Глава 17

Под впечатлением от невероятного открытия, я едва понимала, что происходит вокруг, – так сильно жгло в груди. Сэвери вёл меня по живому коридору, удерживая за руку, а я вспоминала, как дышат люди. И мелькающие лица, украшенные фальшивыми улыбками, казались безжизненными масками по сравнению с тем, что я увидела в сердце мужчины. Эмоции, внезапно открывшиеся мне, были похожи на ослепительную лаву, скрытую каменной твердью огромного вулкана. Теперь-то я поняла, почему драконов называют огнедышащими, и была поражена до глубины души тем, что умэ каким-то чудом умудрялся сдерживать их. – Позвольте вас поздравить, – произнесла одна из элей королевы таким скрипучим тоном, будто подразумевала «Чтоб ты сдохла, тварь!». – Тут нечему завидовать, госпожа Масленица, – искренне заметила я, после случившегося напрочь позабыв имя раздражающей меня поклонницы Сэвери. Прозвище прилепилось к девушке так же крепко, как некогда спонтанная блинная маска. – У меня словно внутренности стали наружностями! У элеи от изумления глаза округлились. – Что-что?! – Моя дорогая супруга хотела сказать, – галантно заметил как всегда сдержанный Сэвери, – что её обуревают эмоции. И если внешне умэ выглядел бесстрастно, то изнутри золотился смехом. Новоиспечённому мужу явно понравились мои слова. А ещё я осознала, что Сэвери в восторге от моей оригинальности и непосредственности. Я действительно очень нравилась этому мужчине! И сейчас, глядя в его глаза с вытянувшимся зрачком, пролепетала: – О да… Обурела я капитально! Аура умэ снова вспыхнула золотом веселья, а мне стало интересно, видит ли он меня так же, как я его? Какие цвета сейчас в моей душе? Щекочут ли мои эмоции Сэвери так же, как его скрытый смех меня? – Хотите узнать меня ещё лучше, дорогая? – сузив глаза, шепнул умэ. Я вздрогнула и хотела отвернуться, но с чудовищным сооружением на моей голове сделать это было затруднительно. Как теперь жить? Я теперь – открытая книга. Ни секретов, ни личной жизни! Мы шли по живому коридору, и на нас осыпались искры магических благословений. Здесь была и Алка, утирающая платочком слёзы, и Бергж, заботливо поддерживающий её под локоток, и мои милые крошки, наряженные в роскошные платья, и вчерашние сиротки Катти и Рай, и даже паж королевы, внешне холодный, как и Сэвери, Лаэрт… И тут я встретилась взглядом с Липоком. Гоц смотрел исподлобья и с торжеством кривил пухлые губы. Так, словно не находился под стражей, а одержал грандиозную победу. Сердце сжалось в нехорошем предчувствии, и вспомнилось, что я так и не поговорила с Фаркассом о том, что этих двоих связывало. Не узнала, почему арендодатель боялся охотника за драконами. Кстати о Сиджи… Где умэ? Сэвери вдруг полыхнул яркой зеленью, подхватил меня на руки и под ободряющие крики гостей вынес на залитый солнечным светом балкон. Рунни закрыл дверь, отсекая нас от шума, и задёрнул штору, чтобы скрыть от жадных глаз. – Что такое? – заволновалась я. – Господин Соксхлет, прошу, поставьте меня! – Нет, – жёстко отсёк он, но теперь его ледяной тон не пугал так сильно, как бушующий внутри пожар страсти. – Пока не назовёте меня супругом. – Дорогой супруг, – осторожно начала я, – позвольте мне стоять на собственных ногах. Уголки его губ дрогнули, и мужчина аккуратно опустил меня, но горячие ладони не спешил отводить. Огладил мою затянутую в корсет талию, провёл по спине, задевая бантики шнуровки, коснулся обнажённых плеч. Я заворожённо смотрела на мужчину, отмечая невероятно красивые переливы в его душе. Сэвери, скользнув по шее, положил ладони на мои щёки. «Хочет поцеловать? – мелькнула паническая мысль. – Или желает приступить к следующей стадии церемонии бракосочетания?!» – Нет, прошу, не здесь! – отшатнулась я. Потеряла равновесие и ударилась о каменные перила. Едва не перелетела через них, поскольку причёска перевесила и грозила увлечь меня вниз. Но когда я уже обречённо глядела вниз и представляла, как красиво будет смотреться усыпанная стразами лепёшка из помолодевшей бабушки, то внезапно ощутила свободу. Вцепившись в перила, я села на корточки и, не веря своему счастью, повертела головой. – Я могу двигаться! – Официальная церемония позади, – опустившись рядом, заметил Сэвери. – Поэтому я позволил себе расплести ваши волосы. Предпочёл бы сделать это чуть позже вручную, но вы так страдали, что не выдержал и применил магию. – Вот почему вы меня сюда унесли! – облегчённо рассмеялась я. – Нет. – Его лицо окаменело, а изнутри мужчина снова полыхнул магическим малахитом. – Мне не понравилось, что в этот счастливый момент вы ищете умэ Сиджи. – Вы и это узнали? – потрясённо ахнула я и покачала головой. – Уму непостижимо! – Вы злитесь? – прищурился он. – Да! – выдохнула я. Цепляясь за округлые выступы перил, поднялась на ноги. Волна гнева накрыла меня с головой. И пусть вокруг всё было залито светом, мне казалось, что внутри растеклась тьма, по которой изредка пробегали фиолетовые молнии магии. Пение птиц будто бы стихло, а распущенные цветы в саду словно потеряли яркость лепестков и утратили дивный аромат. Всего на секунду, но я пожалела, что попала в этот мир. Что встретила умэ и вышла за него. – Почему вы не предупредили, что брак с вами будет таким? – сжав кулаки, процедила я. – Почему не рассказали о последствиях? Я бы триста раз подумала, прежде чем делать это! – Вы же сами хотели узнать меня лучше, – нахмурившись, напомнил он. – Я не говорила о том, что хочу видеть вас насквозь! – тряхнув локонами, возмутилась я. – А тем более быть такой для вас. Каждый имеет право на личное пространство. Показывать другим лишь то, что считает нужным, и утаивать то, о чём говорить не хочет. То, что вы сделали, я воспринимаю как обман и насилие! – Вот как? – Он потемнел лицом, глаза с вытянутым зрачком заиграли алыми искрами, а в груди растеклась пугающая чернота, от которой по телу побежали мурашки. – Выходит, вы не желаете такого брака? – Такого? Нет! – Тогда у меня не остаётся выбора. Он схватил мою руку и надел на запястье тонкий золотистый ободок. – Это брачный браслет, – бесцветным тоном сообщил умэ, а внутри мужчины разлился серый туман. – Если попадёте в беду, наполните его своей магией, и он вытащит вас из любого мира. Но придётся потерпеть меня. Стремительно развернувшись на каблуках, мужчина направился к дверям и, распахнув их с такой силой, что звякнули стёкла, оставил меня одну.