Глава 27

— Вы сегодня не в настроении, графиня, — не спросила, а констатировала Клара, глядя как я пью уже вторую чашку чая и все это — молча.

— Бессонница, Ваше Высочество, — механически отозвалась я, пребывая где-то в глубине мыслей.

Разумеется, после вчерашнего я полночи не могла уснуть.

Не проходило ощущение, будто бы я приоткрыла двери в сокровищницу тайн и знаний, но вместо блеска золота увидела — пыточную.

Роберт и Себастьян маги, причем младший сильнее старшего и умеет перемещаться между телами. И оба свой дар никогда не афишировали…

Что ж логично, будь я магом, тоже держала бы это в тайне…

Подумала, и прикусила губу. Ах-да, меня ведь тоже оба считают магом, причем связанным с водой…

“Такая, как она, не утонет” — отозвались в памяти слова. И если их прибавить к испорченному холсту, странному поведению вскипающей воды в лесу, да и альрауну, который явно во мне что-то разглядел. Вывод напрашивался сам собой.

Есть во мне нечто странное, только пользоваться этим я не умею.

— Когда назначено следующее испытание? — опять заговорила Клара.

Я подняла на нее взгляд, смерила как всегда прекрасно выглядящую принцессу, и вновь призадумалась, почему она Себастьяна в качестве потенциальной матери для наследника не устраивает.

— Миледи де Вуар, — нахмурилась принцесса. — Вы меня слышите? С вами все впорядке? Быть может вызвать лекаря?

— Не надо лекаря, — наконец ответила я. — Испытание завтра. Только пока неизвестно какое именно.

— Надо бы разузнать, — нетерпеливо постучав пальцами по столешнице, намекнула Ее Высочество. — Не хотелось бы как вчера попасть в неловкую ситуацию, как с чертовым пирогом. Вы сможете что-нибудь сделать, графиня?

Пожала плечами.

– “Что-нибудь” понятие сильно размытое, под него подходит даже выпитая мною чашка чая

Клара сверкнула очами на секунду напомнив своего отца. То бишь нашего отца.

— Так вы сможете узнать? — повторила она.

— Попробую, но не обещаю, — неопределенно ответила, продолжая размышлять о своем.

Наверное все дело в родословной…

Как у собак или у лошадей.

Два породистых пса непременно дадут породистых щенков. Но иногда собаководы пытаются закрепить определенные признаки у животных, например длинные уши или короткий хвост. Тогда они подбирают кобеля и суку с такими ушами и сводят вместе, и так порой несколько поколений до окончательного результата.

И прошлый король Англикан явно сумел найти способ вернуть магию в собственных сыновьях. Вначале Себастьян, затем Роберт… причем младшего родила явно не королева.

Я встала из-за стола и, попрощавшись с Кларой, направилась в библиотеку. Нужная информация обязана была быть там. Родовая книга, где отслеживались ветви большинство крупных королевских родов.

В небольшой библиотеке было пусто… Впрочем, мне это только шло на руку. Первым делом я нашла книгу о нечисти под редакцией Виктора Фенира, а после спустя долгое время писков “Родовую летопись. Том первый” — книга в которой последние страницы пусты, и которая пополняется время от времени новыми данными.

Например, когда Себастьян жениться тут обязательно появиться имя одной из принцесс… А после их детей, и их детей… Теоретически процесс будет длиться до начала второго тома.

Здесь содержалась история самых видных семейство Европии. Даже род де Вуаров был.

Но меня сейчас интересовали другие две ветви — королевы Маргариты и Лизаветы… Что в них было общего, и что различалось…

Я на несколько часов нырнула в чтение, кропотливо сравнивая, и погружаясь в дебри поколений, дойдя аж до тысячелетней давности… Вот тут то и забрезжил колокольчик интуиции.

Маргарита была испанийской инфантой, чей род произошел от некогда могущественного рода чистокровных магов. Все они потеряли силу после исчезновения магии.

А вот предки Лизаветы внезапно оказались — ирлинскими гномами, сидящими на золотых копях. Причем, судя по всему именно после катастрофы этот род и выбился в правящую верхушку за счет богатства, потому что до этого упоминаний о ее семье в книге не было.

Хм…Гномы — человекоподобная нечисть.

Я начинала прослеживать некую связь. В роду Себастьяна была могущественная суккуба, в роду Леопольда — фавны.

Придвинув к себе энциклопедию о существах, я лишь убедилась в своих догадках. Виктор Фенир указывал, что все человекоподобные существа с легкостью скрещивались с обычными людьми, и их смески зачастую наследовали весьма любопытную магию.

Хотя у гномов она была почти неприметна, выражалась скорее в твердолобости характера, упертости и… внимание: в умение видеть сквозь толщу обычного камня, чтобы обнаруживать залежи драгоценных камней.

— Ну, очень похоже на кронпринца, — пробормотала себе под нос я, вспоминая о той легкости, с которой Себастьян ориентировался в магическом коридоре.

Выходит, он просто умеет видеть стены насквозь.

Мысль была неуютной, я даже поежилась… Теперь складывалось ощущение, что он может даже сейчас наблюдать за мной, а я даже не узнаю.

Читая дальше, я погрустнела еще больше.

Во-первых, похоже я нашла вид своей потенциальной матери, во-вторых — не нашла ничего подпадающего под переселение в чужое тело, как у Роберта.

Тысячу лет назад Виктор Фенир такой нечисти не знал, зато прекрасно ориентировался в русалках мерроу.

Тех самых, которые выплывали на берег, соблазняли мужчин, а через десять месяцев подкидывали им младенца на воспитание, а еще они скрывались столь грамотно, что обнаружить их даже тысячу лет назад составляло немало проблем. Способностей у мерроу, как у гномов, было мало — воду нагреть, да заморозить. Скромненько…

Впрочем, оно вполне подходило под те наблюдения, которые я успела составить.

Выходило, что Леопольду все же удалось найти русалку, ну, или она сама к нему выплыла, а после сдала меня на руки папаше…

Так себе мать.

На краю сознания даже мелькнула мысль, что возможно мое нежелание заводить семью лежит именно отсюда — в дурной наследственности.

Но мысль эту я отогнала, меня гнало вперед любопытство и желание выяснить, какая же нечисть могла подарить способности Роберту. Если найду, то смело могу сказать, что разгадала на свет теорию “выведения магов” — найти человекоподобную нечисть и переспать с ней, а там глядишь, ни много ни мало, и магия у получившегося ребенка проснется.

Одно в этой схеме смущало — за десять веков наверняка таких союзов была тьма, тогда почему именно сейчас все началось?

Я вновь погрузилась в книгу, но изучив ее вдоль и поперек — осталась разочарована. Теория не сошлась, среди свободно скрещивающейся с людьми нечисти не нашлось ни одного “подселенца в тело”. А лишь частично похожий дар обнаружился у фей, ростом в два дюйма и причисленным к бытовой нечисти.

Я еще раз с сомнением взглянула на безобразное существо с крыльями и головой осы, зато с женским телом. Тварюшка была существом с подвохом, любила подсаживаться в тела повитух, и если роды были сложными спасала жизнь матери, но взамен воровала новорожденного. Фенир писал, что детей Феи уносили в другой мир на Изнанку, и больше тех никто не видел.

— Два дюйма, — я скептически посмотрела на свой указательный палец, который был явно больше. Представила мужское естество пусть даже самого крошечного размера, и поняла, что, ну никак покойный король Англикан не мог переспать с феей, и уж тем более та бы не выносила бы младенца. — Ладно, ищем дальше…

— Кого ищите? — раздался голос советника Энболда. — Может, смогу чем-то помочь.

Я обернулась и увидела, стоящего в дверях мужчину. Как и в прошлый раз улыбчивого и явно желающего оказать даме услугу.

Весьма вовремя, к советнику у меня имелись другие вопросы.