Глава 5

Ладони коснулись алтаря. Искаженные символы. Ловушка для создателя.

Их легко стереть… кровью. Силой, что течет в жилах потомка. Поэтому род и истребили. Не хотели и шанса оставить.

Она бы обманула, если бы сказала, что это было приятно.

Она бы солгала, если бы сказала, что не хотела изменить решение.

Она бы преувеличила действительность, если бы уверяла, что это тяжело.

И никак не ожидала, что за спиной вдруг встанет кто-то ещё. И станет легче.

Этот кто-то положил свои ладони поверх её собственных, и невозмутимо щурил фиалковые глаза, в которых плясало черное пламя.

— Я обещал, что больше тебе не причинят вреда.

И мир взорвался. Изменился. Сошёл с орбиты.

Полыхнувшее пламя отбросило их прочь, но тёмный легко приземлился на ноги, продолжая прижимать её к себе.

— Что ж… у нас нет времени задерживаться, Дари. Когда древний придёт в себя — он сам пожелает пообщаться. У Долины Грёз есть хозяин, и сюда не пройдет никто лишний. О наследстве вы поговорите чуть позже. Ты согласна?

Он спрашивал. Впервые — не решал всё сам. Он признал её если не равной, то достойной. И это стоило любого, пусть самого тернистого пути.

— Да, — ответила, повышая голос, что он расслышал в окружающем их гуле, — ты прав, возвращаемся!

В душе царило странное искушающее чувство свободы. Хотелось смеяться в голос и танцевать босиком по камням.

Полная магии, она не представляла теперь, как вообще ходила, дышала, даже могла чему-то радоваться раньше.

Жить. Любить.

Маги почти никогда не выживают при выгорании. Особенно, тёмные. Раньше она не понимала, когда слышала "Бедняга. Как они с ним жестоко, лучше б казнили", когда в газетах изредка печатали судебные процессы с магами. Теперь поняла. Осознала в полной мере.

Но сейчас все плохое казалось слишком далёким. Настолько, что, когда волшебный зверь домчал их до края долины, над которой медленно смыкался уже другой купол, защитный, она наклонилась к сидевшему позади мужчине, неловко мазнув губами по щеке — просто не попала в губы. К счастью.

Тьма тянулась к Даркарену. И она сама тоже — не будем врать.

В тот момент, когда они шагнули в закрутившуюся воронку тьмы, Дари думала, что этот день ей ничто не испортит, пусть она и еле стояла от усталости на ногах.

Как же она ошибалась. Как они оба ошиблись, когда хоть немного, но расслабились.

Этого словно ждали.

Но пока…

Они вернулись прямо в её комнаты в Академии. Было решено, что дети пока останутся под присмотром охраны, леди Вилены и защитой лорда Шаэрона.

Мир слово перевернулся с ног на голову, и прошлая жизнь казалась блеклой тенью. Даже собственное поведение внушало едва ли отвращение. Куда делась та девочка, что бежала прочь их охваченной эпидемией области, спасая себя и детей? Ведь только на магов та проклятая лихоманка не действовала.

Жизнь — роду. Сердце — любимому. Честь — никому. Теперь, как никогда прежде, она понимала древних воинов и магов.

Даркарен. Защитник. Помощник. Спаситель. Хотелось стать достойной его. Он оказался… удивительным. Много работал, заботился о подчинённых, умел, пожалуй, быть и внимательным, и нежным, и терпеливым. Хороший сын и верный друг. Правда, ещё он был высокомерным, холодным, жёстким и нетерпимым к слабостям. И обожал контролировать всё. Но кто без недостатков?

— Вот так не заметишь — а за тебя уже всё решат, да, Ноби? — лукаво улыбнулась.

Пушистый был недоволен. Пропустил всё самое интересное! Его — и не взяли?!

Как там лорд Мирай? Действительно ли у них получилось? Она больше не ощущала их незримой связи, и её… не хватало. Когда успела привязаться к этому жестокому цинику? К тому же, несмотря на все его знания и умения, совершенно безумному. И до боли родному.

— Надо будет к Айри зайти, когда меня выпустят, — вздохнула, предвкушаю весьма скучный день под замком.

Даркарен поставил у двери собственную охрану и обещал, что вопрос с обвинениями будет улажен.

Она почти не волновалась и именно поэтому уже десятый раз перечитывала несколько фраз на плотном листе картона. Следующее испытание.

"Невеста высшего аристократа, без сомнения, прекрасна, умна, домовита и великолепно владеет собой. Она станет поддержкой и опорой своему мужу во всём. Но может так случиться, что на ваш дом нападут, а защищать, кроме вас, его будет некому. Женщина тоже воин. Слабой женщине не место в высшем свете — она погубит и себя, и свой род. Это испытание покажет, кто из прекрасных леди может стать действительно равной".

Тон этой карточки разительно отличался от других. Похоже, Ирий Шаэрон был безумно зол, когда придумывал это испытание.

И она бы ему посочувствовала — воевать с вредной темной ведьмочкой — это та ещё головная боль. Но отдуваться почему-то сейчас приходится остальным невестам. Хотя испытание обещало быть однозначно непростым и крайне интересным.

И как она же сможет доказать, что способна защитить семью? Она не военная. Не шпионка. Не убийца. Пока ещё толком не маг, хоть и старается активно осваивать всё с азов. Очень многое предстоит ещё сделать. Но лорд совершенно прав. Сколько раз сердце заходилось от ужаса за малышей? Сколько раз из-за её беззащитности они могли пострадать?

Тьма внутри довольно пульсировала в такт мыслям. Перед глазами стояла цветущая долина в сердце скал. Ради такого дома научишься защищать. И даже с её, пусть пока малыми, силами шанс придумать что-то весьма коварное есть. Женщине и не обязательно брать противника исключительно силой.

Итак, что она может применить? Нельзя позволить, чтобы сила вышла из-под контроля. Нельзя допустить ошибки. Сложные проклятья… они всегда изощрённые. Лорд Шаэрон даже отказывался пока о них говорить. Мелочь же противника отступить не заставит — разве что насмешит. Но это смотря какая мелочь.

Но план начал потихоньку вырисовываться. Хм. А что если так? Мысли по кругу.

До тех пор, пока прямо на месте не забылась тревожным сном, положив голову на учебник.

Пробуждение было внезапным.

Она просто резко перешла из сладкого забытья в тревожное настоящее.

Вскинулась, чуть не упала со стула и протёрла глаза. Перед ней сидел на полу незнакомый играсс. Огромный, угольно-черный и лениво щерящий клыки.

"Проснулась. Так всю жизнь проспишь! Суд через час. Темные ждать не любят. Тебе очень хотели "забыть" сообщить, но о тебе просили позаботиться. Давай, шевели лапками, одевайся, собирайся. Они просто хотят потянуть время и заодно обвинить Дарка в том, что он плохо выполняет свои обязанности".

Играсс не представился, да и разговаривал довольно покровительственным тоном, но, глядя на то, как Ноби прижимает уши и пытается слиться с фоном, возражать ему не хотелось.

— Как скажешь, — покачала головой, принимая нежданную помощь. Силу Рода, к которому принадлежал этот играсс, она уловила. Можно было не волноваться — не враг. — Где… это будет проходить?

"В зале Суда во дворце, разумеется", — фыркнули в ответ.

Кажется, её волнение поняли.

"Мелкая, тебе нечего беспокоиться. Обвинения разваливаются, как карточный домик"…

Но она приобретенным чутьем ощущала некую недосказанность. Важную. Опасную. Только никак не могла ухватить её за хвост — слишком много всего произошло за последнее время.

Успеет. В конце концов, они прорабатывали с Дарком самые разные варианты действий.

В ту секунду, когда она была готова, в дверь постучали.

— Войдите, — голос не дрогнул.

В комнату вошёл лорд Анарис. Губы сжаты в тонкую линию, черные волосы небрежно перехвачены лентой в хвост, глаза — серьезные и холодные. Он зол, что она стала причиной беспокойства брата? Недоволен ситуацией в целом? Жаль, сейчас не спросить — за ними совершенно точно следят. Теперь она это ясно ощущала.

— Я прибыл, чтобы сопроводить вас на суд, леди Алари, — и голос такой… загробный.

За спиной маячат двое незнакомых стражей. Принц чуть наклонился вперёд, подавая ей руку, и вдруг — подмигнул. Гадай теперь, что случилось с альгом Каири.

Когда они вышли из очередной воронки к дверям зала Суда… одним словом, раньше бы она сжалась. Опустила голову, постаралась бы сказаться как можно более незаметной. Теперь же и мысли об этом допустить не могла. Она Элигар. Она Проклинающая. Она наследница.

И слава всем предкам, что смогли прояснить её разум и сорвать остатки чужих сетей!