объяснять в отделе кадров, кто она и зачем, потом чуть ли не с боем прорывалась в приёмную, но русские, как говорится, не сдаются. В итоге, Юзова решила, что ей следует больше знать о привычках и предпочтениях своего начальника, разобраться в его расписании, чтобы не налажать и дать меньше поводов для придирок, по крайней мере, как к помощнице.

Раздобыв в базе данные предыдущей помощницы, Юзова, сидя в приёмной, набрала её номер.

- Алло? - раздался подозрительный, но приятный голос, после коротких гудков.

- Гвен Ричи? - деловым тоном поинтересовалась она.

- Да. Чем могу помочь?

- Можете. Меня зовут, Анна, я новая помощница господина Кравцова, не могли бы вы... Вот чёрт! Трубку бросила, - возмущённо фыркнула Юзова, уставившись в телефон. - Так значит? - решительно поднялась, подхватила сумку с плащом и покинула бизнес-центр.

Путь её лежал в цветочный магазин, затем алкогольный и кондитерский. Если гора не идёт к Магамеду... Придётся тащиться самой, благо эта Гвен живёт неподалёку, видимо, специально искала работу рядом с домом.

Выбрав корзину цветов, Юзова любовно поместила туда бутылку розового вина и на всякий случай бутылку мартини, если мадам-бывшая-помощница любит, что послаще. Остались конфеты. Вот тут «закон подлости» проявил себя во всей красе.

Ещё через стеклянную витрину магазина, она разглядела стройную, но властную фигуру госпожи Адлер. Дама прогуливалась среди полок, не спеша, видимо, наслаждаясь.

Почему именно сегодня? Почему именно рядом с этим бизнес-центром?

Наблюдать за бывшей женой Кравцова было несколько странно. Непонятное ощущение. Вроде, ничего особенного. Она даже не знакома с этой женщиной, но наряжённое беспокойство уже формировалось в груди.

Юзова выдохнула и распахнула дверь лавки: звякнул колокольчик, но Адлер даже не повернулась на звук. Вероятно, она не привыкла обращать на посторонних внимания.

«Ну и отлично», - выдохнула про себя Юзова и отправилась в другой конец. Быстро покупаем конфеты, желательно трюфель и сваливаем. А госпожа Пиранья пусть плавает где-нибудь подальше.

Юзова немного потерялась в огромном ассортименте и полках, даже стало страшно: получится ли уйти живой? Наконец удалось выбрать подходящие конфеты: несколько видов. Можно было двигаться на кассу, как раздался холодный, требующий немедленного повиновения голос:

- Мне кто-нибудь поможет сегодня?

Юзова практически бесшумно пробиралась к стойке продавца, который и правда куда-то испарился. Но на прилавке есть звоночек, можно просто позвонить, а не орать на весь зал.

- Девушка. Девушка! - раздалось более настойчивое. - Я к вам обращаюсь.

- Ко мне? - Юзова обернулась, чуть не выронив конфеты. Адлер надменно закатила глаза.

- Ну, конечно! Я тут разве консультант? Объясните мне, чем отличается этот бельгийский шоколад от этого? И я хочу «французскую карамель», триста грамм, упаковать в красивую коробку, - при этом госпожа Пиранья смотрела исключительно на полки.

Юзова окинула себя взглядом; в каком месте она похожа на консультанта? Пожала плечами, отставила свою корзину с плащом, который так и не успела надеть и подошла к требовательной покупательнице, по пути прихватив с полки красивую коробочку.

- Добрый день, - учтиво улыбнулась она. - Возьмите вот этот шоколад, он более качественен. А этот изготавливается не из цельных какао-бобов, - и вкус у него не такой бельгийский, так и подмывало добавить, хотя она вообще не понимает, что несёт. - Видите разницу в цене? Этот сомнительного производства, должна вам сказать. А конфеты сейчас упакуем, - Юзова взяла «совочек», специальный для этих целей, и зачерпнула горсть конфет. Закрыла коробку крышкой и с очаровательной улыбкой протянула:

- Поздравляю! Вы сегодня наш сотый покупатель: покупка за счёт заведения.

- Правда? - вскинув брови, недоверчиво спросила Адлер.

- Конечно! К тому же, вы наш постоянный клиент, - это она брякнула так, наобум, но судя по реакции Пираньи, попала в точку. - Удачи вам! Будем рады видеть снова, - Юзова быстро направилась в конец зала, выложила свою покупку, накинула плащ и так же быстро покинула кондитерскую, прихватив корзину, буквально сгорая от волнения быть разоблачённой.

Она успела свернуть за угол, как услышала пищащую сигнализацию магазина и улыбнулась. Лучше взять такси...

Упала на заднее сиденье кэба и выдохнула.

Что на неё нашло? Зачем поступила так глупо и безрассудно? Нет, чего уж греха таить, Аня не всегда умом блистала и это не первая её бесшабашная выходка, но сейчас-то зачем? Адлер ведь ничего плохо ей не сделала, а Юзова нашкодила, словно ей пять, а не тридцать лет. Могла ведь просто сказать, что мисс ошиблась и никакая она не консультант. Но этот её непреклонный тон и надменный взгляд... Разум заволокло пеленой тумана. Надо взять за правило - больше не ходить в этот магазин. А каково же будет удивление Адлер, когда она узнает, кто новая невеста её ненаглядного, если она вообще запомнила её лицо, что мало вероятно. Жуть...

Остаётся надеяться, что с Гвен выйдет всё более благополучно, и та выдаст всю необходимую информацию на их общего начальника.