Глава 29

Утром за завтраком я заставила Клару хорошенько поесть, хоть той и кусок в горло не лез.

— Я всю ночь не спала, — жаловалась она. — После случая с вашей комнатой, мне постоянно чудилось, что на меня вот-вот рухнет потолок.

— Ваши покои лично проверил главный королевский строитель, — попыталась успокоить ее. — А сейчас, Ваше Высочество, постарайтесь сосредоточится на будущем испытании и поесть.

Клара погрустнела, но честно пыталась следовать моему совету. Слова лорда Энболда о длительных физических ограничениях и можно было растолковать сотней разных вариантов, но я предпочитала перестраховаться хоть в чем-то.

Ровно в полдень все участники отбора вместе со свитой собрались в тронном зале. Королевы Лизаветы все еще не было, так же как и Себастьяна, однако я заметила Роберта, уже привычно в стороне от основной массы англикан, и в сопровождении верного лакея.

Издалека было сложно разглядеть, как сегодня выглядит его рана, но показалось, что чуть лучше, чем вчера. Почему-то меня это радовало.

— Приветствуем королеву! — объявил распорядитель зала.

Распахнулись двери, зал притих, и под легкое эхо шагов вошла Лизавета в сопровождении сына.

И почти сразу же послышались едва слышные шепотки, потому что обсуждать было что. На лице Себастьяна, а точнее на на самом его достойном и выдающемся месте — носу, красовался заметнейший кровоподтек. Причем не свежий, потому что заметная синева уже успела расплыться на оба глаза, делая их опухшими и болезненными.

— Что с ним? — зашептала мне на ухо Клара. — Он с кем-то подрался?

Я покосилась на Роберта, после опять на Себастьяна, вспомнила тот самый грохот, который помог мне сбежать из коридора позавчера, и я отчего-то улыбнулась…

Похоже даже инвалид сумел дать брату сдачи, скорее всего магической — и тем не менее, не менее приятной.

— Возможно это случайность, — ответила принцессе. — Чего только не случается на тренировках.

— Он стал похож на свинью, — поделилась мнением Клара, и я едва сдержала улыбку, потому что определение показалось весьма точным во всех смыслах.

— Прошу вас тише, принцесса, нас могут услышать.

Тем временем королева добралась до трона, и усевшись, позволительно махнула распорядителю продолжать.

Церемониальные расшаркивания — это конечно прекрасно, но меня больше беспокоило, какое испытание уготовано на сегодня.

— Приветствую всех собравшихся в этом зале, — наконец заговорила Лизавета. — Как вы знаете, у нас осталось три претендентки на сердце моего сына Себастьяна, что весьма неожиданно для нас. Ведь когда мы планировали испытания были уверены, что до финала доберуться все претендентки — и лишь количество очков определит победительницу. Однако сейчас ситуация сложилась таким образом, что из-за малого числа оставшихся принцесс мы решили поменять этапы между собой и провести испытание, которое планировалось последним — сегодня. Это и не испытание вовсе — скорее проверка здоровья девушек на их способность выносить наследника, а также чистоту души и намерений. Пригласите королевского доктора?

Я не ослышалась? Испытания не будет, принцесс всего лишь осмотрит доктор, чтобы убедиться девственницы они или нет? Где подвох?

К подножию королевского трона вышел сухонький старичок в очках и со значком врачевателя на камзоле. Кажется, я его даже видела в порту, когда нашу делегацию встречали оба принца, и Роберту стало плохо.

— Это достопочтенный господин Валентайн — лучший специалист во всей Англикании. Сейчас все конкурсантки пройдут в специально подготовленные для этого покои, где доктор осмотрит их, а после сообщит свой вердикт!

Фух! Ерунда какая. Значит, под долгим физическим ограничением подразумевалось сохраненное целомудрие? Я буквально выдохнула от облегчения.

— Ваше Величество! — раздался голос Амира Махди. — Это испытание неслыханное оскорбление для госпожи Латифа Абдулазиз Аль-Карим. Вы ведь прекрасно осведомлены, что согласно нашим законам…

Но королева не дала ему договорить:

— Наши дипломаты достаточно хорошо изучили законы, чтобы выяснить: данная процедура ничем не нарушает привычный вашему народу уклад. Осмотры докторов обычное дело для ваших женщин перед свадьбами, главное условие — чтобы не было видно лица женщины, а также присутствовал представитель семьи невесты, дабы убедиться, что над девушкой не совершено надругательство!

— Это возмутительно! — возразил Амир. — И как вы это представляете? Согласно нашим правилам, доктор должен принять нашу веру!

— Тогда вам действительно повезло. Господин Валентайн проходил обучение у лучших врачевателей востока, там же он познал ваши законы и принял религию, — невозмутимо пояснила королева. — Так же мы подготовили комнату с ширмой, поэтому лицо Латифы останется в тайне. Впрочем, сам фасон одежды ЕЕ Высочества не дает даже возможности на нее взглянуть.

По залу опять прошелся шепоток, на этот раз насмешливый. Понятное дело, что приятного в процедуре было немало, и все же — ничего страшного в этом я не видела. Клара с легкостью пройдет этот этап.

Я посмотрела на бледную принцессу, и даже осмелилась ободряюще взять ее за руку. Ну право же, такие осмотры проводились среди знатных девушек на выданье почти каждый год. За свои годы Клара могла бы уже и не удивляться.

Гертруда вот, я нашла взглядом дочь короля Прузии, просто светилась от радости и готовилась хоть прямо здесь доказывать свою телесную чистоту во всех смыслах слова!

— А сейчас прошу всех принцесс пройти с одним сопровождающим за доктором, — объявила Лизавета.

Клара отчего-то даже не шелохнулась, пока я буквально не потянула ее за всеми.

Впереди шла Гертруда, буквально пробивая своим телом дорогу, за ней не очень уверенным шагом следовала персийка с Амиром Махди.

Даже неопытным взглядом сразу читалось, что-то у этих людей идет не так. Девушка рассеянно оглядывалась на посла, хлопая длинными черными ресницами, все так же звенела браслетами под черным одеянием, но казалось даже их музыкальный тон стал ниже и минорнее

Последними шли я и Клара, с заметным отставанием, и чем ближе мы подходили к комнате, куда только что зашла Гертруда, тем медленнее двигалась принцесса.

Очень неприятное ощущение кольнуло меня в грудь, такое, что я резко обернулась и посмотрела девушке в глаза.

— Только не говори мне, что… — прошептала я, но заканчивать не стала.

Клара нервно сглотнула, и в глазах ее сверкнули слезы паники.

— Я… я… оно случайно!

— Вот же ж! — вырывалось у меня, и я нервно покосилась на Амира Махди с Латифой, которым сейчас и дела не было — они о чем-то переговаривались между собой.

А еще нервировал отряд охраны, стоящий на другом конце коридора — отсекая пути к бегству.

— Что нам делать? — едва ли не всхлипывая, спросила Клара.

— Нам? — удивилась я. — Вам, принцесса!

— Отец убьет меня!

— Не сомневаюсь, — мрачно согласилась я, представляя реакцию Леопольда. — То бишь он не знает?

— Конечно, только мама. Но она пообещала, что разберется с проблемой. Договориться с кем-нибудь. Решить.

— Боюсь, что даже самая талантливая швея не сможет решить вашу проблему, — еще более мрачно ответила я.

Наконец мне стало ясно, зачем мать Клары написала то идиотское письмо советнику Энболду. Маргарита знала, что рано или поздно наступит время проверки, и решила — что самый безболезненный способ для дочери не опозориться — это проиграть раньше.

— Что же делать? — глядя на меня глазами трепетной лани, буквально взмолилась принцесса. — Миледи, спасите. Придумайте же что-нибудь. Я знаю, вы можете!

— Легко сказать, — буркнула я. — У меня даже нет с собой золота, чтобы подкупить доктора.

— Мне конец… — обреченно выдохнула Клара, и я с ней согласилась.

И ей конец, и мне! Потому, что даже если принцесса сейчас вылетит — то Леопольд свою позицию насчет меня четко обозначил.

— Помогите, миледи!

— Заткнитесь! — прошипела я, забывая о такте и манерах. — Я думаю!

Думалось же крайне плохо, вдобавок еще — двери злосчастной комнаты распахнулись и оттуда буквально выпарила Гертруда — довольная до нельзя.

Будто не у доктора на осмотре была, а на ярмарке выпечки и пивоварения.

— Рад сообщить, — объявил господин Валентайн. — Что Гертруда Ольденбургская чиста и здорова. Ее бедра широки, и она сумеет выносить достаточно здоровых наследников если Его Королевское Высочество выберет ее!

— Блестяще! — раздался голос королевы, и я вздрогнула, увидев, как Лизавета вместе с Себастьяном спешит к нам. — Превосходные новости!

Я же была абсолютно другого мнения, потому что близость Себастьяна, пусть даже в нескольких метрах от меня — страшно нервировала. Куда уж тут соображать быстрее!

— И кто же следующий? — поинтересовалась Лизавета переводя взгляд с Латифы на Клару, и останавливаясь на последней. — Быть может вы, Ваше Высочество, покажете пример нашей восточной гостье? В конце концов, вы наверняка уже не раз проходили нечто подобное.

— А может не надо? — робко пискнула принцесса, так тихо, что королева вряд ли ее расслышала, зато я вполне.

— Что вы сказали, милая? — поинтересовалась королева-мать.

— Простите, Ваше Величество, — вместо Клары отозвалась я. — Принцесса просто волнуется. Мы уже идем!

Взяв несчастную за руку, я буквально подвела ее под “этот эшафот”. Кожа девушки похолодела, и казалось она рухнет в обморок прямо здесь и сейчас.

Когда же двери за нами закрыл доктор, принцесса и вовсе затряслась, как осиновый лист на ветру.

— Проходите за ширму, — без предисловий произнес доктор, указывая на странную четырехметровую перегородку, разделяющую комнату надвое, при этом с разрезом посередине, откуда торчало изножье кровати.

— Это зачем? — не сразу поняла я.

— Это ради восточной гостьи, дабы не смущать ее, — пояснил доктор, глядя на Клару. — Поэтому вы тоже можете не смущаться и не бояться, Ваше Высочество. Просто просуньте ноги в эту часть комнаты — этого будет достаточно. Я же пока подготовлю чистую простыню для осмотра.

— Да-да, — прозаикалась Клара. — С-спасибо.

Я же понимала, что у меня появилась возможность спасти эту дуреху от позора. И пусть все во мне твердило, что самое правильное будет дать Кларе проиграть, но отчего-то особенно болезненно отдались вчерашние слова Леопольда из письма.

Кроме матери у меня никого не осталось.

А вот и нет, у меня еще был сволочь-отец, и пусть сводная, но сестра! И помочь ей я оказалась в силах!

— Пройдем-те, Ваше Высочество, — затянула я Клару за ширму, и стоило нам спрятаться от глаз доктора, зажала ей рот, шепча одними губами. — А сейчас молчите! Молчите, если хотите, чтобы никто ничего не понял!

Глаза принцессы округлились, она захлопала ресницами, будто крыльями бабочки, и в ее взгляде отразилось столько надежды.

— Вы долго, — поторопил доктор.

— Простите, — отозвалась я. — Ее Высочество снимает туфли, и у нас небольшие проблемы с юбкой.

Сделав страшное лицо, я приказала Кларе быстро скинуть обувь, сама в это время приподняла свое платье выше, чтоб ни одна оборка не пролезла к доктору на обозрение.

— Но вы же не девтс… — прошептала Клара, начиная понимать, что я собираюсь делать, когда я обула ее туфли.

Я лишь злобно зыркнула, ничего не говоря, и полезла на кровать для осмотра. Мне в отличии от “сестренки” скрывать оказалось нечего!

***