Глава седьмая. Субботние новости

Михаил всю неделю чувствовал себя судаком. Не рыбой и не городом, а самым настоящим товарищем на букву «м». Из деловой поездки вернулась Лера, его сладкая нежная девочка, но вместо того чтобы бегать вокруг и сдувать с нее пылинки, он по самое не балуйся окунулся в работу. Нет, в Леру он тоже окунался регулярно, но большего отчего-то не хотелось, рутина в галерее привлекала сильнее.

Догадывался, в чем дело, но гнал от себя глупые мысли. Жизненный опыт подсказывал: отношения на стороне всегда выигрывают на короткой дистанции, помогают адреналин и ощущение новизны, но, превращаясь в постоянную связь, они теряют свою прелесть. Главный лозунг всех этих историй был один – сходил налево, не трепыхайся. Вот Михаил и пытался не трепыхаться. Получалось, правда, так себе.

Рита была везде. Как морок, как проклятие, как демон-суккуб, который приходит каждую ночь, желаешь ты того или нет. Нагоняла воспоминания и мучила пустыми мечтами. Хотелось снова притащить ее на свою кухню, обрядить в домашнюю футболку и болтать о ерунде. А потом, не отходя от стола, усадить к себе на колени и заставить забыть обо всем. Заласкать до полусмерти. Отнять возможность думать и говорить разумно, оставить только томные стоны и нетерпеливые всхлипы.

В субботу проснулся ни свет ни заря. Не закрыл шторы с вечера, и солнце поспешило испортить утреннюю дрему. Недосып плохо сказывался на нервной системе. Хотелось кидаться на людей. У Михаила появилось стойкое ощущение, что если он не получит Риту прямо сейчас, то затрахает всех вокруг, кого по старинке, традиционно, кого через мозг. Посмотрел на спящую рядом Леру и отвел взгляд. Она, безусловно, хороша, но вряд ли чем-то сможет помочь. Осторожно чмокнул невесту в ушко. Поднялся с кровати, задернул шторы и отправился приводить себя в порядок. Успеет снять напряжение, пока Лера отдыхает после вчерашнего веселья.

До фитнес-клуба было недалеко, минут двадцать пешком, но Михаил решил поехать на машине. Верил, что руль в руках поможет вернуться в реальность. В конце концов, господин Рокотов-младший не зеленый мальчишка, должен уметь себя контролировать! Проехал по безлюдной улице, оставил машину на пустой парковке и зашел внутрь. К счастью, клуб работал круглосуточно и готов был принять всех ненормальных даже в пять утра.

К слову, в тренажерном зале Михаил оказался не один. В дальнем конце какая-то мужеподобная дама усиленно выжимала штангу, а рядом со входом дохлый длинный мужчина с лицом клерка-неудачника бегал на эллипсе. Светили привычно яркие лампы, пахло апельсиновой бытовой химией, а из динамиков почти кричала тяжелая музыка. Самое то, чтобы опустошить голову. Михаил подошел к гребному тренажеру, задал нагрузку побольше, уселся на сидушку, закрепил ноги и принялся за дело. Устанет от этого, пойдет на другой, и так, пока не пропадет желание злиться. И просто желание тоже.

Не помогло! К концу второго часа мышцы ныли от усталости, порядком поднадоела миграция между тренажерами и даже начала слегка кружиться голова, но мысли о Рите не отпустили. В мечтах она все так же щеголяла по квартире в его футболке и вытворяла такое, что мог позавидовать любой хентайный тиран.

Михаил расписался в собственном бессилии, наверное, иногда стоит себе поддаться… Купил в автомате сладкий кофе, выпил, вымылся в душе в раздевалке, оделся и снова уселся в машину. Покопался в смартфоне, нашел Ритин адрес и забил в навигатор. Ехать было чуть меньше получаса. Посмотрел на часы. Будет на месте где-то в половине восьмого, вряд ли она успеет убежать на работу. Повернул ключ и усмехнулся: сейчас, как заядлый курильщик, получит свою затяжку, а после подумает, как избавиться от вредной привычки.

Повезло дважды. Около нужного дома нашлось место для парковки, похоже, жильцы разъехались по дачам. А из подъезда очень вовремя вышла девчушка с собачкой, и Михаил проскочил без звонка в домофон. Уже в лифте подумал об оставленных в бардачке презервативах, но не стал возвращаться. Резинки – это Лерины заморочки. Он здоров, Рита, скорее всего, тоже, так что наградить друг друга им не удастся. Что до остального, то она пьет таблетки, этого обычно достаточно. В любом случае, давняя история с ними просто не может повториться. Снаряд дважды в одну воронку не падает. Да и предохранялись они тогда. Просто так вышло.

На этаже оказалось жутко накурено, и Михаил на автомате подошел к подъездному окну и распахнул его. Позвонил в дверь и затаил дыхание. До этого момента и не задумывался, что Рита, в общем-то, может не разделять его желаний, и сейчас, как студент-первокурсник на свидании, испугался отказа.

Открыла не сразу. Похоже, все-таки ее разбудил. Растрепанная, удивленная, в простеньком наброшенном наспех халатике, она была еще желаннее. Михаил облизнул враз пересохшие губы и выдавил улыбку.

– Привет! Можно к тебе?

– Можно, – Рита отступила от двери, пропуская его в квартиру, – но дальше порога не пущу. Собираюсь на работу.

– Мне и не надо дальше. Я ненадолго.

Михаил вошел и закрыл за собой дверь. В прихожей пахло кофе и цветочными духами хозяйки дома, и гость замер, раздумывая, объявить, зачем пришел, или сразу ринуться в наступление.

– Что-то случилось? – встревоженно поинтересовалась Рита.

– Да, – прошептал Михаил, – с ума схожу без твоей ласки… Места себе не нахожу.

Поймал ее взгляд и замер в ожидании ответа.

Рита покачала головой.

– Будет только хуже, Ежик. Надо перетерпеть.

Прикрыл глаза. От Ежика перевернулось все внутри и кровь окончательное вышла из-под контроля. До боли, до невозможности вдохнуть сжалось сердце. Да, Рита, твой Ежик здесь, перед тобой, и жаждет получить немного десерта. Мечтает о впивающихся в спину ноготках, поглаживающих шевелюру ладонях и твоих ногах, плотно обнимающих его талию.

– Не собираюсь терпеть, – заявил он, шагнул к своей нежной и ухватил в объятия, – Хочу взять тебя сейчас.

Скользнул ладонями от женской шеи к плечам, сбрасывая с них наспех накинутую тряпку. Рита прикрыла глаза и облизнулась. Михаил будто невзначай опустил левую руку на ее грудь и осторожно погладил сосок.

– Скажи, что хочешь этого, цветочек, – прошептал хрипло и поцеловал ее где-то за ухом, с жадностью втягивая сладковатый аромат ее кожи, – пожалуйста.

Проложил дорожку из поцелуев от уха до яремной впадины и сильнее сжал Ритину грудь. Семь лет назад от таких прикосновений бывшая совершенно теряла голову. И сейчас тоже хотелось отнять у нее разум.

– Поцелуй меня, – выдохнула Рита. Михаил, похоже, попал в цель.

– Прежде скажи… Хочу услышать…

Подхватил женщину под бедра и усадил на стоящий в коридоре комод. Наклонился к груди и принялся терзать ее губами и языком. Настойчиво и нежно, давая понять, что хочет Рита того или нет, все равно уступит его желанию. Она откинула голову, выгибаясь ему навстречу, и застонала.

Михаилу стало тесно в одежде. С радостью скинул бы с себя все, чтобы прильнуть к знакомой бархатной коже. Сжал Ритины бока и усилил натиск. Хотелось ласкать ее везде, свести ее с ума, растворить реальность в жгучем мучительном желании.

– Хочу тебя, – прошептала Рита и потянула его футболку наверх, избавляя от очередной границы.

Михаил на миг выпустил женщину из рук, позволяя ей окончательно сдернуть хотя бы часть одежды, а потом почувствовал, как Рита без лишних слов и расшаркиваний притягивает его за подбородок, впиваясь в губы жадным поцелуем, и сам окончательно потерял контроль. Не осталось ничего вокруг, только он, его женщина и растекающийся по жилам яд предвкушения.

Гладил, дразнил, целовал и тонул в ее запахе. Задыхался от ее раскаленной нежности и плавился в ее руках. Еще успел охнуть, когда Рита потянулась к поясу джинсов, чтобы убрать последнюю преграду, и совсем обезумел, когда обняла ногами, прижимаясь к разгоряченному члену.

– Сладкая моя… – прошептал едва слышно и, замешкавшись лишь на мгновение, сделал их единым целым.

Рита, подалась вперед бедрами, промычала что-то нечленораздельное и вцепилась в его спину. Михаил зарычал, ухватил ее за ягодицы и принялся вколачиваться в жаркое лоно, заставляя бывшую стонать, хрипеть и терять себя от наслаждения.

Потерялся и сам. От волнения еле стоял на ногах, но даже не думал останавливаться. Хотелось получить ее всю, насладиться на много дней вперед, взять достаточно, чтобы потом больше не вспоминать и жить спокойно без нее.

Финишировали почти одновременно, и, без зазрения совести кончая в бывшую, Михаил вдруг остро пожалел, что их давняя история с беременностью не повторится. С какой бы энергией и радостью он бы все переиграл. Показал бы ей, что умеет быть настоящим, надежным и заботливым мужчиной.

– Тебе пора, – строго заметила Рита, когда положенные после минут страсти нежности иссякли, – я на работу опоздаю.

– Испаряюсь, – хохотнул он.

Отстранился, вернул на место джинсы и торопливо натянул футболку. Беззаботно чмокнул Маргаритку в нос.

– Хорошего дня!

– И тебе, – Рита спрыгнула с комода и тоже натянула халат. – Прощай!

– Пока…

Он дернул ручку двери и вышел на лестничную клетку. Ныла каждая мышца, но на душе было так хорошо, что хотелось заливаться соловьем. Нажал кнопку лифта и прикрыл глаза. Жаль, нельзя остаться с Ритой. С другой стороны – он свое получил и сейчас мучительная страсть к ней должна отпустить, а там, глядишь, все вернется на круги своя. Он, как раньше, станет наслаждаться общением с прекрасной невестой и готовиться к свадьбе, а Рита будет заново выстраивать жизнь после развода. И они оба, как и положено бывшим, постараются просто не встречаться и не мешать друг другу жить.

Домой добирался через клуб. Лениво, больше для виду, позанимался там еще десять минут, заглянул в душ и только после этого поехал к себе. Часы показывали полдесятого, Лера как раз должна была проснуться к его возвращению.

Невеста колдовала на кухне, что само по себе не сулило ничего хорошего, но Михаил не стал выяснять сразу, что случилось. Он бегло поцеловал ее в шею и поспешил переодеться. Показалось, футболка пахнет Ритой, а попасться на измене совсем не хотелось. Да, официально он чист, ему все позволено, но обижать Леру в его планы не входило.

– Что готовишь? – поинтересовался он, когда замел все следы и вернулся на кухню.

– Салат с тунцом и брынзой, – ответила Лера задумчиво.

– Отлично, – Михаил направился к кофемашине за очередной чашкой бодрящего напитка. Дождался, когда та, пошумев, выдаст ему эспрессо, кинул туда кубик тростникового сахара, почти уселся на подоконник и посмотрел на Леру. – Говори, что случилось. Это салатное «ж-ж-ж» неспроста.

Невеста отвлеклась от доски, на которой резала помидоры, и как была с ножом в руке развернулась к Михаилу. Он улыбнулся. Сейчас Лера походила на ребенка, замышляющего шалость.

– Я хочу уехать еще на пару недель, – тоном набедокурившей школьницы сообщила она. – С дизайнерской школой. Это последний раз, честно-честно.

Михаил отхлебнул кофе и покачал головой.

– Мне не нравится, что тебя постоянно нет. И повода для этих поездок тоже не вижу. Да, там практика и, скорее всего, весело, но это все можно найти поближе. Только скажи, и я поищу тебе дело у моих знакомых. Поверь, в Москве и окрестностях работы непочатый край.

– Понимаю, Коть. Но там Марков и Бессменная, отличные спецы и наставники.

Лера отложила нож и подошла к Михаилу. Он покорно поставил чашку на подоконник и позволил себя обнять. Поцеловал невесту в макушку. Не Рита, конечно, но тоже приятно.

– В конце концов, мне нужна женщина не раз в две недели, а хотя бы раз в три дня. Мне уже за тридцать, могут начаться проблемы.

Лера рассмеялась. Так звонко и весело, что Михаил тоже хихикнул. Шутка, похоже, удалась.

– Если у тебя будут проблемы, – вздохнула она, – то я хоть недолго отдохну. Мне кажется, мы уже мозоли там натерли. Пока я вижу у тебя только проблемы со сном.

Поцеловала его в подбородок и вернулась к салату.

– Я поеду в любом случае. Что до женщин, мы это обсуждали, до свадьбы ты волен делать что угодно.

– Лера!

– Клянусь тебе, Котя, – она снова обернулась к нему с ножом в руке, – после свадьбы я не буду покидать тебя дольше, чем на пару дней. Буду вечно твоя, каждой частичкой своей души и тела. И ты будешь только моим…

Михаил вздохнул и приложился к чашке. Хорошо, что сейчас нет сил на нравоучения! Сегодня Лерина непосредственность и легкость немного раздражали. Махнул рукой. Должно быть, от голода. Сейчас перекусит, и негатив исчезнет сам собой.

* * *

Рита заперла дверь и направилась в ванную. Телом еще владела истома после ласк Михаила и страшно хотелось поваляться в кровати, но прежде следовало внимательно посмотреть на тест. Убедиться, что глаза не обманули и две полоски ей не привиделись.

Поняла все еще с порога. За время ее отсутствия вторая полоска не пропала, напротив, они обе обрели четкие контуры и хорошо просматривались даже издалека. Рита покачала головой и потопала в спальню. До выхода на утренний просмотр оставалось время поразмыслить в тишине и покое.

Два месяца назад Рита бы плясала вместе с тестом посреди квартиры, но тогда рядом был Паскудопроскуров, в голове роились мечты и планы и, казалось, весь мир только и ждет, когда у них с супругом получится зачать малыша. Сейчас обстоятельства изменились и ребенок был немного не ко двору. Нет, Рита понимала, что в игре с судьбой у нее ни одного козыря, с ее диагнозом надо радоваться, а не размышлять, но это не отменяло вопроса, что делать дальше. Если верить опыту других, ребенок – это всегда расходы и куча проблем, а она совсем одна и ждать помощи неоткуда. Поэтому прикинуть, что к чему, стоило заранее. До того, как гормоны временно поработят мозг.

Упала на кровать и прикрыла глаза. Подумала о другом участнике процесса и покачала головой. Мишу можно смело вычеркивать, он о ребенке узнать просто не должен. Последнее, чего хотелось Рите, – это уподобляться подружке Паскудова и лезть со своим животом в чужие отношения. Да и не связывало их Рокотовым ничего, кроме горячего траха и патологической меткости мужчины. А если еще взять в расчет, что она соврала ему про таблетки… Даже на аборт денег просить права не имеет. Все последствия на ее совести. Осталось только понять, что с ними, с последствиями, делать.

Рита посмотрела на часы и направилась обратно в ванную. Надо собираться, иначе опоздает на работу. Включила душ и подставила голову под теплые струи. Работа… Еще надо подумать, что с ней. Почти весь доход – комиссии со сделок, а ребенок вышибет из процесса месяцев на пять. У нее, конечно, есть сбережения, но все они, похоже, уйдут юристу. Что с квартирой, тоже непонятно. Тихонько выругалась и сделала воду погорячее. Какая же она все-таки дура! А еще взрослая… Влипнуть как девчонка… Добро б от большой любви, но по глупости и из-за нежелания объясняться… Дура и есть.

Вздохнула и потянулась к гелю для душа. Пожалуй, стоит начать с малого, с продажи доставшийся в наследство от матери дачи. Все равно туда не ездит и ездить не будет. Деньги небольшие, зато из расходов уйдут налог и платежи, а это уже неплохо. Займется, пока есть время. Надо только забрать у брата ключи и смотаться на место, осмотреться.

Налила гель на мочалку, сжала пару раз, выбивая пену, втянула носом цветочный аромат и принялась намыливаться. Об остальном подумает вечером, сейчас надо поспешить к клиентам.

Торопилась зря. Позвонили за мгновение до назначенного времени и предупредили, что опаздывают минут на пятнадцать. Рита только плечами пожала: обычное дело. Не все точны, а утро субботы не располагает к пунктуальности. Нашла тихое местечко и набрала братца. Часы показывали десять утра, Алексею самое время проснуться.

– Привет! – бодро выпалила она в ответ на сонное «алло» и тут же ринулась в бой. – Мне ключи нужны. Когда сможешь отдать?

– Я еще не в Москве, – проворчал Леша.

– Ты почти месяц не в Москве! – упрекнула Рита. – Послушай, если бы эти ребята и впрямь хотели тебя достать, они бы сделали это уже раза три. Месяц прошел, пора перестать параноить. Пора возвращаться к нормальной жизни.

– Когда мне понадобится твой совет, я вызову тебя на аудиенцию, – огрызнулся брат, и Рита закатила глаза. Началось! Никогда не могли общаться по-нормальному. Спокойные беседы были исключениями, подтверждающими правило.

– Хорошо, молчу, – примирительно подытожила она. – Пришли мне их экспресс-почтой. Очень нужно. Это, я надеюсь, ты можешь сделать?

– Могу, – выдохнул Леша. – Завтра сделаю.

– Спасибо! Ты лучший брат на свете! Очень жду!

– Ты тоже ничего так сестра, – отшутились на той стороне. – Напишу, как закончу.

И Леша повесил трубку. Рита кивнула в пространство. Терпеть не могла его привычку внезапно обрывать разговор. Вечно квакнет, как лягушка из болота, и спрячется в тину. Махнула рукой. Главное – результат, к концу недели у нее будут ключи. Значит, планы на выходные обозначены. Еще не мешало бы записаться к врачу, но этим займется уже после поездки.

Работать не хотелось совсем. Чтобы скоротать ожидание, Рита заглянула на сайт знакомств. Висело новое сообщение и, немного помедлив, она нажала на него, чтобы прочитать. Писал один из адекватных – симпатичный почти роковой брюнет Вадим. Кавалер приятный, но на свидание его Рита не пригласила. Отсекла из-за образования. Он хоть и работал каким-то менеджером, но закончил кафедру истории искусств, как Михаил. Под нужный клин подходило не очень. Правда, за Рокотовым числился еще МВА, но кто поручится, что это что-то меняет?

«Привет! – гласило сообщение. – Подумал, может, ты уже созрела встретиться. Что скажешь насчет вечера понедельника? Погуляем, посидим в приличном местечке. Где-нибудь в восемь»

«Согласна на полдевятого, раньше не могу», – ответила Рита и улыбнулась. Как можно отказывать человеку, близкому к искусству, особенно если этот человек проявляет настойчивость?

Подумала о ребенке и мысленно поблагодарила небеса, что он не получился от случайного партнера. Михаил хоть и ненадежен, но с наследственностью у него все в порядке.

Посмотрела на время и поспешила покинуть пристанище. Вот-вот появятся клиенты, и стоит встать на видном месте. Глубоко вдохнула и прикрыла глаза: сейчас проведет два показа и можно будет по-настоящему отдохнуть. Пусть не так сладко, как с Ежиком, но тоже вполне себе ничего.